Страница 243 из 316
Зал превратился в маленькую преисподнюю, какой её иногда изображали в некоторых культах. Потолок горел и шипел. Бесформенный Господин, которого опалила огнём Высочество, бился о каменные плиты потолочного свода, пытаясь выскользнуть наружу. Сидевшая внизу дракониха нетерпеливо подпрыгивала и изредка плевалась огненными сгустками, а мечущийся вокруг Вархай свистом пытался её успокоить. Камень местами оплавился, щерился обломками и зиял дырами. Четверо подчинённых Вархая сгрудились у дальней стены рядом с двумя лежащими на полу фигурами, но занимались не раненными, а вместе с господином Руахашем бились о стену.
— Миану и девочку-жрицу утащили в стену! — заорал почерневший от дыма Викан.
— Ха! Там Ёрдел, — ликующе воскликнула Майяри и первая бросилась ощупывать кладку руками и силами. — Леший! Слева от тебя!
Оборотень тут же метнулся в указанном направлении, но на него с рыком из тьмы бросилась Ло-тиа-х, а жрец нота-са наскочил на Ширана, и они покатились по полу. Леший сперва растерялся, увидев над собой искажённое яростью женское лицо, затем долбанул её лбом в лицо, но приложился лишь о невидимую плёнку магического щита. Жрица прошептала короткое заклятие, и охнувшего мужчину с хрустом вжало в пол. Майяри поспешила было на помощь, но тут с потолка рухнула часть бесформенного Господина. От неё пошёл такой чад, что мигом перекрыло всю видимость. Силы Майяри прошли мимо, сбоку от барахтавшегося Лешиего, и смяли стену. Атака союзника напугала оборотня больше, чем сидящая на нём жрица, и он с рычанием заворочался, выкручиваясь из-под давящего щита. Истратившей силы жрице было сложно удержать его под собой, но она не собиралась сдаваться. Она была готова дать своей Госпоже столько времени, сколько потребуется, чтобы добиться желаемого, даже если придётся отдать свою жизнь. Её пальцы вцепились в рубашку Лешиего, и та, и так истрепавшаяся после многочисленных недавних испытаний, треснула по шву и сползла с плеча.
Яркая вспышка, и жрицу отшвырнуло прочь. Леший поспешил вдохнуть воздух и сесть, но увидев перед собой спину смутно знакомого мужчины с золотыми косами, едва обратно не лёг.
— Ну наконец-то! — воскликнул мужчина, воздев руки к потолку. — Наконец-то у кого-то проснулась совесть! Или хотя бы чувство самосохранения. Руахаш, ну ты… — Господин Ваирак развернулся и с торжеством посмотрел на обалдевшего Лешиего. Торжество тут же сменилось глубочайшим непониманием, и бог озадаченно протянул: — Не понял. Ты? Почему ты?
— Чего я? — испугался Леший.
— Нет, подожди, — бог потёр лоб и осмотрелся. Увидел обоих своих жрецов: и Мхяна, и Руахаша. Но обоих слишком далеко. Да и зов к покровителю шёл не от них. Он опять посмотрел на Лешиего с полнейшим недоумением. — Всё-таки ты.
— Я? Чего? — Леший запаниковал, отёр лицо рукой и испугался ещё сильнее, когда бог вдруг вытаращил глаза и разъярённо зашипел:
— Откуда это у тебя⁈
— Что? — окончательно струхнул оборотень.
— Кольцо⁈ — зарычал бог.
Леший уставился на него с тупым непониманием.
— Руахаш! — громыхнул Ваирак.
Тот обернулся и посмотрел на своего Господина малоосмысленным, полным дикого страха взглядом.
— Моя дочь… — почти прошептал жрец, и Ваирак витиевато выругался.
— Сдавайся, тупая сука!
Рядом со сферами вновь появилась Идоара. Потрёпанная, почти полностью утерявшая маски. Расххеридан стоял на краю обвалившего пола и ухмылялся.
— Видишь? Нас больше. Тебе больше не на что надеяться.
— Что у вас здесь происходит? — Ваирак решил отложить разбирательство о причинах своего появления.
Херидан с насмешкой посмотрел на него, и эта насмешка мгновенно сползла с его лица, уступив место глубочайшему изумлению.
— Ты? Что ты тут делаешь? Это наша территория! Ты бог! Ты не можешь приходить сюда! Не можешь!
— Ну почему же не могу? — Ваирак расплылся в улыбке. — Ты помнишь условия? Если будет нанесён вред Говорящему со мной, Проводящему мою волю, то я буду
обязан
прийти и защитить его. Вы не можете наносить ему вред, иначе все договорённости теряют свою силу. Вы же заманили на свою территории двух Говорящих со мной жрецов.
Бог широким жестом показал на оборотней позади себя и бросил косой упреждающий взгляд на Лешиего. Тот и так не собирался что-то говорить, а тут и вовсе прикусил язык.
— Ты всё это подстроил! — тут же обвинил бога Расххеридан.
— Ха! — отозвался смехом Иррес. — Вы сами себе всё это подстроили. Стащили дочь жреца вместе с пацаном, а теперь ноете, что вас подставили.
— Я не имею к этому отношения! — окрысился Бард.
— Зато ручку к этой истории приложила милая Идоара, да? — Иррес нарочно не упоминал ни Истаридана, ни собственные подозрения касательно Ваирака. — Решила принести в жертву проклятое дитя, а оно оказалось ребёнком жреца Ваирака. И Ваирак пришёл за своим жрецом. Что скажут другие духи? Наверняка они обвинят тебя.
— Это не я притащила ребёнка в Хоётор! — закричала дрожащая от ярости Идоара. Она прикрывала спиной сферы, и только они держали её здесь, не позволяли оставить поле боя.
— А кто же? — глумился Иррес.
Лирка непонимающе смотрела на него. Что он творит и зачем? Они же прекрасно знают, что ребёнка похитили с помощью Истаридана. Это он хотел изменить расстановку сил в Хоёторе. Зачем Иррес сейчас пытается переложить вину на Идоару? Из мести?
— Госпожа! — Ло-тиа-х приподнялась. — Девчонка и ребёнок у нас! Ло-сан-х забрал их. Вы можете успеть… пожалуйста, моя Госпожа…
— Тебе стоит сдаться.
Идоара вздрогнула и уставилась на стоящего в тени стены Атраша. Рядом с ним стоял Ло-сан-х, а за спиной жреца дрожала перепуганная А-ара, качавшая на руках ребёнка. Руахаш дёрнулся было к ним, по поймал спокойный взгляд Ло-сан-ха. Жрец отрицательно покачал головой, и Руахаш замер в нерешительности, боясь навредить поспешными действиями.
— Атраш, — Ваирак улыбнулся духу, словно тот был его давним, но хорошим знакомым. — Давненько мы не виделись.
— Ты… — Ло-тиа-х с потрясением уставилась на своего товарища и его Господина. — Что вы творите? Вы… — а затем её лицо озарило понимание, и она искривила губы в ненависти. — Предатели! — выплюнула Ло-тиа-х. — Ха! Теперь я понимаю, понимаю… Ты специально упомянул Вари-Ё, — она посмотрела на Ло-сан-ха, — ты нарочно вложил в голову Госпожи эту мысль!
Ло-сан-х не стал оправдываться. И притворяться виноватым тоже.
— Ты предатель! — крикнула Ло-тиа-х. — Ты должен был радеть о благополучии Госпожи.