Страница 16 из 72
15
Антон
Отбрасываю в сторону кусок хлама, спиной ощущая ее взгляд.
Алена стоит позади, но краем глаза я замечаю — она едва ли не губы облизывает. Горячая штучка…
Но за ее спонтанной, жадной реакцией я вижу и другое — она ведь совсем не искушенная. Не опытная соблазнительница, а довольно простодушная, искренняя. Читается мной как открытая книга. Я в ней ни капли не ошибся.
Намеренно молчу, перекидывая тяжелые коробки.
В тот раз, с шуточкой про поглаживания я ее не смутил (ведь это был кот!), но сейчас решаю не спугивать. Пусть смотрит, мне только в кайф за ней наблюдать.
И тут же внутренне одергиваю себя — Щербинский, что ты, нахрен, творишь? До чего хочешь все это довести?
Просто позаботься о ее безопасности, реши проблемы и отпусти от греха подальше!
А с другой стороны... Фоном настойчиво бьется мысль: а может, пора? Пришел тот самый момент завести семью?..
Мои мысли разгоняет добродушный голос Надежды Васильевны:
— Я вернулась! Антош, принесла ломик, вот еще топор, пила… Что поддастся! На остальное я Петра Степановича позову, он мне бензопилой все и распилит. Любит ко мне на чай захаживать — пусть и поработает.
Алена качает головой:
— Баб, какой топор? У него же рука...
— Так вот я и принесла топорик полегче, чем наш колун.
На самом деле, боль в моей руке уже практически стихла. Только немного дает о себе знать. А размяться физически мне в удовольствие.
Последние дни некогда было даже в спортзал съездить, не говоря уже про какой — то реальный физический труд. Им я давным — давно не занимался.
— Антош, ломай пристройку у сарая полностью, не жалей! Может, на это место беседку новую поставлю… И на дрова ее! Для бани.
— Задачу понял, — улыбаюсь.
Бабушка посмеивается, умиленно глядя на меня. Алена ударяет ладошкой по карману спортивных штанов и достает смартфон — ей позвонили.
При взгляде на экран хмурится, прикусывает губу. Шагает по направлению к дому. Видимо, разговор намечается приватный.
А может, у нее все — таки кто — то есть? Мои ребята не вычислили? Хотя вряд ли.
Надежда Васильевна подходит ко мне ближе:
— Аленка редко тут со мной. Но, если приезжает, помогает во всем! И на грядках, и в домике… И дрова поколоть может — дед покойный ее научил, на нашу голову! И на службе трудится она на совесть, всегда была ответственная.
— Хорошо воспитали внучку, — отзываюсь я с улыбкой.
— Да ее и не воспитывали сильно. Когда? Родители много работали. Я, как могла, следила, да жалко было их ругать! Расповадила вот младшую…
Она качает головой, а я понимаю, что тема развода Алены для них всех болезненная. Но чего только не бывает в жизни.
— А ты тоже врач, Антош? — интересуется Надежда.
— Нет, программист, — качаю головой и не вдаюсь в подробности своих занятий.
— Ого — о-о! — бабуля уважительно протягивает. — А как же вы тогда познакомились?
— Я был пациентом вашей внучки. Она и правда очень хороший врач, у нее золотые руки.
— Да, да! — Надежда Васильевна поддерживает. — И готовить умеет.
— Это я уже тоже понял, — усмехаюсь. — Вернее, попробовал.
— А?.. Ну конечно, конечно!
Мы с бабушкой остались вполне довольны разговором. А вот Алена возвращается к нам со сдвинутыми бровями.
Причем это не то раздражение и легкая злость, которую я уже видел в свою сторону. Сейчас на ее лице другие эмоции.
Она как будто чем — то напугана… И мне это не нравится.
Расскажет, если расспросить? Не факт. А уж при бабуле подавно.
Так что пока окунаюсь в работу: рублю, пилю, откидываю в сторону доски. Алена по мере сил помогает, разгребает завал в сарайчике. Спорит с бабушкой на тему, нужна ли им еще та или иная старая вещь.
Старушка тоже не стоит в стороне, и в шесть рук мы делаем много работы за пару часов.
В какой — то момент бабуля спохватывается:
— Аленка, а ужинать мы чем будем? Я ведь Ларисе все пирожки отнесла! Хотя она там вроде плов варить собиралась... Не умеет, конечно, как обычно, сделает кашу! Ну, тоже съедобно. Я — то к ней, наверное, пойду… — рассуждает Надежда Васильевна и принимает решение. — А ты иди, приготовь! — командует внучкой.
Алена поджимает губы, я встреваю:
— Не волнуйтесь, сейчас доделаем и что — нибудь вместе придумаем. Продукты есть.
— Ну как же это... — бабушка качает головой.
Я поглядываю на Алену и вижу, что ее эта тема не трогает от слова совсем. В другой момент она бы или действительно пошла готовить, или отпустила бы колкое замечание, что вот этим мог бы заняться я. Но тут реакции ноль.
Скорее всего, еще дергается из — за того звонка.
— Пойду вам картошечки с мяском пожарю, — бабушка придумывает блюдо, — силы восполнить после тяжелой работы!
Алена снова не спорит и никак не реагирует. Я киваю:
— Спасибо.
На самом деле, мне не хочется загружать бабулю готовкой, но нам не помешает остаться наедине с доком.
Да и бабушка пусть лучше на кухне возится, чем здесь тяжести таскать. Ее ведь не остановить.
— Скоро будет готово! — обещает Надежда Васильевна.
Но, думаю, поговорить мы все — таки успеем, и я решаю не тянуть.
Как только бабуля отходит на приличное расстояние, спрашиваю в лоб:
— Кто тебе звонил?
Алена вскидывает на меня взгляд, распахивает зеленые глаза.
— Что?
— Что там тебе такое сказали? Ты сама не своя.
Рыжая вздыхает, хмурится:
— Откуда ты знаешь, своя я или не своя? Мы два дня знакомы! Хотя, да… Ты же считаешь, что умеешь читать людей… Так вот, в этот раз ты ошибся!
Она переводит дух.
— Судя по тому, что ты на мне сорвалась, я абсолютно прав.
— Ой, Боже...
— Идем.
— Что?
Я киваю на бревно у забора:
— Отдохнуть не помешает, что — то рука простреливает.
Ответственный док мигом попадается в ловушку. Идет за мной, ощупывает, внимательно смотрит. Сгибает — разгибает мою руку.
Травма и правда разнылась, но беспокоит меня сейчас другое:
— Рассказывай.
— Антон….
— Ну что там? Какие секреты? Что — то личное?..
Алена хмурится все сильней, опускает взгляд.
— Ну же, док, не стесняйся.
Фыркает. Все — таки вижу ее улыбку.