Страница 4 из 64
Я договорилась и складывала накопленное в ячейку надежного банка. Ее арендовал еще мой отец. Все бумаги мне помог оформить наш бывший адвокат по старой памяти. Его я не могла обмануть и он единственный знал мою тайну. Я же посчитала, что так будет надежнее. Боялась хранить деньги в доме.
Я и не думала, что Рик про них узнает. Адвокат говорил, что все схвачено…
— Так ты прекрасно знаешь, что у меня не было другого выхода, — попробовала оправдаться я.
Но Рика это только еще больше развеселило. Он фыркнул и выплеснул остатки алкоголя в камин.
— На самом деле, я думаю ты большая молодец, Раллин. Ты и раньше ею была, но тут даже я впечатлен размахом твоего таланта, — его глаза насмешливо сверкнули.
— И ты не злишься? — осторожно уточнила я, не веря, что все в итоге может благополучно разрешиться.
— Нет, конечно, — повторно фыркнул брат. — Я снял все со счетов. Мне срочно нужны деньги, сестренка, на новый проект. Очень, кстати, все получилось. Я ведь думал придется продавать дом.
У меня темнеет в глазах.
Он не может так со мной поступить! Не может!
— Но это мои деньги, Рик! Я их заработала! — вырывается у меня.
Взгляд брата тяжелеет.
— Мои, сестренка. И дом тоже мой. Ты забыла? Наследник я. Ни в одном документе не стоит твое имя. Ты ведь всех обманула. Вот и расплата за твою ложь. Учись работать честно.
Он растягивает губы в победной ухмылке, а мне остается только яростно сжимать кулаки в бессильном гневе. Он все же переиграл меня. И доказать что-то я не смогу. Все знают, что заказы делал мой брат. Я сама всех в этом убедила.
— Мерзавец, ты, Рик! Ненавижу!— срывается с моих губ с горечью.
Я просто не в состоянии контролировать себя в этот момент. Неужели мой мир снова рушится? Я ведь не смогу снова собирать осколки.
— Ты никто без моего имени, Ларрин, — глаза брата опасно сверкают. — Хватило ума работать и прикрываться мной, значит, и это в состоянии понять.
Он тяжело поднимается и кивает мне на дверь.
— Отправляйся к себе и не досаждай мне сегодня. Я хочу отдохнуть с дороги. Прощаю тебе твою неосмотрительную грубость. Но больше не смей со мной говорить в подобном тоне, а то не посмотрю на родство и вышвырну на улицу. Я в своем праве, и ты здесь живешь за мой счет.
Несправедливость его слов обжигает, как пощечина.
Я понимаю, что спор бесполезен. В нашем мире у женщин почти нет прав. Я знаю, что брат заберет все. Но это не значит, что я сдамся.
— Дорогой, что здесь происходит? Что за шум? — неожиданно раздается недовольный девичий голосок за моей спиной.