Страница 56 из 158
Ноздри Зета раздулись, а мышцы, казалось, налились силой, когда он сделал еще один угрожающий шаг в мою сторону.
— Сэди, закрой свой ебаный рот, — рявкнул Ксеркс.
Его вспышка шокировала тем сильнее, что за весь день он практически ни с кем не разговаривал. Мой живот сжался туже, а щеки запылали.
Зет продолжал сверлить меня взглядом.
— Она ведет себя как бесячая сука. Не обращай внимания, — усмехнулся Кобра, и Зет переключил внимание на остальных альф.
Он ухмыльнулся Кобре, разделяя с ним момент чистейшей токсичной солидарности.
Я пробормотала себе под нос о том, «как абсурдно заставлять нас сдавать тесты, не предупреждая о последствиях».
— Заткнись, Сэди, — тихо бросил Джакс, наклоняясь ближе ко мне.
В глазах мгновенно защипало от слез. Все вокруг были грубыми свиньями, но только не Джакс. Это уже было перебором.
— Пожалуйста, — прошептал он, и его голос дрогнул.
Слезы высохли, когда я напомнила себе, что я крутая девчонка, и снова сосредоточилась на растяжке. Если бы я не берегла оцепенение для марафона боев, который, судя по всему, намечался через неделю, я бы ее включила.
По какой-то гребанной причине я чувствовала себя ненормально эмоциональной из-за каждой мелочи. Это отстой.
Как бы поступила Молли?
Я расправила плечи, уставившись на пылинку под ногами, высоко подняла голову и отвела глаза от парней.
Когда наконец пришло время уходить (слава богине луны, я уж боялась, что нас оставят ночевать в каком-нибудь подземелье), я отпрыгнула в сторону, когда Ашер попытался повести меня за поясницу, и он имел наглость тихо зарычать от недовольства.
Видимо, все парни были в отвратительном настроении. Кобра хлопнул дверью машины так, будто пытался вырвать ее с петлями, и всю дорогу назад никто не произнес ни слова. В особняке Уолтер почуял наше кислое расположение духа и тихо объявил, что ужин подадут в комнаты.
— Уверена, им бы всем хотелось поужинать вместе. Просто принесите мой ужин ко мне, — прорычала я, пока старик испуганно переводил взгляд с одного на другого,
Шипение прокатилось по горлу Кобры:
— Не тебе здесь строить из себя жертву.
Он развернулся ко мне так, будто собрался драться.
Перед глазами все покраснело.
— О, я просто констатирую факты. Возвращайся к Клариссе и веселитесь, обсуждая меня. Потребовалось совсем немного времени, чтобы показать свое истинное лицо.
— Истинное лицо, альфа? — процедил Ксеркс и усмехнулся. — Ты хочешь поговорить об истинном лице?
Он резко обошел Кобру и бросился на меня. Внезапность движения застала меня врасплох. Мое тело было потным и истощенным часовыми тренировками, и я попятилась назад на дрожащих ногах. Моя голова с размаху врезалась в коридорную стену.
Желчь, выплеснутая в мой адрес, и боль, пульсирующая в черепе, заставили меня дико содрогнуться. На доли секунды резкая внезапная боль смешалась со страхом, вызвав воспоминания о ком-то другом, нападавшем на меня с ремнем.
Громкий рык вырвался из груди Джакса.
От этого агрессивного звука меня затрясло еще сильнее. Я зажмурилась и помотала головой, отчаянно пытаясь заглушить боль и прийти в себя.
Богиня луны, я не чувствовала себя настолько потерянной с тех пор, как побывала в мире перевертышей.
Какая же я чертова истеричка.
Я винила во всем пытки.
Я медленно открыла глаза. Украшенная драгоценностями щека Кобры оказалась в дюйме от моего лица, а его глаза светились тревогой.
— Принцесса, — умоляюще произнес Ашер, шагая рядом с ним.
— Я не хотел… — Ксеркс осекся на полуслове дрожащим голосом и резко убежал по коридору.
Внутри его комнаты раздался громкий грохот, будто он швырнул что-то тяжелое. Шлейф запаха корицы повис в коридоре.
Грудь Джакса продолжала вибрировать от рыка, а восхитительные ароматы хвои, мороза, каштанов и застрявшей в воздухе корицы заставили во рту выделиться слюну.
Все это было слишком.
— Нет уж, вы не имеете права быть мерзкими ублюдками, а потом строить из себя пай-мальчиков. Вы показали, где ваше место и что вы обо мне думаете, так что не притворяйтесь другими. — я оттолкнула парней и побежала в другой конец коридора, к своей комнате.
Кто-то выкрикнул мое имя, но я не смела оглядываться.
Я заперла за собой дверь спальни, опустилась на колени и задыхалась от гипервентиляции.
Их было четверо, а я — одна, и это подавляло. Когда они были добры ко мне, это казалось потрясающим. Они были четырьмя скалами, дарившими невероятное ощущение уюта и безопасности.
Но когда они злились, это чертовски давило.
Четыре против одного — сокрушительный перевес.
Мое сердце безжалостно топтали.
Теневая змейка послала мне видения любви и поддержки, и я дорожила ее лаской.
После долгого, жалкого приступа удушья я затолкала панику обратно в темный чулан своего мозга и выпрямилась. Четыре девочки-подростка стояли передо мной с абсолютно серьезными лицами.
— Аран принимает наркотики, — заявила Люсинда, указывая на кровать.
Просто великолепно!
Как раз то, в чем так нуждалась моя жизнь прямо сейчас… еще один кризис..