Страница 18 из 53
В этот момент их спор прервал звук, от которого стыла кровь в жилах. Оглушенный скорпид пришел в себя. Его визг был не просто криком — это было звуковое оружие, искажающее реальность, впивающееся в мозг ледяными иглами. Фиона зажала уши, её мир поплыл, превращаясь в калейдоскоп боли и ужаса. Обезумевшая тварь, игнорируя Кассия, снова бросилась на самую уязвимую цель — на неё.
Но прежде чем монстр достиг её, Ифрит сделал шаг вперед, полностью закрывая Фиону своим массивным телом. Он принял на себя всю мощь звуковой атаки, не дрогнув, и встретил нападавшего с яростью древнего бога.
Эта безмолвная сцена самопожертвования наконец пробила броню недоверия Кассия. Он увидел не монстра. Он увидел защитника. Осознав свою ошибку, он бросился на помощь. Начался смертельный танец. Кассий, быстрый и ловкий, отвлекал скорпида, его меч вспыхивал серебряными молниями, находя уязвимые места в хитине. А Ифрит наносил сокрушительные, ломающие кости удары, от которых содрогалась земля.
Победа была так близка, почти осязаема. Но агония делает монстров непредсказуемыми. В последнем, отчаянном рывке скорпид, уже пронзенный мечом Кассия, извернулся с неестественной гибкостью. Его хвост метнулся, как хлыст, и ядовитое жало, черное и острое, вонзилось Фионе в ногу.
Её короткий, полный боли вскрик утонул в предсмертном реве твари, которую в следующую секунду Кассий и Ифрит разорвали на части. Но это уже не имело значения.
Яд был подобен огню, бегущему по венам. Он действовал мгновенно. Кассий подхватил обмякшее тело Фионы, опускаясь на колени. Её дыхание стало рваным, а в глазах, устремленных в небо, гасла жизнь. Ифрит склонил свою огромную голову, его грозные черты исказила гримаса, похожая на скорбь. Фиона перевела на него затуманенный взгляд, и в самой глубине её зрачков отразилась тень благодарности. Слабая, почти невесомая улыбка коснулась её губ.
— Уходи, — приказала она Ифриту, и тот послушно уполз в алый дым.
Мир для Кассия сузился до одного-единственного звука — затихающего дыхания Фионы. Она впала в беспамятство, её тело обмякло в его руках, став пугающе безвольным. Холодный ужас сковал его сердце: он понимал, что счет идет не на часы, а на минуты.
Рядом Феликс, не раздумывая, бросился на ногу. Он впился зубами в рану Фионы, прямо в место укуса, высасывая яд и тут же сплевывая темную, густую кровь на землю. Это был дикий, первобытный жест отчаяния, который мог лишь на мгновение замедлить распространение смертельной отравы. Но маленький мышонок самоотверженно старался спасти ту, что подарила ему семью.
Кассий не мог больше ждать. Его пальцы нащупали холодный, гладкий камень телепортации. Вспышка света, головокружительный рывок сквозь пространство — и вот они уже в знакомых покоях дворца. Он бережно опустил Фиону на кровать, её кожа была ледяной на ощупь.
— Сюда! Все ко мне! — его голос, сорванный и властный, заставил стражу броситься исполнять приказ.
Первыми примчались самые верные воины, а следом за ними, словно тени, в комнату скользнули Селена и Эстель. Их лица помрачнели, едва они увидели бледную, как полотно, Фиону.
— Кассий, другого пути нет, — тихо, но настойчиво произнесла Селена, подойдя ближе. — Ты должен обратить её.
— Она выживет, — поддержала её Эстель, её глаза горели уверенностью. — В ней уже есть сила, в ней течет кровь Лилит. Трансформация не убьет её. Это её единственный шанс.
Их слова были подобны грому, но Кассий все еще цеплялся за надежду. Когда появился старый лекарь, он впился в него взглядом, моля о чуде. Но лекарь, осмотрев девушку и проверив её пульс, лишь скорбно покачал головой.
— Яд уже в сердце, мой господин. Медицина здесь бессильна. Она угаснет через несколько минут.
Вердикт прозвучал как приговор. Всякая надежда рухнула. Кассий посмотрел на безжизненное лицо Фионы, на её посиневшие губы. Выбор, которого он так боялся, был сделан за него. Чтобы спасти её от смерти, он должен был даровать ей вечную жизнь. Свою жизнь. Он должен был обратить её.
Кассий отослал всех. Фиона открыла глаза, но взгляд ее был расфокусирован. Она не понимала где она. тело горело, кожа покрылась испариной. Яд отравлял ее тело. Воздуха стало не хватать. Кассий полоснул кинжалом по ладони, открыл ее рот и накапал туда своей крови.
— Моя кровь отдана добровольно.
Своей кровью он начертил руну на груди девушки и произнес заклинание:
— Прими моё бессмертие, дитя тьмы! Великий Каин, Первородная Лилит — даруйте этой женщине силу ночи, силу крови, силу бессмертия.