Особенный

— А знаешь, — вдруг резко сказала она. — А нет никакого крота. Есть только наше разгильдяйство и куча совпадений. Про важность твоего проекта знает весь институт. Я слышала, как медсестры между собой называют тебя бессмертным. И все наши секреты — курам на смех. В институте постоянно толчется куча постороннего народа. Какие-то семинары, конференции, обмен опытом, хрен знает что, короче. Стоит пройти мимо вахтера, а дальше гуляй, где хочешь. В коридоре, где пожарная дверь, вообще никто не появляется. Ты туда хоть атомную бомбу притащи, никто не обратит внимания. Так что не надо сразу записывать команду Михалыча в подозреваемые. У нас конечно дурак на дураке, любят выпить, за бабами поволочиться, но, чтобы предать — никогда не поверю. Я сейчас всех в уме перебрала, никого не могу записать в предатели. Разве что саму себя со своей мечтой о трехкомнатной квартире.

Мы подъехали к институту. Наташа подобрала сухую травинку и осторожно прижала ее дверью.

— Все, пошли работать.

Пошли так пошли. Я не представлял, какую работу нам предстоит сделать в институте. Никаких планов, как найти крота, ни у меня, ни у Наташи не было. Изучать личные дела сотрудников? Этим занимается Мельников. Можно, правда, поговорить с Михалычем, узнать какие-нибудь новости, но это уже сделал Мельников, нам тут делать нечего.

Как бы угадав мои мысли, Наташа дернула меня за рукав.

— Ты спишь на ходу, пойдем найдем Вахтанга, я хочу задать ему несколько вопросов.

Я с недоумением посмотрел на нее.

— Причем тут Вахтанг?

— А вот хрен ему с маслом, а не желтый «Феррари».

— Ну что ты, Зоя просто пошутила.

— А я не шучу, — она уже тянула меня за руку. — Пошли, пошли, сам все увидишь.