Страница 57 из 207
Глава 16
Надежда на жизнь
А-ара покинула становище крысаков, когда волчак прошёл по небу путь в два своих лика. Дождалась, когда измученные голодом оборотни заснут, и осторожно полезла в ядовитые заросли ёжовок. Задремали даже часовые и Шоа. Как хранить кого-то, когда сил нет глаза держать открытыми? Боясь, что кто-то проснётся и увидит, что она уходит, А-ара не пошла к тропинке через спящих. Просто развернулась и юркнула гибким и тонким телом в тёмный прогал между шипастыми стволами.
Она хотела убраться от этих озлобившихся несчастных, которые в своих мучениях стали похожими на своих же врагов, как можно дальше. Они пугали её почти так же сильно, как Господа. А-ара и раньше видела насилие и чужую боль, но никогда ещё ей не приходилось видеть… так много боли и желания отомстить той же болью. Ненависть, разлитая в воздухе, была столь же насыщенной, как пряный и острый запах ёжовок, которым пропиталась одежда. Ноги сами несли как можно дальше от лагеря крысаков. Отойдя подальше, А-ара и вовсе припустила бегом, позабыв о своих страхах перед ночным Лесом. Лес опасен и страшен, но он не зол и не несёт в себе ненависти.
К рассвету А-ару догнала усталость. Державшаяся столько времени на страхе и тревоге, женщина наконец почувствовала себя совершенно обессиленной, вымотанной и голодной.
«Жалкие смертные,
— ворчал недовольный остановкой Господин, —
только о плоти своей и заботитесь».
А-ара даже не смогла ощутить испуганного трепета. Пропустила ворчание Господина мимо ушей и осмотрелась, выискивая место для отдыха и что-нибудь съедобное. Взор привлекло золотисто-желтоватое пятно над кустами, и женщина опасливо пошла в ту сторону. А пробравшись сквозь ветки, испуганно ахнула, увидев босику, и задом подалась назад.
«Чего шарахаешься? Видишь, как всё цветёт и пахнет? Нет здесь Проклятого Голода».
Оторопевшая А-ара замерла. Господин про жрало?
«Лучше места для отдыха не найти. Смертный народец суеверный, сунуться побоятся. Ещё и пожрать можно».
А-ара вновь испуганно попятилась.
«Какая же ты трусиха,
— презрительно бросил Господин. —
Не рви плоды с веток и сами ветки не ломай, и Голод не проснётся. Ирресашау дал дереву силы защищаться, а не губить жизни просто так. Жалельщик проклятый… Чего стоишь? Иди вперёд. Верь мне. Твоя смерть мне точно не нужна».
А-ара не сразу пошла. Некоторое время она ещё осматривалась, пытаясь найти в предрассветных сумерках не столь пугающее укрытие, а потом всё же направилась к босике. Каждый шаг отдавался томительным стуком сердца, и женщина ждала, что вот сейчас перед ней появится ужасное жрало. Она видела его один раз. Ещё в детстве и издали. Отца попросили разобраться с появившимся на окраине Леса, недалеко от их поселения, чудищем, и любопытная девочка решила хотя бы издали посмотреть на того, кем по ночам пугали непослушных детей. Рассмотрела она немного: жрало напало на охотников неожиданно и не совсем там, где его думали найти. И осушило одного из мужчин прямо на её глазах. Более А-ара ничего не видела. Уткнулась личиком в землю и поползла прочь, кривя рот от ужаса и силясь сдержать вой.
Жрало так и не появилось. Вступив под сень благоухающего наливными соками дерева, А-ара замерла, потерянно и восхищённо осматривая красивые ветви босики и золотистые плоды.
«Бери те, что на земле валяются. Их можно спокойно есть, Голод живёт только в тех плодах, что висят на ветках».
А-ара отшатнулась, прижимая к груди руки, словно боялась, что те потянутся к запретному против её воли. То-нии нетерпеливо зашевелилась за пазухой, напоминая о себе, и легонько куснула А-ару за грудь, выводя её из оцепенения. Опомнившись, девушка всё же плюхнулась на траву, прямо на хрупнувшие под ягодицами плоды. Страх вспыхнул искрой, но был задавлен усталостью, и А-ара только нашла в себе силы пошире распахнуть ворот, чтобы То-нии спрыгнула к ней на колени.
Куница повела себя совершенно бесстрашно. Понюхав воздух, она сбежала с колен А-ары и нырнула в траву.
— Ты ку… — вскинулась девушка.
Трава всколыхнулась, трепыхнулась, и что-то хрустнуло. Куница высунула мордочку, и А-ара с содроганием поняла, что та держит в пасти какое-то крупное насекомое. Опять скрывшись, зверёк сочно зачавкал и вернулся к А-аре.
«Она определённо бойчее тебя»,
— насмешливо протянул Господин.
— Ты голодная, — девушка жалостливо погладила зверька по ушастой голове и с сомнением посмотрела на лежащий рядом плод, едва ли не прозрачный от золотистого сока.
Ах, терять ей всё равно нечего! Решительно схватив плод, А-ара чуть ли не с яростью вонзила в него зубы и блаженно застонала, когда в рот хлынул сладковато-кислый сок. Даже усталость отступила и разум малость прояснился.
— П-подожди, — девушка придержала ринувшуюся было к фрукту куницу. — Сперва я, а ты… а там посмотрим.
Зверёк недовольно ощерился, А-аре даже показалось, что он оскорблён и обижен её заботой. Вывернувшись из её пальцев, он в пару скачков отбежал подальше от А-ары, впился в ближайший фрукт зубами и некоторое время яростно его терзал, больше показывая свою смелость, чем утоляя голод. Нежное, трогательное умиление невольно согрело душу, и А-ара улыбнулась. Отшвырнув плод, куница грозно ощерилась, будто бахвалясь перед неведомыми врагами, и закрутилась на месте, тревожно принюхиваясь. А затем упала на траву и вытянулась. А-ара успела похолодеть от мысли, что босика всё же убила То-нии, но раздался хруст и тело зверька начало вытягиваться.
Вот теперь А-ара поняла, что кое-какая лишняя одежда у неё есть. Увидев совершенно голую То-нии, девушка в первые мгновения растерялась, а потом вдруг без какого-либо смущения подумала, что под платьем у неё плотная нижняя рубаха и шаровары, и начала торопливо раздеваться.
— Твари… — шипела разъярённая То-нии, кутаясь в одежду. — Какие все твари! И Ёта, и крысаки эти, и наши… Все!
Видя, как дрожат её губы и сверкают глаза непролитыми слезами, А-ара поспешила прижать То-нии к своей груди. Та зло всхлипнула, но не заплакала. Только впилась пальцами в запястья А-ары до боли.