Страница 76 из 92
— Блин, трояк.. – Лёша заглядывает в листок Глеба. – Четверка? Нифига се. Ты взятку ему дал.
Батон растекается в улыбке:
— Дурак? Я просто готовился.
— Я тоже готовился.. .
— Давай свой тест, я решу, – стараясь быть незаметной, я вытягиваю руку в проход и жду, когда Иванов положит на мою ладонь листок с вопросами.
Но вместо теста Иванов берёт меня за руку и крепко сжимает. Поворачиваю голову к нему и опускаю взгляд. Лёша не позволяет вытянуть руку и, развернувшись ко мне полностью, придвигается на край стула. Глядя мне в глаза, он подносит мою ладонь к своим губам и.. .
Целует.
А почему он при этом не встал на колено?
Что за спектакль?
— Ты что делаешь, Иванов? – еле слышно вывожу губами вопрос и озираюсь на учителя, заметил или нет, но физик что-то смотрит в своëм телефоне.
Иванов широко улыбается и шепчет с трудом понятные мне звуки:
— Одыграй. Она мотрит.
Он снова целует руку и размазывает по моему лицу влюбленный взгляд. Только в этот момент я не понимаю – он притворяется или нет. Выглядит слишком естественно.
И как мне подыграть? Упасть в обморок от его очарования?
Оттого, как это выглядит в моём воображении, я издаю смешок, но любопытный взгляд Глеба заставляет принять правила игры.
Я делаю томный взгляд и произношу с придыханием:
— Сегодня была незабываемая ночь!
Глаза Иванова округляются, он сглатывает, а я чувствую на себе не только взгляд Батона.
Кажется, меня услышали все близсидящие.
— Иванов! – от громкого крика Тринадцатый вздрагивает и, наконец, отпускает мою руку, выпрямляется на стуле. – Методом моего научного пинка, ты сейчас полетишь к директору!
Класс раздаётся громким смехом, а я чувствую как от их внимания горят мои щеки.
— Я просто проверяю закон физики: противоположности притягиваются, факт!
— Лучше тройку исправляй, академик. Тишина в классе!
За тёмными очками Тихоновой я не вижу её взгляд, но судя по губам, ей совсем не смешно.
Остальные уроки проходят также. Иванов всячески привлекает к себе внимание и каждый раз, когда его бывшая пассия оборачивается, он изображает влюблëнного в меня дурачка.
На перемену я выхожу всего раз.
— Как там миссис «чёрная вдова», страдает? – Макс провожает её взглядом, когда она со своей свитой идёт в туалет.
— Делает вид, что я умерла, и что Иванова больше не существует.
Про выходки его я умалчиваю.
— Может, до неё дошло, что нет смысла к тебе лезть? Потому что ты не одна, и за тебя есть кому заступиться.
— Может... Но всё равно это очень подозрительно.
— Затишье перед бурей?
— Надеюсь, что нет.
Я вздыхаю и, как бы невзначай, прижимаюсь к Максу, а хотелось бы обнять и снова спрятаться в его объятиях. Макс доволен и такому вниманию, улыбается.
— Давай, сегодня не пойдём на обед, а после уроков зайдем поесть к моей маме?
Раздумывая над предложением, я зависаю на несколько секунд. Идея очень хорошая, заодно подговорю её на авантюру ко Дню рождения Макса.
— А если я ей не понравлюсь?
— Понравишься! Всё, что нравится мне – ей нравится априори.
Макс легонько щёлкает пальцем по моему кончику носа, и звенит звонок. Хихикнув, он снова нажимает на кончик носа, как на кнопку, и звонок чудесным образом прекращается.
— Вот это суперспособность.
— Буду рада познакомиться с твоей мамой, – улыбнувшись ему в ответ, я спешу в класс.
Тихонова оккупировала мою парту и что-то доказывает Иванову. Видно, она делает это очень подробно, потому что Лëша слушает еë со скучающим выражением лица. Заметив меня, он оживляется и машет, растянув улыбку до ушей.
Актëр!
Тихонова лениво встаëт. Она даже не пытается обходить меня стороной. Наоборот, вместо своего ряда, она движется ко мне навстречу. Проходя мимо, Лера демонстративно толкает меня в плечо, мол, подвинься. Я с трудом удерживаю равновесие и чуть ли не падаю на одноклассника, но в ответ успеваю дёрнуть её за конский хвост, чтобы знала, я еë не боюсь.
Иванов заметно напрягается и вскакивает с места, но зря. Тихонова на мой ответный поступок не говорит ни слова – она только фыркает и кривит накрашенные розовые губы. За еë тёмными очками вообще непонятно, о чëм она думает.
Учительница литературы, влетая в кабинет, строгим взглядом разводит нас на свои места. Наступает тишина.
— Ты как? – шепчет Иванов.
— Отлично.
Улыбаюсь ему в ответ и поправляю свои вещи на столе.
Хорошо, что это последний урок и я, наконец, смогу выдохнуть.