Страница 18 из 76
На теле медведя образовались множественные раны. Они не были очень глубокими, но насыщенная голубая кровь текла из них, окрашивая не только его белые пластины в голубой, но и снег на пустыре.
Вопреки его ранам, ситуация не становилась лучше. Да, наши воины подзаряжались энергией, когда были пусты. Да, некоторые отдыхали. Однако ситуация не становилась лучше. Как будто сейчас шла битва на то, кто быстрее выдохнется, — это было ужасно.
Ситуацию перевернул Бран, когда в порыве безудержного адреналина рванул вперёд. За пару прыжков он приблизился к медведю, а затем вообще залез на него.
ПРОСТО СУМАСШЕДШИЙ!
Я даже не успел крикнуть — он буквально чуть ли не оседлал медведя. Естественно, тому это не понравилось, и он увидел шанс убить первого из «муравьёв».
Бран действовал быстро и решительно, нанося удары своим копьём. Стальной наконечник буквально пылал, удар за ударом обрушиваясь на спину медведя.
ДУХ! ДУХ! ДУХ!
На пятом ударе одна из пластин не выдержала. Сначала пошла трещина, разделив пластину надвое, а затем часть и вовсе откололась и упала на землю, оголяя один из боков медведя.
ОТЛИЧНО!
Подумал я, но вдруг увидел, как медведь, воспользовавшись уязвимым положением отца, ударил его лапой.
НЕТ!
Тело Брана откинуло в сторону, оно оставляло борозды на снегу от падения.
Когда я подоспел к нему на сапогах-скороходах, то увидел, как изо рта и носа у него текла кровь.
Я ожидал увидеть его полумёртвым, но улыбка с его лица не спадала, он кричал:
— БЕЙТЕ ЕГО!
Хотел покрутить пальцем у виска и сказать, что он сумасшедший. Что так рисковать своей жизнью не нужно, но он только отмахнулся.
Я быстро подхватил его, влил в него энергию и передал другим людям, отвечающим за поддержку воинов. В основном это были люди Первого и Второго уровня, чьих сил не хватало для битвы. Они подхватили Брана и затащили в пещеру.
Впрочем, вид большого и незащищённого пятна на боку реально внушал надежду в этой ужасной ситуации.
— ТУДА!
Всё, что у нас было, полетело в одну точку. Топоры превращались в энергетические волчьи пасти и вгрызались в незащищённую плоть.
Появилась рана, которая с каждым ударом расширялась. Кровь текла оттуда ручьём, из-за чего медведь ревел как ненормальный.
ГРРААААААААААА!
Его голос стал другим, разница сразу чувствовалась. Он был полон боли, страдания и страха. Вероятнее всего, единственное, о чём он думал, — это как бы поскорее свалить отсюда.
Из разряда мыслей его поведение перешло в разряд действий. Он медленно попятился назад и в какой-то момент попытался развернуться всем телом и бежать куда глаза глядят.
Вот только кто тебе даст? Тебе же так нравилось тут сидеть, так оставайся тут навсегда!
Удары пошли по лапам. Левая передняя подогнулась правой. Медведь, не пройдя и пары шагов, сел на задницу, а затем и вовсе завалился на бок.
Встать он уже не смог, потому оставалось только всё закончить. Мы уже видели конец — монстр сдался, но, справедливости ради, умирать быстро он отказывался.
Потребовалось ещё тридцать минут, чтобы тот испустил дух. В какой-то момент, когда воины пронзали тушу, пытаясь сделать дыру ещё больше, я крикнул:
— Прекратите!
— Почему?
— Он уже мёртв.
Медведь действительно больше не двигался и не дышал. Воины смотрели на тело несколько секунд, не понимая, как именно реагировать.
Когда Рокт начал бить себя кулаком в грудь по кирасе, раздавался грохот, как от барабана. Остальные тут же повторили его жест.
ТУХ! ТУХ! ТУХ!
И он заорал:
— ЭТО НАША ЗЕМЛЯ!
За ним повторили:
— НАША ЗЕМЛЯ! НАША ЗЕМЛЯ!
Они кричали всё громче и громче, ничего не боясь. Ведь тот, кого называли «хозяином леса», вдруг оказался убит нами, следовательно, теперь мы являлись новыми хозяевами леса.
Я стоял посреди всего этого и молчал. Радоваться хотелось, но я всё думал:
«Как же эту тушу теперь уместить в пещере?»