Страница 20 из 89
– И как ты это сделаешь?
– Давай сначала дождемся информации от Бенкендорфа. Потом и будем что-то планировать. А то, может быть, Елизавету уже грохнули, а императрица сама померла от переживаний…
Окружающая обстановка выглядела спокойной. Того, что творилось в нашем мире в феврале 1917-го, и близко не было. Петербург жил своей жизнью, и казалось, что покушение на императора и его сыновей не оказало заметного влияния на жизнь обывателей. Первоначальная волна слухов утихла, и сейчас в газетах вовсю обсуждался «польский след». Кто-то очень умело задавал нужный тон. Появились и первые осторожные высказывания о «справедливом мире». Быстро подсуетились мерзавцы. Не удивлюсь, если в ближайшие дни появятся посредники – «миротворцы» из Австрии, Пруссии или Швеции. Которые станут предлагать «мир без аннексий и контрибуций». Знакомо, проходили. А сейчас, скорее всего, спешным порядком идет создание Регентского совета, поскольку императрицу Александру никто в качестве регента всерьез не воспринимает. Она – отработанный материал для заговорщиков, поскольку добровольно работать в их интересах не будет. Странно, что она до сих пор жива, а не скончалась от «сильного душевного потрясения». Неизвестно, какую роль в этом играет Елизавета. Знала ли она о перевороте? Скорее всего, нет. Слишком опасно посвящать в такое девчонку. Но на что же рассчитывают заговорщики? На то, что Елизавета станет их послушной марионеткой, даже не попытается взять власть в свои руки? А если откажется стать «ручной» императрицей? Ведь в моем мире Павел Первый отказался отречься от престола и заявил своим убийцам: «Вы можете меня убить, но я умру вашим императором!» Вдруг и Елизавета так себя поведет? Что тогда февралисты делать будут? Или у них и на этот случай есть запасной вариант? Ладно, что гадать. Надо дождаться информации от Бенкендорфа…
Опасность я почувствовал, когда подходил к нашему дому. Но не на том берегу Мойки, где он находился, а на противоположном. Решил проверить обстановку возле дома и не ошибся. Ганс, наблюдавший сверху, тоже обратил внимание на четыре подозрительные личности. Но на ликвидаторов не похожи. Скорее всего, топтуны. Ждут, когда я вернусь, чтобы сообщить. Только вот кому? Сначала подумал взять кого-нибудь за шиворот и разговорить, но потом отказался от этой цели. Так сразу себя раскрою, а пока можно поиграть в прятки. Родных я предупредил, что уеду по делам, поэтому они беспокоиться не будут. А вот мой неизвестный оппонент, похоже, задергался, потеряв меня из виду. Квартиры Елены и моих «самураев» удалось сохранить в тайне, поэтому о них никто не знает. Даже Бенкендорф. Похоже, зря я расслабился и подумал, что мистер Икс забыл обо мне. Но сейчас не до него. Есть гораздо более важные дела.
Пройдя мимо дома, даже не глянув на другой берег Мойки, я свернул в первый же проулок. Узнать меня сейчас практически невозможно, и здесь пока делать нечего. Судя по всему, надо торопиться. Раз до сих пор не появилось никаких сообщений о Елизавете, то скорее всего, ее еще «уговаривают». Но слишком долго это продолжаться не может. Лишь бы Бенкендорф сумел сегодня выяснить, где удерживают царевну. А после этого игра пойдет по моим правилам.
Встретились мы с полковником уже поздно вечером, когда стемнело. Новости были неутешительные. Елизавета фактически под арестом, и сейчас ее усиленно «склоняют к сотрудничеству». Судя по всему, пока безуспешно. Находится она не в Зимнем дворце, а в особняке одного из заговорщиков – полковника Кавалергардского полка Эстермана, куда ее заманили накануне переворота. Охрану несут кавалергарды, но они в подавляющем большинстве ничего не знают. Императрица находится в Зимнем, и врачи дают неблагоприятный прогноз. Заговорщики начинают проявляться, уже идут разговоры о создании Регентского совета. Похоже, не теряют надежды «убедить» великую княжну.
Сообщив все, что узнал, Бенкендорф лишь обреченно махнул рукой.
– Это то, что известно на настоящий момент, Юрий Александрович. Судя по всему, Елизавету еще не удалось «убедить». Поэтому и нет никаких официальных заявлений. Но кончится тем, что ее убьют, если она продолжит упорствовать. Охрана не подпускает к особняку посторонних.
– Понятно, Фридрих Карлович. План особняка у вас есть? И где именно держат Елизавету? Не в подвале же?
– Не в подвале… Вы что задумали, Юрий Александрович?! Штурмовать особняк силами вашей службы охраны?!
– Нет, такую глупость мы делать не будем. Если большинство кавалергардов не замешано в мятеже, то Елизавета легко сможет переманить их на свою сторону, если сумеет освободиться из-под ареста.
– А как она это сделает? Без посторонней помощи это невозможно.
– Не волнуйтесь, ей помогут. Ваша задача состоит в следующем. Завтра утром, не позднее семи часов, вы должны быть неподалеку от особняка Эстермана. К этому времени ее высочество уже освободится и объяснит ситуацию охраняющим дом кавалергардам. Возьмите с собой хотя бы пару десятков верных людей. Важно, чтобы они были в жандармских мундирах. Я не буду маячить поблизости, но буду наблюдать за ходом событий. После этого сопровождаете Елизавету в Зимний дворец вместе с кавалергардами. На виду у всей столицы заговорщики побоятся что-либо предпринять. А «польские патриоты» у них уже «закончились». По прибытии в Зимний Елизавета должна встретиться с ее величеством, рассказать о случившемся и получить разрешение действовать от ее имени. А там как Господь даст. Может быть, государыня выздоровеет. Медикусы иногда ошибаются.
– Юрий Александрович, вы волшебник?! Иначе как чудом я подобное развитие событий объяснить не могу! Может, все-таки расскажете мне более подробно?
– Когда-нибудь обязательно расскажу, Фридрих Карлович. Но не сейчас. Поверьте, это в интересах дела. От нас зависит судьба Российской империи. Сделайте то, о чем я вас прошу.
– Хорошо! Отряд конных жандармов будет во главе со мной завтра в семь утра возле особняка Эстермана. Молю Бога, чтобы все вышло так, как вы сказали…
Расставшись с полковником, я взял извозчика и отправился на квартиру Елены. Операция выходит на финишную прямую. Теперь ход за нами. Завтра утром Бенкендорф должен проводить Елизавету в Зимний, где она получит карт-бланш на свои действия от императрицы. Иначе нам точно грозит «справедливый мир». Без аннексий и контрибуций…
Взвесив еще раз все за и против, принял решение. По-другому просто не получится. И вызвал Ганса с Ванькой.
– Ганс, Ваня, начинаем работать. Будем спасать Россию.
– Так мы только «за», Командир! Что делать надо?