Страница 62 из 63
Началась игра в кошки-мышки на миллион долларов. Дима, поняв, что скрытность больше не работает, пошел напролом. Он просто вырывал двери кают с петель. — Где?! — ревел он, держа за шкирку бледного стюарда, который оказался не в том месте, не в то время.
— С-сейф... в капитанской рубке... — лепетал тот.
Ульяна бежала по коридору, когда из-за угла вылетел еще один охранник. Она не успела затормозить и они столкнулись. Пистолет вылетел из его руки и заскользил по полу. Ульяна упала на него сверху. Охранник, парень лет двадцати, ошалело смотрел на неё.
— Мадемуазель? — прошептал он. — Вы же... вы приносили мне кофе утром.
Ульяна занесла над ним руку с тяжелой рукояткой пистолета, который она успела поднять. Парень зажмурился.
— Прости, Анри, — вздохнула она и легонько тюкнула его по затылку. — Работа такая.
Она ворвалась в рубку. Картина маслом: Стас сидел на плечах у капитана, выкручивая ему руку. Дима стоял перед открытым сейфом. Внутри, на бархатной подушке, лежал не антиквариат. Там лежал кейс. Тот самый, который она видела в бинокль с берега, когда наблюдала за старым пердуном.
— Это не статуэтка, — протянул Дима, доставая кейс. Он был тяжелым.
— Что там такое? — Ульяна подбежала ближе, её глаза горели. — Миллиарды? — спросила она у капитана.
В этот момент дверь рубки чуть не разлетелась в щепки. На пороге стоял Старикашка. Но теперь в его руке был не веер из павлиньего хвоста, а компактный израильский пистолет-пулемет.
— Положите кейс, — сказал он на удивление спокойным голосом на русском языке. — И девчонку тоже оставьте. Она мне приглянулась.
Стас медленно сполз с капитана, поднимая руки. Дима сделал шаг вперед, закрывая собой Ульяну.
— Не сегодня, дедуля, — пророкотал он.
Старикашка начал медленно подходить ближе. И тут Димыча осенило, он не стал стрелять в ответ. Он просто схватил тяжелое капитанское кресло и швырнул его. Кресло, пролетев несколько метров, врезалось в старикашку, впечатывая его в стену.
— Уходим! — крикнула Ульяна.
Они не стали пользоваться парадным трапом. Дима выбил окно рубки.
— Десять метров до воды, — оценил он.
— Я не буду прыгать в этом! — взвизгнула Ульяна, глядя на свое дизайнерское пляжное платье.
— Будешь, — Димыч подхватил её на руки, как невесту. — Стас, кейс!
Стас схватил кейс и сиганул в черную воду. Димыч прыгнул следом. Удар о воду вышиб дух. Ульяна ушла под воду с головой, всё ещё в объятиях Димы. Он вынырнул первым, фыркая. Она вцепилась в него мертвой хваткой.
— Платье... — прохрипела она. — Оно стоило как твоя почка!
— Я куплю тебе новое, — он греб одной рукой к надувному плоту, который Стас уже успел активировать. — И почку куплю, если надо.
«Робинзоны и необитаемый остров».Они нашли убежище на острове, которого не было на картах. Остров был крошечным. Кусок песка, немного пальм, жаркая ночь и украденный кейс набитый изумрудами лежал между ними.
— Ну что, — Стас лежал на спине, закинув руки за голову. — Будем делить?
— Агась, сщазз, — тут же сказала Ульяна. — Это моя добыча.
— А мы тебе помогали, — Дима перевернулся на живот, глядя на неё. Капли воды стекали по его плечам. — Так что делим поровну.
— Поровну? — Ульяна фыркнула. — Я придумала план и пасла его две недели! Я внедрилась, рисковала!
— А я прыгнул в воду в почти, дорогих лухари бич часах, — парировал Стас.
— А я чуть не утонул, спасая твою задницу, — добавил Дима. — И платье твое порвал.
Они препирались час.Палка, которой Ульяна хотела разжечь костёр треснула. Она зарычала от бессилия.
— Я хочу есть, — злобно сказала Ульяна. — И пить. И в туалет. И я ненавижу вас обоих.
— Мы тебя тоже, — кивнул Димыч. — Но мы скучали, очень сильно.
В ту же секунду он оказался рядом. Молча забрал у неё деревяшки. Его огромные ладони полностью закрыли её руки. Он начал медленно, ритмично вращать палочку. Сухое дерево начало дымиться.
— Сила тут не нужна, рыжик, — прошептал он ей на ухо. — Нужна выдержка.
Он встал и пошел к воде. Ульяна невольно залюбовалась игрой мышц на его спине. Стас заметил её взгляд, ухмыльнулся и подполз к ней ближе.
— Рыжик, — прошептал он ей на ухо. — А давай его свяжем и бросим здесь?Изумруды пополам — и я согласен.
— У него кулак с твою голову, — так же шепотом ответила она. — И он умеет плавать под водой пять минут. Я проверяла.
Стас поцеловал её в плечо.
— Год, Ульяна. Мы год спали на полу, в машинах, в дешевых мотелях. Мы дрались с копами в Праге. Мы чуть не замерзли в Мурманске, ища твои следы.
— Нужно было лучше искать, — буркнула она улыбаясь и не отстраняясь от него.
— Мы не за деньгами пришли, — он взял её за подбородок, заставляя посмотреть на себя. — Мы пришли за тобой.
Дима вернулся, неся в руках кокос. Он разбил его о камень одним движением.
— Пейте, — он протянул им половинки. — И хватит шептаться. У меня от ваших соплей песок в трусы набился.
Ночью пошел дождь. Их единственная палатка — кусок брезента, который они сняли с плота — протекала. Они лежали втроем, прижавшись друг к другу, чтобы не замерзнуть. Ульяна была в центре.
— Если вы сейчас не начнёте... — начала она.
Губы Стаса накрыли её — жестко, требовательно. Она ответила, выгибаясь. В ту же секунду тяжелая рука Димыча легла ей на талию, прижимая к его горячей груди. Это не было борьбой за неё. Это было поглощение. Они забирали её себе — оба, сразу, не деля.
— Давайте спать, — отрезал Дима, притягивая её к себе спиной, после горячих поцелуев.
Стас обнял её за талию с другой стороны:
— Спокойной ночи, рыжик, — пробормотал он.
Она лежала, зажатая между двумя самыми опасными мужчинами, которых знала. И впервые за год чувствовала себя в безопасности.
«Возвращение хищников».Их нашло судно филиппинских рыбаков на третий день. Ульяна отдала капитану один камень из кейса, чтобы они отвезли их не в полицию, а в Манилу.
— Ну что, — Ульяна сидела на барном стуле в пентхаусе, который они сняли и крутила в пальцах изумруды. — Мои условия. Я сливаю камешки. Вы забираете свои деньги и мы расходимся.
— Не-а, — Стас покачал головой, открывая мини-бар. — Мы так не договаривались.
— Мы вообще не договаривались, — Дима подошел к ней сзади. Его руки легли ей на плечи. — Мы год искали женщину, которая нас кинула. А нашли партнера.
Он развернул её стул.
— Ульяна, — сказал он серьезно. — Мы не уйдем.