Страница 50 из 69
Почему же она медлила?
Почему она думала не о Роще, а о нём? О том, как он стоял на коленях у камина и рассказывал о волчьей яме. О том, как его руки дрожали, когда он поправлял ей одеяло. О том, как он сказал: «Я не знаю, что такое любовь. Меня никогда не любили».
Она думала о том, что за все эти недели он ни разу не причинил ей вреда. Что он дал ей небо, пусть стеклянное, но всё-таки небо. Что он разбил руки о стену, когда понял, что напугал её. Что он защищал её от Совета, от империи, от собственных вождей. Что он готов был пожертвовать королевством ради неё.
И теперь он жертвовал собой. Своим счастьем. Своей надеждой. Он отпускал её, потому что любил. Потому что её жизнь была для него важнее, чем его собственное сердце.
И она вдруг поняла: она не хочет уходить.
Не потому, что боится. Не потому, что не может. А потому, что здесь, в этом каменном замке, среди грубых орков и суровых гор, она нашла то, чего не искала. Человека, который видел в ней не трофей, не оружие, не диковинку. Человека, который видел в ней её.
Она не знала, любовь ли это. Она вообще не была уверена, что понимает, что такое любовь. Но она знала: когда он уходил, ей хотелось, чтобы он остался. Когда он говорил, ей хотелось слушать. Когда он страдал, ей хотелось утешить.
Когда Гарра пришла с завтраком, она застала Лиару не в постели, а у стола. Нимфа сидела, склонившись над листом бумаги, и что-то писала. Её пальцы, всё ещё слабые после ночного происшествия, выводили буквы медленно и старательно.
— Что ты делаешь? — спросила травница, ставя поднос.
Лиара подняла голову и показала ей лист. На нём было всего несколько слов, но они стоили больше, чем целые тома. Это были её первые слова, написанные на всеобщем языке, адресованные ему:
«Я остаюсь. Не ради земли. Ради тебя».
Гарра прочитала и её глаза наполнились слезами.
— Ты… Ты уверена?
Лиара кивнула.
— Он ждёт ответа, — сказала Гарра, вытирая глаза — Он там, в тронном зале. Сидит и смотрит в стену. Я никогда не видела его таким. Даже когда умирал его отец, он не выглядел так, будто его сердце вырвали из груди.
Лиара взяла листок и встала. Ноги ещё дрожали, но она заставила себя идти сначала медленно, потом всё быстрее. Гарра шла рядом, готовая подхватить, если она упадёт.
Они спустились по лестнице, миновали коридоры, вошли в тронный зал. Стражники расступались перед ними, никто не посмел остановить нимфу, которая шла с таким решительным видом.
Гор'тах сидел на троне. Один. Без советников, без стражи, без короны. Он смотрел в пустоту, и его лицо было серым, как пепел. Он не сразу заметил её, только когда она подошла почти вплотную.
— Ты… — он осёкся. Увидел листок в её руке. Прочитал.
И заплакал.
Он, король орков, Сокрушитель Кланов, Владыка Гор — заплакал. Скупо, по-мужски: только одна слеза скатилась по щеке и затерялась в шрамах. Он не вытирал её. Просто смотрел на Лиару, и в его глазах была такая благодарность, такое неверие, такое счастье, что у неё самой защипало в носу.
— Ты остаёшься, — прошептал он — Ты… Ради меня?
Она кивнула.
Он встал медленно, словно боялся, что она исчезнет, если он сделает резкое движение. Подошёл к ней. Протянул руку и остановился, не дотронувшись.
— Я не заслуживаю этого, — сказал он — Но я проведу всю жизнь, пытаясь заслужить. Клянусь.
Лиара взяла его руку, ту самую, что ломала кости и разбивала стены, и прижала к своей щеке. Закрыла глаза. И впервые за долгое, бесконечно долгое время почувствовала, что она дома.