Некромантка.

— Что такое? — прокричал Гронм.

Велия в ответ решила не орать и начала говорить только когда подошла ближе.

— Хотела предупредить. Вдруг вы не слышали. По слухам, возможна облава на какого-то некроманта. Так что, если что-то натворили в последнее время...

Гронм кивнул.

— Это, наверное... — пробормотал он как бы чуть слышно. — Мы примем к сведению. Спасибо.

Велия кивнула в ответ и направилась обратно ко дворцу.

Бешеного взгляда, которым Грокх одарил Гронма, она уже не видела.

Следующим утром все проснулись в предвкушении грандиозной пьянки. Работники уже с рассвета начали выносить, устанавливать и ремонтировать прямо на песчаном берегу длинные столы. Один за другим подплывали корабли, груженные провизией.

Ренс уговаривал Велию пить вместе со всеми, Альва уговаривала Велию составить ей компанию и быть трезвой вместе с ней. В итоге некромантка решила, что пить будет, но только вино и по своему обыкновению не больше бокала. На пару обязательных тостов этого должно хватить.

Вечером привезли музыкантов. Их встретили с распростертыми объятиями и сразу взяли в оборот, подпоив и предложив продемонстрировать свои умения. Пирушка грозила начаться раньше назначенного времени, но из Дворца вышел кто-то из главных, наорал скопом на всех и увел музыкантов во Дворец.

Альва переживала, что у нее нет платья, в которое можно было бы нарядиться. Она еще не знала, что ежегодная предтурнирная пирушка — мероприятие ни к чему не обязывающее и не слишком культурное. Лучше вообще было одеваться во что-то старое, чтобы не расстраиваться, если кто-то обольет тебя пивом или вывернет тебе на колени блюдо с мясом.

Девушка ограничилась тем, что накрутила на голове прическу и закрепила между локонами цветок синего гибискуса. Переживая, что будет выглядеть неподобающе, она как-то не заметила, что никто кроме нее о своем внешнем виде вообще не думал.

Опускались сумерки.

На берегу уже накрыли скатертями столы, расставили напитки и легкие закуски. Стулья ставить, как и обычно, не стали, потому что если столы на песке установить кое-как можно, то стулья мигом увязнут. К тому же, если есть и пить стоя, появится какой-никакой стимул не напиваться совсем уж в хлам. Хотя это мало кого останавливало.

Когда все собрались на берегу, на низенькую сцену, установленную неподалеку от столов, поднялся немолодой гладко выбритый мужчина в вычурно расшитом одеянии.

— Здешний главнюк, — коротко шепнула Велия Альве на ухо.

Мужчина произнес длинную витиеватую речь, смысл которой сводился к тому, что он очень рад всех тут видеть и желает всем всего самого наилучшего. Еще бы он был не рад, больше народу — больше ставок и взносов, а процент идет ему.

Официально пир был начат. Следом за мужчиной на сцену вышли акробаты, не вызвавшие особого восторга. Артист с попугаем, который подавал голос столько раз, сколько мужчина показывал пальцев, и по команде перелетал с одной руки на другую, вызвал больше интереса.

Когда уже почти стемнело, зажгли факелы, на сцену вышел жонглер огнем и как бешеный начал вращать шестами с горящими наконечниками, то подбрасывая один из них, то останавливаясь и замирая. К этому времени большинство зрителей были уже слишком пьяными. Выступления сопровождались ненавязчивой музыкой.

Альва смотрела на все это действо заинтересованно и восторженно. Пожалуй, ее одну оно впечатляло.

Разносили блюда. Сначала был жареный олень, разрезанный на куски и сильно приправленный специями. За ним вынесли павлинов и лебедей, для удобства также уже разделанных.

Затем приносили еще много блюд: колбасы, копченые бараньи ноги, кроликов, всевозможных птиц, пироги с мясной начинкой. Появлялись на столе и легкие гарниры, вроде тушеных с приправами овощей.

Счет выпитым бутылкам вина, бренди, рома и бочонкам пива был вскоре потерян. Все пили то, что им по душе, так, как им нравится, и в том количестве, в каком желали.

Ближе к вечеру музыка стала быстрой, веселой, начались танцы. Музыканты играли на флейте, арфе, тамбурине, но всех их почти полностью заглушала волынка. Танцевали на площадке около сцены, а кто посмелее и попьянее забирался и на саму сцену.

— Может, пойдем, потанцуем? — вдруг предложила Альва.

Некромантка танцевать не собиралась и от этого предложения выпала в осадок.

— А ты умеешь? — спросила она.

— Нет, — спокойно пожала Альва плечами. — Но танец придуман для веселья, а не для того, чтобы загонять его в рамки. Танцуют по правилам люди без фантазии. Пойдем.

Велия неохотно пошла за Альвой, которая тянула ее за руку с настойчивостью тягловой лошади.

Альва танцевала самозабвенно. Руки то взмывали кверху, то извивались как змеи, тело вторило рукам, ноги отбивали ритм, изредка совпадающий с музыкой. Ее танец был похож то на волны океана, то на танец пчел, то на ритуальные пляски у костра. Он не был похож на какой-либо определенный танец, но от этого не становился менее грациозным.

В попытке изобразить нечто похожее, некромантка с минуту хаотично подергала конечностями, как человек, только что получивший тело и еще в нем не освоившийся, плюнула на песок и решила больше никогда не пробовать танцевать.

Время как-то незаметно перешагнуло полночь и бодро поскакало к утру.

Вне стен Дворца местами действовала магия, но местами действовать переставала, поэтому уже не первый маг, которому на пьяную голову вздумалось полетать, окунулся головой в песочек.

Мимо Велии, жующей пирожное, и Альвы, уже натанцевавшейся и теперь сидящей рядом на песке с кислой миной, нетрезвой походкой прошел какой-то парень, громко икнул и улегся под стол спать. На голову парня тут же пролили какой-то красный соус.

— Может, пойдем? А? — умоляюще посмотрев на Велию, спросила Альва.

— Да, — кивнула Велия, дожевывая. — Надо бы и наших спутников из-под столов вытащить и попробовать растащить по комнатам. Только сначала надо их найти.

Гленвилл обнаружился плавающим в море с девушкой, которая, на минуточку, была сиреной, и на призыв пойти спать никак не реагировал.

Ренс тоже нашелся в компании каких-то дам сомнительного вида и уходить отказался.

— Похоже, только у нас двоих не будет похмелья. Хотя насчет себя я не до конца уверена, — заключила Велия и, позвав Альву за собой, уже направилась было к дворцу, но тут со стороны берега раздались крики.

— Ну что еще? — нахмурилась Альва.

Люди выволакивали на берег тело какого-то парня. Альва, увидев его синюшное лицо, тут же осела на песок. Повисла звенящая тишина, которую через несколько секунд разорвал истошный вопль. Девушка, увидев тело еще издалека, побежала к нему, бухнулась на колени, обняла и зарыдала.

Других некромантов нигде видно не было. Никто помочь вроде не спешил. Велия подошла поближе, сказала девушке, что попытается его вернуть и, не медля, уже по привычке, приступила к ритуалу. Люди скучковались около берега и наблюдали.

Только влив бедолаге в рот черную жидкость из пузырька, которая была всегда у некромантки с собой, она вспомнила об обещании, которое дала Смерти.

На секунду остановилась. Поняла, что на данном этапе нет пути назад. То, что она влила жидкость это ладно, но она уже начала колдовать. Теперь либо оживлять до конца, либо все бросить и дать парню превратиться в монстра, который утащит в загробный мир еще многих, прежде чем окончательно умрет своей смертью через пару недель.

Ритуал пришлось закончить. И с этой самой секунды стать осторожнее.