Особенный

Глава 49

26 августа, четверг

Зоя встретила меня без обычной улыбки, попросила больше не опаздывать, вручила мне тряпку, а сама села за стол и начала что-то заполнять в амбарной книге. Где-то через час позвонила Наташа:

— Ты мне нужен, сможешь отлучиться на полчаса?

Зоя сказала, что пациенты начнут приходить с одиннадцати, и попросила не опаздывать. Наташа выглядела взволнованной и озабоченной.

— Я сейчас пойду к Мельникову, хочу, чтобы ты пошел со мной.

— Ты что боишься? — удивился я.

— Если честно, то боюсь. Не хочется выслушивать наставления, что мы лезем не в свое дело. А при тебе он будет более сдержан.

Мельников сидел за столом, не пытаясь даже изобразить, что занят чем-то важным.

— Есть новости? — спросил он.

Наташа, не дожидаясь приглашения, села на стул около его стола и жестом пригласила меня сесть рядом. Мельников на это отреагировал спокойно, он сидел, сложив руки на столе, и крутил большими пальцами.

— Так? — спросил он.

Наташа достала из сумочки фотографию и положила ему на стол.

— Вы знаете этого человека?

Я разглядел, что это была фотография Жука. Удивительно, но Наташе удалось сфотографировать его в фас, лицо Жука было хмурым, как будто он заметил, что его фотографируют. Мельников покрутил фотографию в руках, пожал плечами и положил ее обратно.

— Первый раз вижу. А что, я должен его знать?

— Я просто спросила, — сказала Наташа.

Я заметил, что у Мельникова дрогнули пальцы.

— Еще раз повторяю — я не знаю этого человека. А кто он?

— Охранник, который дежурил в день, информация о котором была вырезана из журнала, опознал его. Он приходил в институт в первой половине дня, сказал, что шел к Дмитрию Алексеевичу.

Мельников облегченно вздохнул.

— Так может быть вам лучше обратиться к Дмитрию Алексеевичу. А чем, собственно, я вам могу помочь?

Наташа натужно улыбнулась.

— Я посчитала, что сначала нужно обратиться к вам, узнать ваше мнение.

Мельников самодовольно улыбнулся.

— Вы правильно сделали. А с Дмитрием Алексеевичем я сам поговорю, возможно, он помнит, с какой целью приходил этот молодой человек. А что вы еще о нем знаете?

Наташин голос стал тверже.

— Это Василий Жуков, он работает в детективном агентстве «След».

Мельников сначала вздрогнул, но быстро расслабился.

— Ну, тогда все ясно. Вероятно, этот визит связан с охраной Зои Александровны. Ведь именно это агентство осуществляло ее охрану.

— Я так и подумала, — кивнула Наташа. — Просто мне показалось странным, что после потери страниц этот визит остался недокументированным.

Мельников закивал.

— Совершенно с вами согласен, но кроме этого самого Жукова, как вы его назвали, приходило еще человек сто.

— Безусловно, — сказала Наташа. — Я просто хотела узнать ваше мнение. И еще, — она запнулась, — я хотела спросить о моих очках. Вы их взяли на экспертизу, не знаете ли вы их судьбу?

На лице Мельникова отобразилось соучастие.

— Понимаю, понимаю вашу озабоченность. Экспертиза показала, что никаких отпечатков на очках нет. Кроме ваших, конечно. Я дам команду, завтра утром их привезут в институт и оставят на вахте.

— Спасибо, — сказала Наташа, вставая. — Вы нам очень помогли.

Мельников сделал жест рукой.

— Подождите, а Александр не просто так с вами приходил. Может у него есть вопросы?

Я лихорадочно стал придумывать, что мне могло понадобиться у Мельникова. Моя роль статиста в этом разговоре мне нравилась, но сейчас надо что-то сказать.

— Собственно… — начал я, — просто я хотел сказать спасибо, что вы нашли время, оторвались от других дел и занялись моим.

Мельников самодовольно улыбнулся.

— Благодарите Дмитрия Алексеевича, я тут по его личной просьбе.

Когда мы отошли на достаточное расстояние от кабинета, я спросил:

— Тебе не кажется, что он узнал Жука?

Наташа кивнула, потом оглянулась и тихо сказала:

— Ты заметил его реакцию, когда он увидел фотографию?

— Да, — сказал я, прокручивая в памяти картинки беседы. — Его пальцы дрогнули, он нахмурился, побледнел и, как мне показалось, задержал дыхание.

— Собственно ради этого я и приходила, — сказала Наташа.

— И что дальше?

Она пожала плечами.

— Не знаю. Безусловно, он знает всех в этом агентстве, но я бы на его месте тоже бы сделала удивленное лицо. А ты хорошо сказал, восхищаюсь. Очень кстати, пусть расслабится немного.

— И что мы будем делать дальше?

— Теперь главное другое — что он будет делать дальше.

— А мы будем просто ждать?

— Ты вернешься к Зое, а мы с Цепой будем думать. Если мы что-нибудь придумаем, то ты будешь первым, кто об этом узнает.

В обед по дороге в столовую я встретил Михалыча. Он явно был чем-то очень доволен.

— Привет, — сказал он, — как здоровье?

Это было для меня неожиданно. Моим здоровьем до сих пор Михалыч никогда не интересовался.

— Все отлично, — сказал я, — а как ваше здоровье?

— Тоже отлично, а теперь будет еще лучше. Мельников собрал свои вещички и покинул институт.

— Так он же обещал поймать всех злодеев.

Михалыч положил мне руку на плечо и почти шепотом сказал:

— Ну, не получилось у него. Так бывает. Теперь мы сами будем его ловить. Кстати, как у вас дела? Что опять Наталья задумала?

Я рассказал, что Наталья ходит по ночному лесу, хрустит ветками и ищет спящего зайца.

Михалыч засмеялся.

— Ну, давайте, охотнички.

Когда он ушел, я позвонил Наташе:

— Слышала новость, Мельникова больше нет в институте. Похоже, что ты испугала зайца.

— Какого зайца? — Наташа искренне удивилась.

Я рассказал ей про ночной лес и хрустящие ветки.

Наташа засмеялась.

— Это тебе Цепа рассказал? Я не уверена, что это наш заяц, но новость интересная.

Мы с Зоей принимали пациентов до самого вечера. В шесть часов, когда ушел последний, Зоя подошла ко мне и уткнулась головой в мою грудь.

— Устала? — я погладил ее по волосам.

— Ничего, — она тряхнула головой. — Меня долго не было, вот и накопилась работа. Скоро будет полегче.

На улице меня ждал Иван.

— Сегодня опять я, — сообщил он. — Петрович, наверное, тебе надоел своими рассказами о рыбалке.

— Было немного, — согласился я.

Когда мы выехали на проспект Мира, Иван спросил: