Страница 84 из 92
Я забрала у него ключи и велела не появляться раньше шести вечера. С Ивановым, Аликом и Робом мы навели в квартире порядок, украсили шарами и флажками. Лешка принёс JBL колонку, Роберт шашлыки, которые самолично нажарил во дворе своего дома, а Алик привел для себя и Карамяна подруг. Иванов отшутился, что ему никого не надо, что он теперь лев, гуляющий сам по себе.
Мы заказали роллы, пиццу, острые крылышки и большой шоколадный торт. А я сделала для Макса его любимый «Цезарь», целый таз.
Девчонки, Олеся и Карина, оказались милыми и с радостью мне помогают накрывать на стол, который мальчики вынесли в зал.
Получилось очень празднично и уютно. И пока Макс не пришёл, я прячусь в ванной комнате, чтобы привести себя в порядок: завиваю волосы, делаю лёгкий макияж и надеваю шифоновое платье – то самое, в котором не доехала до Макса в больницу.
Мама настояла – говорит, в нём я очень женственная и воздушная.
Макс пишет, что уже поднимается, и я заполошная вылетаю из ванной, активирую во всех режим готовности. Только Иванов не сводит с меня глаз и совсем не улыбается, будто не рад меня видеть.
Я выгоняю всех в коридор.
— Леш, ты готов? Как открывается дверь, сразу включай музыку.
Улыбаюсь ему.
— Угу.. – он смотрит, насупившись, и я от этого начинаю нервничать.
В зеркало на стене у входа я проверяю как выгляжу: тушь не потекла, ничего нигде не размазалось. Почему он так на меня смотрит, я не понимаю. Мы не ругались, наоборот, слаженно всë делали, он даже помогал мне с салатом – пробовал.
Снова ловлю в зеркале его взгляд и оборачиваюсь, шепчу:
— Леш, что-то случилось?
— Нет..
Иванов отвечает тихо, а шёпот остальных «идёт!» – заставляет меня от него отвернуться, но кожей продолжаю чувствовать взгляд. Опять это ощущение, будто я на распутье. Хотя с чего? Я знаю кто мне нужен и он сейчас..
В дверях!
— С днём рождения!
Макса откидывает звуковой волной обратно в подъезд и мы замолкаем, боясь, что он передумал.
— Просто не привык к такому, – улыбаясь, Макс снова появляется в дверях и мы толпой бросаемся его обнимать.
Только Лëшка стоит в стороне и ждёт, когда всё разойдутся. И мы отходим, даём ему пройти.
— С днём рождения, бро! Будь счастлив!
Забыв про музыку, Лёша заключает Макса в дружеские объятия.
— Блин, я же сегодня диджей!
Иванов отстраняется и лезет в карман джинсов. Проведя небольшие махинации, из колонки раздаётся старая песня Аллегровой.
— Это что за старьё? – смеётся Макс вместе с нами и снимает куртку.
— Какой теперь ты – такая и песня!
Иванов делает громче на припеве и мы все, смеясь, подпеваем.
Алик и Роб знакомят Макса со своими девчонками, хотя по разговорам с ними я выяснила, что они знакомы всего пару дней. Но девчонки не стесняются, ведут себя так, будто давно в нашей компании и одна, которая Олеся, деликатно выведывала у меня сведения об Иванове.
Не то, чтобы я ревную, но считаю, если ты пришла с одним парнем, сталкерить за другим не очень честно.
* * *
За столом очень весело и вкусная еда.
— Друзья! – Макс прерывает разговоры и встаёт со стаканом сока. – Блин, у меня есть друзья, до сих пор не привыкну, – он задерживается взглядом на Иванове. – Что я хотел сказать..
— Что ты нас любишь? – хохочет Алик.
— Да, чëрт возьми! Вы классные и спасибо, что всё это.. – он окидывает взглядом украшенную комнату, – за праздник!
— Это всё Женька – праздник.
Иванов переводит всеобщее внимание на меня, и я мгновенно чувствую на щеках румянец, мотаю головой. Нет, не я одна.
— Да, Жень, – Макс опускает руку мне на плечо. – Спасибо, что ты привнесла в мою жизнь краски.
— Да я тут причëм? – скольжу по всем спущенным взглядом.
— С днём рождения, Макс!
Не дожидаясь, когда я придумаю ещё миллион оправданий, Роберт встаёт и всё за ним, кричат Максу поздравления. Я улыбаюсь тому, насколько это вдохновляет – мужская дружба.
* * *
Мы едим, пьем, танцуем, в перерывах играем в мафию и другие настолки и в редкие минуты, когда остаёмся с Максом наедине, украдкой целуемся.
Во время настольных игр Иванов не сводит с меня глаз, но прячет взгляд, когда замечают другие, отшучивается.
Алик и Роберт с девчонками уходят в магазин за соком, а мы втроём: Лёша, Макс и я – доигрываем в карты. Сигнал сообщения на моем телефоне, который лежит на журнальном столике, отвлекает меня от игры.
— Мама, наверное, – я встаю из-за стола. – Не вздумайте мухлевать! – прищурившись, предупреждаю Иванова.
— А что сразу я? Чуть что, сразу Иванов. Макс, скажи ей.
— Я прослежу, – Макс кидает в него маслиной.
— За собой следи..
Посмеявшись над их перепалкой, я беру телефон, но это не мама. Неизвестный номер светит на экране сообщением: «Счастья тебе, овца!» и стирает мою улыбку. Открываю мессенджер, а там под сообщением видео. Ещё не открыв, я понимаю, что ничего хорошего.
— Мне надо в туалет, – улыбаюсь парням, чтоб не портить Максу праздник, а внутри заполняет тревога.
Выхожу из комнаты и закрываюсь в ванной. Включаю видео: дверь женского туалета приоткрыта, а за ней голоса. Камера, качаясь, украдкой цепляет до боли знакомые фигуры – Макса и Леши. Они говорят на повышенных тонах и каждое их слово вонзается в сердце и разрывает на части.
С трудом держусь, чтоб не расплакаться, слушаю до конца и противлюсь нарастающим эмоциям, но они мощным потоком заполняют нутро отчего тело потрясывает. Оно – как вулкан перед извержением, который готов взорваться в одно мгновение и сжечь всë на своём пути, оставить только пепел.
Прикрыв глаза, я глубоко дышу, но от этого ещё больнее.
Почему именно сейчас, когда я так счастлива?
Ладно.
Пора отдавать долги.
Смотрю на своё отражение. Вытерев проступившие слезы, я поправляю причёску и улыбаюсь.
Этот жизненный урок я ни разу не проходила, но я – отличница, поэтому справлюсь даже с таким.
На автомате захожу в комнату и кладу телефон на стол, с трудом улыбаюсь, но Иванову, а не Максу.
— Жень, всё в порядке? – обеспокоенный голос Макса.
— Да.
Отвечая сухо, я избегаю на него смотреть, и сажусь Иванову на колени. И пока он не успел осознать, что я творю, целую его так страстно, как могла бы Макса. Тринадцатый нехотя отвечает.
— Жень.. ты что делаешь?
Слышу ошеломленный голос Макса, и как падает под ним стул. Иванов от этого грохота приходит в себя и легонько меня отталкивает, отстраняется. Огромные карие глаза в ужасе смотрят меня, но потом на Макса и снова на меня.
— Реально! Ты чего творишь, Морошка?!