Страница 10 из 74
Слова были как удары кнута. Они говорили обо мне. Они уже все знали. И вынесли приговор. Я отшатнулась от двери, сердце бешено колотясь. Интриги. Козни. Это было хуже, чем открытая угроза. Я не разбиралась в этом. Я была танцовщицей из обычного мира, где злость выражалась в хлопанье дверью и язвительных комментариях в соцсетях, а не в этих ядовитых шепотах за спиной.
Я метнулась вглубь комнаты, ища укрытия, но его не было. Я была как на ладони. Прозрачная. В отчаянии я схватила с туалетного столика тяжелый костяной гребень и швырнула его в стену. Он с глухим стуком отскочил на пол, не оставив на гладкой поверхности и царапины. Бессилие снова накатило на меня волной. Я села на пол у кровати, обхватив колени руками. Знак на запястье горел, словно насмехаясь надо мной.
«Ты — собственность короны», — прозвучал в памяти его низкий, властный голос.
Собственность. Вещь. Игрушка, которую будут передавать из рук в руки, обсуждать, унижать, пока не надоест. Но тогда.. тогда зачем все это? Зачем мыть, одевать, причесывать? Чтобы было приятнее ломать? Из горла вырвался сдавленный стон. Я закрыла глаза, пытаясь представить себе шум города, грохот метро. Но вместо этого перед глазами встало лишь его лицо — прекрасное, холодное, с глазами цвета звездной пыли, полными бездонного, хищного интереса.
И посреди всего этого ужаса, одиночества и отчаяния во мне шевельнулось что-то теплое и стыдное. Что-то, что заставило меня снова посмотреть на свое отражение в полированном полу. На девушку в черном шелке. Он смотрел на меня. И почему-то это пугало больше всего.