Некромантка.

Все устремили взгляд на вошедшую. Зал затих. Стал вполне отчетливо слышен шорох дорогих тканей. Уверенности стало еще меньше. Альва начала краснеть пятнами.

А впереди лестница. Длинная, широкая, устланная дорогим узорчатым ковром. И так много ступенек. И каждая предоставляет удивительную возможность споткнуться, совершить короткий полет и расквасить себе нос.

Шаг. Еще шаг. Еще и еще. Осторожно, главное не думать о том как ступать, задумаешься и споткнешься, задумаешься и... Альва споткнулась, но тело ее не подвело и падения не случилось. Со стороны это выглядело как небольшой, немного неуклюжий, но даже радостный прыжок.

Шаг за шагом лестница была преодолена.

Все отвели от девушки взгляд. Интерес к ней быстро угас.

Вновь зазвучала музыка. На балу полагалось танцевать.

Зал был разделен на две зоны: для танцев и для пиршества.

Альва боялась испачкать свое платье и к еде даже не подходила. Только бродила вдоль стен зала и пыталась внимать. Танцы казались фальшивой Моринелль Брангширт необычайно сложными и в голове не укладывались.

Где система? Каков порядок движений? Казалось, они вообще не повторяются.

Шел уже третий танец, но Альва по-прежнему не находила в движениях ничего знакомого. Кроме разве что хороводов, которые были только в первом танце. Но на те хороводы, что крестьяне водили в деревне у костра, они были не похожи. В деревне они просто брались за руки и кружились, а тут все танцующие образовали два круга разного размера, один внутри другого, и круги эти плавно двигались в разных направлениях. Пары в пышных нарядах одновременно размыкали круг, перемещались, не забывая при этом грациозно двигаться, и снова соединялись. Все это создавало какой-то удивительный узор. Действия танцующих были слаженны и отточены. Они все словно созданы для танца и ничего в их жизни нет кроме этого прекрасного, завораживающего действа.

— Добрый вечер, — раздался голос откуда-то сзади.

Альва вздрогнула и повернулась.

— Э... Добрый.

— Позвольте представиться. Аронгольт Аррогантский, — сказал мужчина и подался вперед, странно протягивая руку.

Альва не поняла намека, оцепенела и ее рука осталась нецелованной. Аронгольт удивился, но сделал вид, что не заметил неловкости.

— Окажете ли вы мне честь и согласитесь ли со мной потанцевать?

"Не молчи. Отомри, курица, отомри, ну, моргни хотя бы", — уговаривала себя Альва.

— Конечно, — нашла в себе силы на ответ девушка.

Правда, не на тот ответ, который стоило бы дать. И почему она не отказалась?

Начался следующий танец. Аронгольт жестом пригласил Альву. Она взяла его за руку. Музыка зазвучала. И тут фальшивая Моринелль осознала, на что именно она согласилась. Альва начала в легкой панике озираться и пытаться понять, как ей нужно двигаться. Платье мешалось. На счастье Альвы танец был медленным. Первые минуты девушка неловко повторяла движения за остальными, но потом все же освоилась и начала двигаться все увереннее. Подол платья уже не мешался, а подчеркивал каждое ее грациозное движение. И понеслось. Танцы, вино, закуски, романтичные шепотки на ушко, снова вино... Альва не заметила, как пролетел этот час. Когда Арангольт отозвал Альву в сторонку, вывел из зала через небольшую незаметную дверь и стал звать к себе в покои, она забеспокоилась.

— На что вы намекаете? — возмутилась девушка и перешла на "вы", хотя еще пять минут назад придумывала кавалеру ласковые прозвища. — Мы с вами знакомы первый день.

— Первый день? — фыркнул Арангольт. — А переписка? А обещания? Ты говорила, что влюблена в меня!

— Но я вас до этого дня даже не видела!

— Но сейчас увидела.

— Да вы же сами общались со мной так, словно не знаете меня.

— Я думал, это игра... Нет, я не настаиваю, ни в коем случае...

— Мне нужно все обдумать, — перебила Альва.

— Как скажешь, — кивнул Арангольт.

Альва неловко кивнула в ответ, поспешно вернулась в зал и решила не обращать на произошедшее особого внимания. Бал еще не был окончен. Не успела она прийти в себя, как к ней подошел какой-то молодой человек.

— Моринелль, верно?

— Эм... Да. А вы, простите?

— Дотриан Паленм. Помните?

— А-а... да, конечно. Мы с вами переписывались?

— Да, где-то полгода.

— Что бы я вам не писала, это неактуально.

— Но...

Альва отступала. Как бы не обнаружился третий кавалер. Хватит с нее и двух на сегодня. Девушка начала потихоньку продвигаться к выходу, но тут в другом конце зала началась какая-то суматоха. Альва вытянула шею, пытаясь разглядеть, что там происходит. Зал начало заволакивать дымом. Оркестр затих, раздался крик: "Пожар!". Неподалеку какая-то впечатлительная особа очень невовремя решила упасть в обморок, выпустив из рук бокал с вином. Звон бьющегося стекла стал последним звуком, который можно было различить: через мгновение поднялся просто невообразимый шум. Все закричали, заохали, ломанулись к выходу. Несколько дам запутались в подолах платьев и повалились на пол, кому-то помогли подняться, кого-то чуть не затоптали.

Альва пыталась пробиться к выходу.

***

— Наконец-то, — прошептала Велия, выглядывая из-за угла.

Этаж был в дыму. Стражник пробежал мимо некромантки, а она тут же направилась к трофейному залу. Отодвинув с жутким скрежетом тяжелый засов на дверях, она медленно отворила тяжелые и надсадно скрипящие двери. Слышно было все это буйство звуков наверняка если не во всем замке, то на всем этаже уж точно.

Велия прикрыла за собой двери и осмотрелась. Зал оказался просто огромным. И везде чучела: на напольных подставках, маленькие на полках, на стенах, некоторые под стеклом. Звери, птицы, даже коллекция насекомых. Это уже были не трофеи, а просто коллекция всего, что раньше было живым и бегало по земле или летало по воздуху. Только тех, кто обитает в воде, здесь не было.

Глаза разбегались. Велия прошла мимо специального стеллажа с особенно неудачными работами таксидермиста, вроде перекособоченного чучела волка, которое зачем-то еще и посадили на стул, и приблизилась к стеллажу с пресмыкающимися. Ящерицы, змеи. Одна трехметровая полосатая змея занимала всю полку, но это была не та змея. Амфисбена раза в два больше.

— Да где же ты? — прошептала Велия. — Где можно спрятать пятиметровую гадину?

Велия прошла очередной ряд из стеллажей и наткнулась на один необыкновенно высокий. Глянула с надеждой вверх. И там, наверху, на высоте полутора человеческих ростов, она увидела лежащую на самой верхней полке голову амфисбены. Только голову, тело, видимо, решили не оставлять, чтобы места не занимало.

Нигде не было видно хоть какого-нибудь подобия лестницы, так что пришлось лезть так. Благо, сами полки были невысокими, забираться по ним наверх было удобно. Ставя ноги на новую полку и хватаясь за следующую руками, Велия не переставая думала о том, что вот сейчас-то она точно грохнется вниз вместе со стеллажом. Когда некромантке оставалась всего одна "ступенька" стеллаж покачнулся, но выстоял. И уже на самой вершине, когда она, одной рукой обнимая полку, потянулась второй к вожделенной змеиной голове, равновесие было утеряно. Стеллаж опрокинулся, а вместе с ним и еще два. Велия успела каким-то чудом выставить правую руку вперед и защитить голову. Основной удар в итоге и приняла эта самая рука. За счет нее голова и ребра остались практически нетронутыми, а ноги отделались синяками.

Секунд десять Велия не могла ни пошевелиться, ни вздохнуть. На спине не было ни одного места, которое бы не болело. Потом боль немного утихла, Велия все же начала приходить в себя, двигаться. Здоровой рукой и ногами она спихнула с себя тяжеленный стеллаж. Кое-как встала, придерживая руку. Конечность дико болела при любом движении. Если не перелом, то трещину она точно заработала.