Страница 68 из 73
Искоса глядя на парня, я задумалась. Обо всем сразу. Стоит ли посвящать его в глубинные нюансы моего переезда в ответ на его недавнюю открытость, и интересуется ли он искренне – назойливые мушки, верные соратники КБР, еще не покинули мою голову.
— Почему практически каждый раз, – снова подал голос Крис, – когда я задаю тебе какой-то личный вопрос, ты реагируешь, словно я наставил на тебя оружие? У тебя со всеми так?
— Нет, – решила честно ответить я. – Только с тобой.
— Хм. Если не хочешь, не отвечай.
Катер рассекал поверхность воды. Сначала мы пролетали под низкими мостами, и мне казалось, что еще немного, и наши макушки вот-вот заденут их, но потом катер вышел в более открытую часть водной ряби и чуть снизил скорость. Впереди мелькали такие же маленькие и юркие кораблики, а обернувшись назад, можно было увидеть, как вдали блестят и выделяются верхушки красивейших исторических строений центра.
— В первую очередь мне было тесно в родном городе. Я люблю его, он маленький и уютный, но.. Мне как будто чего-то не хватало. Не знаю, новых людей, мест, пространства.. Свободы, что ли?
— Меня, – пошутил Крис, а потом добавил: – Понимаю, о чем ты. Большому городу всегда есть что тебе предложить. Но свободы?..
Он поджал губы, словно подыскивал слова.
— Сдается мне, не зря сегодня ты спрашивала меня по поводу родительского одобрения.
Ощущая, как открытые участки кожи слегка замерзли и онемели от рассекающей воздух скорости, я почувствовала теперь что-то подобное уже внутри.
Меня напугало, насколько проницателен и меток оказался Крис.
К счастью, музыкант не заметил, какой эффект произвели его слова, – он продолжал пялиться куда-то наверх.
— С чего ты взял.. – криво улыбнулась я.
Теперь парень повернул ко мне голову.
— Я же только что сказал, с чего, – подобравшись, он ровнее сел на сидении. – Знаешь, уже на протяжении лет семи работая с самыми разными людьми, я научился замечать и подмечать мелочи. Но не только их – еще и общее. Ты, Ребекка, хорошая девочка.
— Чего? В каком это смысле?
— В прямом. – Крис снова растекался по сидению. – Хорошая. Несмотря на все твои приколы – те же кровавые фильмы, от которых ты тащишься, музыка, какую ты..
Вспомнив, что я и сама говорила об этом, Крис также мог видеть изображения всех кровавых фаворитов на плакатах в студии, когда притащил полуживую меня домой, мне захотелось сигануть с катера. Но дослушать парня было интереснее.
— .. и все прочее и прочее, – продолжал Крис. – Ты прям хорошая. Честная, исполнительная. Добрая, но не слишком. И, сдается мне, наряду со всем этим, возможно – не утверждаю, но.. – ты уехала в другой город не только потому, что он тянул тебя, или же из жажды пространства.
Я пораженно уставилась на молодого человека. Не знаю, поглядывал ли он сейчас на меня в ответ, вновь распластавшись на сидении. Еще немного, и я сама сниму с него очки и отправлю в воду.
— Какой ты.. проницательный, – все больше ощущая скованность, выдавила я. – Это даже немного.. пугает.
— Я не хотел пугать. Извини.
Переведя взгляд на свои колени, я втянула носом воздух. Теперь я совсем замерзала.
— Угадал, – с неохотой сдалась я, откидываясь на сидение и ощущая спиной теплую руку Криса. – Нет, конечно, я действительно хотела переехать сюда – и город мне нравится, и простор.. Но вот то, что я не вписывалась в уклад жизни дорогих мне людей, очень.. напрягало.
Крис молчал, давая понять, что готов слушать дальше.
— Нет, меня, конечно, особо не пилили, – продолжила я. – Но это чувство, что ты.. неправильный, что ли, давило на плечи. Все больше и больше.. И казалось, еще немного, и прижмет к земле, заломив руки за спину, и больше никогда не позволит подняться. Я понимаю, что не должна была стремиться оправдать чьи-либо ожидания – ни близких, ни бывшего парня, но.. Я как будто ничего не могла с этим сделать. Просто ощущала это, и все. И из-за этого было.. довольно зябко и одиноко.
Из-за сказанного всплыло вязкое чувство вины.
— Но я знаю, что они меня любят. И я их тоже, – попыталась защититься я.
Вот теперь уже я чувствовала себя «раздетой», приоткрывая дверь в закрома своей души.
И соль была в том, что делала я это очень редко – практически никогда. С годами я научилась и привыкла справляться со своими переживаниями самостоятельно. Даже самые близкие друзья никогда не видели моих слез.
Не выдержав молчания, я сделала то же, что ранее сделал Крис:
— Что, упрекнешь, что взрослый человек трясется из-за мнения мамочки и папочки? – резче, чем хотела, спросила я.
Крис спокойно ответил:
— Нет. Зачем мне тебя упрекать? Чтобы обидеть?
Я обессиленно выдохнула. Вытягивать из себя что-то личное и глубинное страшнее, чем выдирать зуб. Там боль резкая, острая, но быстро проходящая, а сейчас же мне казалось, будто из меня что-то медленно и болезненно тянули, словно кишки из Питера Новака в «Клетке» с Джей Ло.
Но спокойный голос парня успокаивал меня.
— «Не оправдать ожидания».. Ожидания – сама по себе штука довольно паршивая, – сказал Крис. – После этих ожиданий часто разочаровываешься. Потому что – что? Правильно, потому что этими ожиданиями люди наводят на себя чары – ждут от человека, что он будет делать что-то определенным образом, ждут еще чего-то от самых разных вещей и событий.. А потом разочаровываются. Но не нужно ничего ждать и ожидать. Нужно просто жить и смаковать конкретный момент.
Он глянул на меня – повернул голову: