Страница 32 из 69
Однажды он принёс ту самую карту, что показывал в первые дни, и начал объяснять географию своих земель. Названия гор, рек, перевалов. Лиара слушала внимательно, запоминая каждое слово. Она уже знала, что «Гро-мад» это Седые пики, а «Тар-кул» Железные болота. Когда он дошёл до восточной границы, она вдруг подалась вперёд и указала на участок за горами. Там, где на карте было белое пятно с надписью на всеобщем: «Ненанесённые земли».
Она указала на белое пятно. Потом на себя. Потом снова на пятно.
— Там твой дом? — спросил он.
Она кивнула.
Он долго смотрел на карту, потом на неё. В его золотых глазах мелькнуло что-то сложное. Смесь понимания, печали и ещё чего-то, чему она не могла подобрать названия.
— Далеко, — сказал он — Очень далеко. Даже для птицы много дней лёта.
Она опустила взгляд. Она знала это. Знала с самого начала. Но видеть расстояние на карте, своими глазами, в масштабе, было больнее, чем она ожидала.
Он, кажется, понял её состояние. Молча свернул карту и отложил в сторону.
— Мы можем продолжить завтра, — сказал он — Если хочешь.
Она покачала головой. Встала, подошла к полке и взяла другую книгу. Не учебник, не трактат, а сборник орочьих легенд, который он принёс несколько дней назад. Раскрыла на первой странице и указала на заголовок. Потом на него. Потом на свои уши.
— Ты хочешь, чтобы я почитал вслух?
Кивок.
— На орочьем?
Снова кивок.
Он улыбнулся широко и открыто, как не улыбался уже много лет. Взял книгу, откашлялся и начал читать. Его голос, низкий и хрипловатый, наполнил комнату. Он читал легенду о Первом Вожде, который победил горного дракона и выпил его кровь, чтобы обрести силу. Это была грубая, жестокая история, полная битв и смертей, но в его исполнении она звучала почти как колыбельная.
Лиара слушала, закрыв глаза. Она понимала далеко не всё. Может быть, половину, может быть, меньше. Но ритм языка, его структура, его музыка проникали в неё, оседали в памяти. Да, у орочьего языка была своя суровая музыка, как бой барабанов.
И ещё его голос. Она привыкала к нему. Уже не вздрагивала. Уже не ждала угрозы в каждом звуке.
Когда он закончил, за окном было уже темно. Звёзды сияли сквозь стеклянный купол.
— На сегодня хватит? — спросил он.
Она кивнула. Потом, поколебавшись, сделала жест, которого он никогда раньше не видел: сложила ладони вместе и чуть склонила голову. Жест благодарности. Не орочий, её собственный, нимфийский. Но он понял.
— Не за что, — сказал он и вышел.
А Лиара ещё долго сидела у окна, повторяя про себя новые слова. Гро-дар — меч. Тар-гол — щит. Рак-та — слушать. И где-то в глубине её сознания, тихо-тихо, зарождалось новое слово. То, которое она пока не решалась произнести даже мысленно.
Гор'тах. Его имя.
Она знала его уже давно. Слышала от Гарры, от слуг, от самого короля, когда он представлялся кому-то в коридоре. Но знать и произнести, разные вещи. Имя это личное. Имя это признание. Если она когда-нибудь назовёт его по имени, это будет значить, что она признала его. Не как короля. Не как тюремщика. А как кого-то другого.
Кого она пока не знала.
Но чувствовала, что день, когда она произнесёт его имя, приближается.