Страница 4 из 191
— Я не хотела утаивать специально, — тихо призналась Лирка. — То, что произошло… — она сглотнула и отвела взгляд. — Это случайность. Вы были не в себе, я тоже. После случившегося я очень испугалась. Мне… Я была очень юна, мне было ужасно стыдно, что я поддалась. Как можно признаться? Может, при дворе девичья честь и неважна, но меня воспитывали с мыслью, что это всё, что я могу дать мужу. А я… — она опять запнулась.
— Отдала её мне, — без смущения продолжил Узээриш.
К его удивлению, девушка тоже не сильно-то смутилась. Просто досадливо поморщилась.
— Кроме того, вы были очень пьяны, я боялась, что вы можете решить, что я воспользовалась вашим слабым положением, чтобы… заиметь какие-то блага. Вы тогда были… очень расстроены.
— Не способен мыслить здраво, — правильно угадал Риш то, что она хотела сказать на самом деле.
Лирка осторожно кивнула.
— Я просто боялась. И, когда поняла, что вы ничего не помните, порадовалась и решила не напоминать. Думала, что вам выпивка память отшибла. Да и зачем напоминать? Это не такое выдающееся событие, чтобы о нём говорить. Забыли — и к счастью.
— Хорошо, терзания юной девы я понимаю, — Узээриш прищурился. — Но отчего ты смолчала, когда поняла, что я забыл не сам, а из-за зелья? И терзаюсь из-за домыслов! Мучаюсь из-за этого!
— А вы себя видели, когда говорили об этом? — огрызнулась Лирка. — Вы будто хотели прибить ту несчастную, которая имела наглость утаить от вас произошедшее! Вы меня просто напугали.
— Так это ещё и я виноват? Ты меня соблазнила…
— Я не соблазняла вас! — вскинулась Лирка. — Вы первый… — и осеклась, увидев улыбку Сильнейшего и сообразив, что попалась на уловку. — Соблазнителем выступали вы. Я же оказалась слишком слаба и поддалась вам. Видят боги, — с досадой прошипела женщина, — я не хотела, чтобы вы вспомнили об этой слабости, и мы бы просто продолжили быть друг для друга хайнесом и подданым.
— Больше всего я не могу терпеть, когда мне голову дурят!
— Я тоже много чего терпеть не могу, — успокоительное подействовало на Лирку странным образом, утихомирив и её страх перед хайнесом, — и тем не менее я нахожу в себе силы терпеть. Я не сотворила ничего плохого! Мне просто хотелось, чтобы об этом стыдном моменте прошлого никто не помнил. Я ничего от вас не требовала, не искала вашего внимания, не просила о благах, ни в чём вас не винила, только себя. Всё, что хотела, честно заслужила сама. Если бы не хоёторская печать, мы бы с вами никогда больше не встретились. Клянусь, я бы об этом позаботилась. Почему вы сейчас смотрите на меня так, словно именно я доставила вам проблемы? Я вообще не хотела, чтобы вы вспомнили ту ночь!
На некоторое время повисло тяжёлое молчание. Риш чувствовал себя несколько уязвлённым.
— Как ты сейчас нападаешь! А убегала так, будто чувствовала за собой вину.
— Видели бы своё лицо в тот момент, — с вызовом ответила Лирка. — Это был инстинктивный порыв. Я думала, вы мне прям там голову оторвёте.
Вновь повисло молчание, в этот раз раздражённое. И Лирка, и Риш не смотрели друг на друга. Уставились в стену и пытались утихомирить бушевавшие внутри чувства. Раздражение сменилось неловкостью, и Лирка уже начала корить себя за импульсивность, а Узээриш — немного сожалеть, что так надавил на девушку. Раскрывшаяся истина из ошеломляющего торжества и ужаса смялась до неуютной уязвлённости и сожаления за горячность.
— Тебе хоть понравилось? — наконец спросил хайнес.
— Что? — Лирка удивлённо на него посмотрела, не сообразив, что он мог поинтересоваться таким.
— Я позаботился о тебе? — Риш прямо посмотрел на неё, но вспыхнувшая девушка взгляда не выдержала и резко отвернулась.
— Вы… всё хорошо сделали, — едва смогла выдавить Лирка. Обивка под пальцами едва не разошлась. — Но давайте мы просто забудем о той ночи. Словно её не было. Что в ней такого? Мало ли у вас было других ночей.
Узээриш тяжело вздохнул и опёрся щекой на кулак.
— Кое-что особенное в ней есть, — жёлтые глаза тоскливо посмотрели на женщину, которая тут же заволновалась. — Видишь ли, если не считать нескольких довольно пикантных картинок, я ничего о ней не помню. И это дико раздражает.
— Но вы же вспомнили… — Лирка озадаченно на него посмотрела.
— После удара я попал в сознание своего зверя, и он поделился со мной некоторыми моментами, когда ты над нами склонилась. Такими очень интригующими моментами… в процессе, — Риш не удержался и облизнулся, чем вынудил женщину отвернуться. — И всё. И теперь я буду видеть тебя каждый день и знать, что между нами была одна-единственная ночь, из которой я не помню ни одного чувства. Ничего, кроме картинки. Даже эмоций, которые владели мной именно в тот момент, нет. Только знание, что между мной и тобой была ночь и, вероятно, она была неплоха, раз ты так краснеешь.
— Это нормально после Незабудки, — нашлась Лирка. Она и раньше отмечала прямоту хайнеса, но вот сейчас она была очень некстати.
— Только забыть это невозможно, — Риш скользнул взглядом по её телу. — Можно забыть самую сладкую ночь. Чувства со временем притупляются, эмоции забываются. Не начисто, конечно… Но невозможно забыть, что ты не помнишь, каково целовать вот это тело, доводить до стонов эту женщину и видеть, как она извивается в твоих руках.
— Хватит! — Лирка не выдержала и вскочила.
— Я просто пытаюсь донести мысль, — в глазах хайнеса действительно не было ничего, похожего на сладострастие. Скорее его взор был несколько холодноват и обращён внутрь, словно мужчина всматривался в себя. — Невозможно забыть разочарование от того, что ты
не помнишь
. Знаешь, что было, но не помнишь.
Что он хочет? Лирка заволновалась ещё сильнее.
— Вряд ли я смогу как-то это исправить…
— Не сможешь, — легко согласился с ней Риш.
Его согласие ободрило её, и магичка произнесла уже с вызовом:
— И рассказать не смогу! Я… не осилю.
— Ты не поняла. Я не помню своих эмоций и ощущений, и это не будет давать мне покоя. Я, — Риш проникновенно на неё посмотрел, — никогда не смогу забыть ночь, которую не помню. Не жди от меня этого. Пока ты будешь старательно забывать, я буду старательно вспоминать.
— Тогда зачем нам мучиться? Отошлите меня из дворца, — предложила Лирка.
— Птичка Кая, — по губам Узээриша расползлась чуть насмешливая улыбка, — ты кое-что забыла. Точнее, ты кое-что до сих пор не принимаешь всерьёз. Пока внутри меня есть кое-кто, кто считает, что ты
моя птичка Кая