Роза пустыни

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Роксана, отводя в сторону взор, успела заметить на лице молодого мужчины некое, еле уловимое, смятение, которое сразу же исчезло. Молодая женщина тут же оказалась на ногах. Она чуть покачнулась, но была удержана уже руками мужа, который демонстративно встал между ней и Юсуфом.

– Благодарю, что не дал ей упасть, – кивнул головой Дауд, обхватывая крепкими пальцами ладонь жены и увлекая Роксану за собой.

– Всегда к вашим услугам, – раздался дружелюбный голос им в спину.

Молодая женщина почувствовала смятение, когда услышала эти слова. Ей было стыдно, неловко, а еще – страшно. Судя по стремительной поступи мужа, тот собирался ее наказать. Так ей казалось. Но Роксана ошиблась. Дауд всего лишь проводил ее до одного из залов, в котором уже собирались женщины, чтобы поужинать. Руководствуясь исламскими правилами, предводитель приказал, чтобы его жена и другие женщины ели отдельно от мужчин, и дело было не в унижении и признании их недостойными разделить пищу в компании воинов. Нет. Просто Дауд оберегал Роксану от назойливых взглядов. Она была слишком красива, чтобы оставаться незамеченной. Есть под прицелом десяток мужских глаз, сидящим поблизости – не самое комфортное занятие.

– Ужинай спокойно, – Дауд легонько коснулся губами лба жены. А хотел бы впиться в ее губы страстным, собственническим поцелуем. Но мужчина не привык и не позволял своим чувствам брать верх над ним. – Я приду за тобой после.

Роксана, подняв на него темные, блестящие глаза, кивнула головой. Уходя в зал, она, все же, коснулась мягкой ладонью твердой груди Дауда – там, где билось его сердце. Простой жест, говорящий о многом. Воин поймал ее ладонь и аккуратно сжал ее тонкие пальчики жены, говоря:

– Дождись меня.

Она кивнула головой и с неким волнением зашла в просторную комнату, здороваясь и окидывая зал взглядом – за накрытыми столами уже размещались немногочисленные женщины – и никого из них, кроме Айсель, Роксана не знала. Молодая женщина, пытаясь взять себя в руки, медленно пошла в направлении прямоугольного стола, за которым еще никто не сидел.

– Госпожа, – окликнула молодую женщину служанка, и Роксана обернулась, – госпожа, господин просил вас сесть за вот этот стол – ведь хозяйка дома – вы.

Айсель указала рукой в сторону круглого столика, на нем уже красовался букет из голубых цветов и была расставлена глиняная посуда с едой. Цветы обрадовали красавицу, она улыбнулась, чувствуя себя окруженной заботой мужа. Кивнув служанке, Роксана села на свое место. Ей было неловко кушать пищу одной, ощущать на себе женские, но все те же, любопытные взгляды. И молодая женщина была крайне рада, что этот момент в комнату зашла ее свекровь. Та хотела было присоединиться к остальным женщинам, но Роксана попросила составить ей компанию. Они начали мирно ужинать, разбавляя поглощение пищи ни к чему не обязывающей беседой – женщины говорили о дороге, о погоде, о вкусных блюдах, приготовленных местным поваром.

Особо понравился Роксане хлеб, испеченный из пшеничный муки – теплый, воздушный, с кусочками мякоти урюка. Она ела его, наслаждаясь вкусом и ароматом выпечки. Амина, потягивая чай из трав, смотрела на невестку теплым взглядом. Как удивительна судьба человека! Когда считаешь, что этому не суждено случиться, и принимаешь это, доверяя Господу, все начинает внезапно меняться и ты, в конечном итоге получаешь то, что так хотел. Вот и Амина все эти годы мечтала о том, чтобы Дауд женился. Проведя годы во дворце халифа Халида и наблюдая, как тот счастлив со своей женой Жасмин, пожилая женщина желала подобного счастья и для Дауда. Господь знает – ее сын заслужил этого.

– Расскажите о Дауде, прошу, – проникновенно произнесла Роксана, и Амина не смогла ей отказать.

– Дауд очень рано повзрослел, – начала она, задумчиво глядя перед собой, словно окунаясь в прошлое, – он начал помогать отцу пасти овец, едва ему исполнилось четыре года. Я удивлялась тому, как животные беспрекословно слушались столь малого ребенка, пока однажды не увидела его хмурый, строгий взгляд, обращенный к заблудившейся овце – та, в итоге, беспрекословно вернулась в стадо. Видимо, командовать, у Дауда в крови. Впрочем, как и драться. Он передрался со всеми мальчишками в деревне, и бил даже тогда, когда соперник превосходил его и ростом, и возрастом. Сколько он шишек, синяков и ран получал – не счесть! В семнадцать Дауд покинул дом, а когда вернулся спустя три года, я уже похоронила его отца. Было непросто. Это были трудные времена. Сын оставил мне денег – и я не испытывала нужды. Поднявшись и укрепившись, Дауд приехал за мной – многие годы я провела сначала в Кордове, а затем уже и в Дамаске, в семье халифа.

Роксана слушала, и гордость за мужа росла и росла в ее сердце. Она хотела бы узнать о нем еще больше, но Амина, сославшись на усталость и свой преклонный возраст, попрощавшись с невесткой, отправилась к себе. По – тихоньку, и другие женщины, начали покидать зал. Служанки убирали со стола грязную посуду. А Роксана все ждала Дауда. Она, утомленная, ощутила на себе чей-то пронзительный взгляд. Молодая женщина резко обернулась, но у дверей уже никого не было.

В какой-то момент Роксана оказалась совсем одна в зале. Молодая женщина грустно улыбнулась сама себе – неужели Дауд забыл про нее? Заглянувшая Айсель сообщила, что «господин куда-то вышел с воинами». служанка предложила молодой женщине сопроводить ее до спальни и расчесать ей волосы, но та отказалась, памятуя о просьбе Дауда. Она будет ждать, если понадобится, хоть до утреннего намаза.

Шло время. В коридорах стихли голоса. Казалось, весь дом погрузился в сон. Не спала лишь молодая женщина. Она все так же сидела за столом, размышляя. Грусть медленно, но верно, в обнимку с одиночеством, стала закрадываться в душу красавицы.

Раздалось приглушенное шарканье ног. Роксана напряглась, услышав этот неприятный звук. Это был не Дауд – тогда кто же? Вскоре, в комнату зашла старушка – невысокая, укутанная в золотистую ткань. Молодая женщина впервые видела ее и вопросительно посмотрела на незнакомку. Как та оказалась здесь – было загадкой для жены Дауда.

Старуха подошла к Роксане почти вплотную, с легкой усмешкой разглядывая ее зоркими, черными глазами. Затем шепотом произнесла:

– Ты красива, но пуста изнутри, милая. А господин силен и нуждается в продолжении. Сейчас он молчит, но совсем скоро, как и любой другой мужчина, пресытившись, захочет большего – наследника.