Страница 10 из 36
5. Принадлежность
Утром Риин проснулся раньше, чем загорелся свет в апартаментах.
Некоторое время он лежал неподвижно, глядя в потолок и прислушиваясь к тишине. Дом
ещё спал. Где-то далеко, едва различимо, работала вентиляция — ровное дыхание
большого здания.
Потом вспомнил.
И дыхание на секунду сбилось.
Вчера вечером он стоял перед
ней
на коленях.
Слово пришло само.
— Возьмите.
Он произнёс его спокойно, почти тихо. Так, как предлагают не услугу — дар.
Он предложил себя. И она приняла это предложение.
Это не выглядело как выбор. Скорее как завершённость. Как будто он просто дошёл до
точки, которая всегда его ждала.
Мысль об этом отозвалась в груди спокойной, почти детской радостью.
Ощущение принадлежности осталось под кожей как тихое тепло. Не резкое, не обжигающее.
Просто устойчивое чувство, которое невозможно было спутать ни с чем.
Риин медленно сел на кровати.
Серебристый ободок браслета мягко поблёскивал на запястье. Он коснулся его пальцами
осторожно, почти бережно.
Её знак. Не просто доступ к дому. Не украшение. Символ, что теперь он чей-то.
Мысль об этом до сих пор казалась немного нереальной.
Он встал, умылся, привёл себя в порядок так, как учили: спокойно, без спешки, с
вниманием к каждому жесту. Движения должны быть точными, дыхание ровным, линия плеч
— чистой. Привычный утренний ритуал помогал привести тело в порядок.
Всё должно быть безупречно к моменту, когда она позовёт.
Он не знал, когда это случится. Но был уверен — случится.
Этого было достаточно.
Когда он вышел в коридор, Лунный дом ещё только начинал просыпаться.
Через купол крыши проникал мягкий утренний свет. Он стекал по стенам и камню, ложился
длинными полосами на пол галереи, отчего пространство казалось почти прозрачным.
Коридор был почти пуст.
Риин прошёл вдоль перил и посмотрел вниз.
Дом медленно оживал. В спа уже появились первые посетители. У бассейна тихо
разговаривали приватники. В ресторане накрывали столы, и звон стекла доносился сюда
лёгким, почти музыкальным эхом.
Несколько человек прошли мимо него в коридоре.
Короткие взгляды. Спокойные. Оценивающие.
Он ответил тем же спокойствием.
Лунный дом не был местом, где задают лишние вопросы.
Здесь всё происходило мягко и естественно, будто каждый знал своё место в общей
структуре. И вдруг Риин поймал себя на странной мысли. Теперь и у него есть место.
Он неспешно спустился в зал пластики.
Там было пусто.
Высокие зеркала отражали только его одного. Станки тянулись вдоль стены ровной
линией, и в тишине это пространство напоминало сцену до начала репетиции.
Риин снял пиджак и положил его на спинку стула.
Несколько секунд он просто стоял. Потом сделал шаг.
Плечи повернулись мягко, рука скользнула в воздухе, корпус последовал за движением.
Он двигался без музыки — медленно, следуя внутреннему темпу, как учили в школе.
Танец без сцены ощущался иначе — тише, глубже. Не для зрителя. Ради самого движения.
Мышцы помнили ритм. Дыхание выравнивалось само.
В какой-то момент он поймал себя на том, что что-то изменилось и остановился.
Раньше импульс уходил в пространство. Теперь — возвращался.
Танец больше не был просто движением. Теперь у него был адресат.
Риин провёл рукой по волосам, на секунду задержал взгляд на отражении — и тихо
улыбнулся. Оттуда на него смотрел тот же мальчик. Та же линия тела. Та же точность.
И всё же — не тот.
Он опустил взгляд на браслет, словно тот может ожить в любую секунду. Сама мысль об
этой возможности была приятной.
Он надел пиджак и вышел обратно в коридор.
К этому часу дом проснулся окончательно. В воздухе появился запах кофе, свежей
выпечки и лёгких духов.
Риин почувствовал, что проголодался и спустился вниз.
Ресторан уже работал.
Утренний свет ложился на стеклянные поверхности столов.
Риин остановился у входа всего на секунду.
Вдохнул.
И прошёл внутрь.
Он выбрал стол у окна, провёл пальцами по интерфейсу, сделал заказ — спокойно, без
лишних движений.
И только когда сел, почувствовал: внимание. Тонкое, как сквозняк.
— Это он? — почти шёпотом.
— М-м.
— Да, похоже.
Риин не повернул голову сразу. Он налил воды, сделал глоток. Только потом поднял
взгляд.
На него уже смотрели обитатели дома. Не скрываясь, но и не навязываясь. С интересом.
Кто-то чуть повернулся на стуле. Кто-то замедлил шаг. Один из мальчиков, проходя
мимо, задержался на секунду дольше, чем нужно.
— Какой он… — тихо сказал кто-то.
— Совсем юный.
Это не был шёпот, который прячут. Это было почти… обсуждение. Живое.
Один из приватников — тёмноволосый, с лёгкой, почти ленивой улыбкой — подошёл ближе.
— Привет, — сказал он мягко. — Ты новенький?
— Да, — ответил Риин.
Он чуть склонил голову, разглядывая его уже открыто. С любопытством.
— Не из пониженных?
— Нет.
— Мы так и подумали, — усмехнулся он мягко. — Это… как раз видно.
Кто-то сзади тихо добавил:
— Линия чистая.
— И взгляд, — отозвался другой. — Не затёртый.
Риин на секунду замер.
Не от дискомфорта. От неожиданности.
Тёмноволосый сделал полшага в сторону, будто давая другим возможность тоже подойти.
И они действительно подошли. Не толпой, но ближе.
Кто-то облокотился на спинку соседнего стула, кто-то остался стоять рядом.
Пространство вокруг него стало чуть плотнее.
— Ты танцуешь? — спросил один.
— Да.
— Видно.
Лёгкая улыбка.
— Очень.
Кто-то тихо засмеялся:
— И где делают такие красивые вещи?
— Школа Мираны Вэй, — ответил Риин немного смущенно.
— Такого не «сделать», — поправил другой. — Это уже было.
— Просто не испортили.
Риин не ответил. Он не до конца понял, что именно нужно отвечать. И, кажется, это
тоже было замечено. Он сидел прямо, спокойно, но внутри что-то отзывалось на
внимание — тёпло, чуть неловко.
Ему принесли кофе.
Он поблагодарил, и один из стоящих рядом невольно улыбнулся:
— Слышишь? Даже голос…
— Тихий, — кивнул кто-то.
— Нет, не тихий, — поправили его. — Мягкий.