Страница 269 из 316
— Ты не виновата передо мной, — добавила Лирка. — Я забуду всё, что ты сделала именно мне. Так что передо мной ты не виновата. Передо мной, — женщина перешла на злое шипение, всё же ей тяжело давались эти слова, — ты совершенно чиста. Чиста, пока не навредишь мне опять. Я выхожу из этого круга.
Повисло молчание. Лирка с трудом оторвала взгляд от Госпожи и в сопровождении Риша шагала прочь.
Неподвижная Идоара продолжила стоять и смотреть перед собой стеклянным взглядом. Ваирак вздрогнул, когда взглянул в её лицо. Оно было так ему знакомо и в то же время незнакомо, давно забыто, что бог перестал улыбаться.
— Он меня всё ещё помнит? — вдруг спросила Идоара. Точнее, уже Доадар.
— Не знаю, — пожал плечами Ваирак. — Мы с ним как-то не очень ладим. Ты сам давно его видел?
— Последний раз ещё до той бури.
— Давненько, — бог присвистнул. — Может, стоит наконец повидаться? Даже если он захочет тебя убить, на этом по крайней мере всё закончится.
— Я… — голос духа дрогнул. — Боюсь, что он не захочет меня убить.
— Боишься ты уже достаточно давно. Может, стоит попробовать что-то новое?
Доадар не ответил. Развернувшись, он молча пошёл в обратную сторону, с каждым шагом становясь всё прозрачнее и прозрачнее.
— Ох, что ж за головомойку я решил себя взять… — Ваирак тяжело вздохнул и перевёл взгляд на Шхаелых.
— Не пройдёт, — виларий Хабдир сочувствующе смотрел на Песчаного Господина, который тыкался в грань и не мог её преодолеть.
С каждой попыткой дух становился всё более суетливым, казалось, даже испуганным. Его отчаянные и бесполезные попытки рвали Мхяну сердце.
— Ну всё, хватит! — не выдержал он, стаскивая с плеча мешок. — Никуда я не иду!
— Да что ты такое говоришь? — расстроился Вехна. — Нарий тебе там ухи оборвёт.
— Да и пусть обрывает! — раздражённо отозвался Мхян. — Ну не могу я! Представьте, он тут сидеть будет, пока я не вернусь!
— Ну ты загнул… — со сомнением протянул Сендар. — Чего это с ним?
Дух прекратил свои попытки и вместо этого уставился куда-то вбок, на Лес. Он явно что-то
видел
.
— Господин, — позвал Мхян.
Тот перевёл взгляд на него и шагнул вперёд так, словно никакой грани не было.
— Вы видели⁈ — завопил Мхян. — Видели⁈ Он смог!!! Ай да ты моя умница! Молодец! Видели? Видели⁈ Красавчик!
Шхаелые, до этого сочувствующие духу, теперь смотрели на него обалдевшим и совсем нерадостными взглядами.
— Мхян… — опасливо протянул виларий.
— Я буду за ним смотреть! — парень сразу понял суть опасений. — Он же совсем безобидный. Снимем домик с внутренним двором. Он там будет сидеть, и никто его тронет. Дядька Хабдир, да он правда очень спокойный! Пошли. Ой, какая ты всё-таки умница!
И, схватив духа за руку, счастливый Мхян потащил его за собой.
Ваирак подзадержался.
Он ещё несколько минут мрачно смотрел в ту же сторону, что и Рошшаад до этого.
Две закутанные в белое фигуры провожали взглядами удалявшуюся группу смертных, в центре которых возвышался выпущенный из Хоётора Рошшаад.
— Я всё ещё не уверен, что это хорошая идея, — ворчливо заметил один из них.
— О, Той, это единственная действительно хорошая идея! — закатил глаза второй. — Уверен, мальчику пойдёт на пользу хорошая компания. Ты сам смотри, как он был заинтересован, как хотел выйти! Припомнить не могу, когда он был таким активным и так явно выражал своё желание. Нет, это стоило поощрить!
— Я и не спорю, просто не уверен… А вообще, какой странный вышел мир, не находишь?
— Нахожу. Мы создали его таким неидеальными…
— Да-да, наше первое творение, — в голосе ворчуна послышалась лёгкая грусть.
— Другие наши миры были воплощением идеальности! Мы предусмотрели всё! Создали идеальных разумных, которые и помыслить не могли о насилии и других плохих вещах. И тем не менее, продолжил существовать только этот мир. Почему, Той?
— Не знаю, Таш. Но подозреваю, что причина в свободном, неподконтрольном разуме. Именно он даёт этим созданиям такую жажду к жизни, несмотря ни на что.