Страница 34 из 95
— Ярмарка? — переспрашиваю я. — Здесь, в лесу?
— Боги, конечно нет, — отвечает вместо Тхока Гронк, его низкий голос рокочет так, что вибрация разносится по всей кухне, пока он вытирает руки кухонным полотенцем. — Она проходит в Брэмблбрук-Холлоу, городке примерно в полутора километрах отсюда.
— В полутора километрах? — повторяю я.
Гронк кивает, и сеточка для волос слегка сдвигается на светло-каштановых волосках, торчащих из его большой покатой головы.
— Конечно. На следующей неделе, если повезёт, мы туда поедем со своим прилавком. Может, испечёшь для нас что-нибудь? Жена сказала, ты пекарь.
— Да, — кладу лопатку на край сковороды и наблюдаю, как тает кусочек масла.
Значит, мы всё-таки подобрались близко к краю леса. Ближе, чем думали. Я никогда раньше не слышала о Брэмблбрук-Холлоу, а значит, он находится не на окраине Санхэйвена, главного города, где расположен дворец.
— А как далеко отсюда до Санхэйвена?
— Около шестнадцати километров.
— А до побережья? — спрашиваю я, пытаясь понять, где мы находимся.
— Затонувший город примерно в двадцати девяти километрах к югу отсюда. Боги, девочка, ты вообще знаешь, где находишься?
Надо же, мы прошли гораздо дальше, чем я думала.
— Я впервые в этой части Сентерры, — объясняю я, и это наполовину правда. Я живу в городе, но никогда не покидала его границ и не бывала в других частях королевства. Марго говорила: «Зачем жить где-то ещё, если можно жить рядом с дворцом?» Если Санхэйвен достаточно хорош для королевской семьи, то и для неё достаточно хорош.
— Справишься с обслуживанием, Ана? — спрашивает Бунка, заглядывая в дверь. — Тхок с Гронком разберутся с готовкой, а твой муж нужен нам за пианино.
— Конечно, — передаю Тхоку лопатку и выхожу в обеденный зал. Рубен торопливо ходит от стола к столу, его осанка остаётся безупречной, несмотря на то что он на ногах с двух часов ночи. Даже когда за стол садится группа эльфов, отбрасывает назад сияющие, словно залитые лунным светом волосы и начинает выкрикивать ему приказы, он сохраняет вежливую улыбку.
Я понимаю, что он всё ещё играет роль принца. Постоянно держит лицо, даже когда никто не знает, кто он такой.
— Можешь перестать притворяться, знаешь ли, — шепчу я из дверного проёма, когда он возвращается за новыми тарелками. — Здесь никому нет дела до придворных манер.
— Я не притворяюсь. Я просто… такой.
— Нет, тебя просто таким воспитали, — он хмурится, губы сжимаются в жёсткую линию, но ничего не отвечает, поэтому я продолжаю: — В любом случае Бунка сказала, что теперь ты можешь играть. А я буду обслуживать.
— Уверена?
— Абсолютно. Приятно выбраться из кухонной жары, — признаюсь я шёпотом.
— Ладно, — отвечает принц непривычно мягко. — Если ты уверена.
Остаток утра проносится как в тумане. Я спешу от стола к столу, фартук покрывается пятнами соуса и жира, пока я разношу миски с кашей и тарелки с яйцами и беконом. Гоблины, чья кожа заметно темнее зелёной кожи орков, заходят и пьют только сидр. Крошечные феи, устроившись на миниатюрных стульчиках за такими же столиками, едят ломтики фруктов и пьют свежевыжатый апельсиновый сок, а корзину с хлебом для эльфов приходится наполнять четыре раза. Несколько заглянувших людей сидят в углу, пьют чай и заказывают пироги с мясным фаршем.
Каждый из них взахлёб говорит о предстоящей ярмарке в Брэмблбрук-Холлоу. Насколько я понимаю, люди устраивают Фестиваль Красок исключительно для других людей, хотя туда приходит и немного представителей других народов, тогда как парад в Брэмблбрук-Холлоу предназначен именно для всех остальных: гоблинов, фей, орков, эльфов, пикси и диких карманных драконов.
В углу Рубен играет на пианино бодрые, весёлые народные мелодии. Я удивлена, что он вообще знает хотя бы половину из них, но, возможно, даже у принцев и простолюдинов бывают общие песни.
К обеду посетители уже выкрикивают свои просьбы, даже когда Бунка велит нам сделать перерыв, чтобы поесть и выпить. Между песнями Рубен болтает с гостями и смеётся над их шутками.
Я наблюдаю за ним поверх края чайной чашки. Очевидно, ему просто нравится внимание. Хотя это не самое худшее качество. Он и правда умеет находить общий язык с людьми, и однажды я ловлю себя на том, что почти улыбаюсь, когда он рассказывает им шутки. Признаться, у него это получается совсем неплохо. В какой-то момент он обвиняет меня в том, что мне, кажется, весело, хотя это неправда. Как мне вообще может быть весело рядом с ним?
И всё же, когда принц смотрит на меня, я улыбаюсь.