Страница 50 из 73
Поговорили также о ситуации в Ливане. Тарек сразу сообразил, что итальянец решил разжиться какой-то полезной информацией о его родной стране. Он без проблем ответил на некоторые вопросы о самых влиятельных политических силах, честно предупредив, что сильно в политику в Ливане вовлечен не был, а последние пару лет вообще следил за ней из рук вон плохо из-за переезда в Италию. Знает только, что ситуация только ухудшается с каждым месяцем.
Сказал, что с его точки зрения Ливан очень близок к гражданской войне.
Эта информация уже всерьез заинтересовала итальянца. А Тарек подумал, что в принципе ничего плохого в этом нет. Пусть Италия, не самая богатая из стран Европы, будет иметь эту информацию, которой с ней поделился Павел Ивлев. И которая, к сожалению, с каждым месяцем приобретала все большую актуальность. Ничего эта информированность не изменит для Ливана ни к худшему, ни к лучшему. Просто когда Ливан окажется в пламени гражданской войны, этот итальянский полковник будет признателен ему за то, что он дал совершенно объективный прогноз по стране, только и всего.
Попытался глава контрразведки расспросить его также о политике в двух других странах – Франции и СССР, обосновав свой интерес тем, что во Франции у него живет старший сын, а из Советского Союза прибыла его невестка.
Тарек такой заход оценил. Ясно, что сам он ничего такого своему собеседнику не рассказывал. Это тот так демонстрирует, что о нем и его семействе кое-какую информацию собрал. А может, еще и хочет посмотреть, как он на такие его действия отреагирует.
Ну что же, он совершенно хладнокровно отреагировал. Так что если итальянец рассчитывал, что он в какое-то смятение придет, то сильно просчитался.
Безмятежно улыбнувшись, Тарек честно сознался в своем полном невежестве по ситуации в этих двух странах. Сказал, что в СССР был всего пару раз. Приезжал проведать сына, когда тот там учился. А невестка его вообще аполитична, в политике СССР не разбирается. И никогда эти вопросы вообще сама не поднимает. То же самое касается его старшего сына в Париже. Он просто поддерживает деятельность двух филиалов. Один связан с торговлей ливанскими фруктами. А другой – с новым производством телескопических тростей для людей с проблемами со здоровьем.
Полковник вроде как нормально его ответ воспринял, заинтересовался только этой тростью. Сказал, что у него тесть сильно хромает. И попросил при возможности передать ему для теста одну из этих телескопических тростей, признавшись, что никогда ни о чем подобном раньше не слышал.
Тарек, конечно, пообещал, что все сделает в лучшем виде, решив добавить еще и несколько лучших чемоданов со своего завода в Больцано к этому подарку.
Что касается денег, то он получил от итальянца счет, на который их надо было перевести. Причем счет был в Швейцарии, что немало его позабавило. Похоже, что действительно, конфиденциальности банковской информации Швейцарии в ближайшие годы ничего не угрожает, раз все разведки мира с удовольствием пользуются анонимностью ведения бизнеса и хранения денег на территории этой страны. Ясно, что раз она всем так сильно нужна, то можно вполне безопасно и дальше хранить в ней свои деньги. И открывать новые фирмы, при деятельности которых анонимность очень важна.
Кстати, его юристы как раз работали над открытием новой фирмы, которая будет торговать зерном для Советского Союза. Он уже успел начать собирать информацию по этому бизнесу.
Первая информация его не порадовала. Рынок был достаточно сильно поделен между крупными компаниями, и цена входа на него была достаточно высока. Впрочем, удалось выяснить, что речь все же идет об очень крупных партиях. От сотни тысяч тонн зерна. А он первоначально на эту цифру выходить просто не будет. Выяснилось, что приобрести десять – пятнадцать тысяч тонн зерна у разных фирм вполне можно, не привлекая особого к себе внимания. Достаточно просто попросить людей, которые будут заниматься этим делом, сказав, что зерно он будет закупать для поставок в какую-нибудь из стран Африки или Латинской Америки. Там много достаточно нищих стран, которые не могут себе позволить купить большую партию зерна из-за отсутствия средств, так что этому никто не удивится.
Далее ему останется лишь объединить пять-шесть мелких партий зерна, закупленных у разных посредников, в одну. И отправить ее в СССР несколькими пароходами.
Ничего сложного, он гораздо более сложные сделки прокручивал, когда фруктами торговал. На него сотни скупщиков в Ливане работали, которые эти фрукты закупали прямо у фермеров партиями по несколько сотен килограммов. И все эти ручейки потом стекались в его склады в разных портовых городах страны, позволяя ему формировать из них крупные партии на экспорт.
Зерном, конечно, никто не торгует в таких мизерных объемах. А если и торгует, то цена, конечно, будет сумасшедшей за такую мелкую партию. Так что нечего настолько мелкими скупками зерна ему заниматься.
Ну что же, когда Ивлев договорится с теми людьми в СССР, кто наладит с ним дальнейший контакт, он будет готов к этой работе. А переговоры с ними, наверное, надо все же Фирдаусу поручить провести. Уж очень он хорошо в Японии поработал. К тому же русский язык знает, как и то, как русские важные для себя сделки заключают, раз столько лет в Москве провел. Значит, и к этим переговорам тоже будет готов.
Вспомнив про Фирдауса, он тут же вспомнил и про Амаля… Сердце заныло. Что делать с Амалем, он еще не решил. Но что-то делать, безусловно, все же надо…