Цветы для ведьмы

— Не серчай на меня, Янчик, — мелко шмыгая носом, произнес Марек. — Я.. я ведь завидовал тебе все эти годы. Сильно завидовал тому, что ты.. что ты даже если падал в грязь, то падал достойнее. А я даже не пытался никогда быть достойным.

Он выдохнул.

— Наверное, я даже рад, что Лес выбрал меня, а не тебя.

— Не мели ты чушь собачью! — резко бросил Ян, перехватывая его за второе плечо.

— Хоть раз в жизни на какое-то стоящее дело сгожусь. Деревню спасу.

— Оглох ты, что ли, придурок? — Ян встряхнул его тело еще сильнее, уже совершенно не сдерживая своей силы. — К матери в избу иди, кому говорю! Я сейчас к Таише сбегаю. Уж меня-то она выслушает.

— Да уймись ты! — Марек вдруг сорвался на крик, но тут же испуганно осекся и добавил тихо: — В глаза я им больше смотреть не могу, неужто тебе, дурню, не ясно.. Сам во всем виноват, что так вышло. Надо просто уйти сейчас, чтобы матушка..

Ян всем весом своего тела шагнул вперед, обхватил брата за плечи и с силой прижал к своей груди, не давая тому ни единой возможности повернуться или вырваться. Марек в этот раз отталкивать его не стал. Он лишь глубже вжал подбородок в плечо брата и уставился в землю у своих ног.

— Дрянной из меня брат во всем вышел, — выдавил Марек сквозь сжатые зубы. — Прости меня, Янчик. Сколько ж я всего.. мы всего..

Крепко прислонив свой горячий лоб к его холодному, Ян на секунду закрыл глаза. Затем он резко отстранился на длину рук, посмотрел брату прямо в глаза — и вдруг мягко, совсем как в детстве, улыбнулся. Марек перехватил этот странный взгляд, его плечи на секунду расслабились.

— Нет на мне никакого зла на тебя, — уверенно произнес Ян, его голос стал спокойным, ласковым. — И не было отродясь, запомни это. Прав был отец всё же, что ты болван редкий, раз до сих пор этого не понял.

Марек облегченно, полной грудью вздохнул, его тело обмякло, теряя последнее напряжение.

— А ты.. — тихо добавил Ян, и его пальцы снова хваткой впились в ткань рубахи на груди. — Ты просто стой на месте. И не беги за мной.

Ян мгновенно перенес весь вес своего тела на правую ногу. Его кулак с замахом встретился прямо с челюстью Марека. Колени подогнулись, и он плашмя рухнул спиной в землю, поднимая вокруг себя небольшое облако пыли.

Ян, даже не дожидаясь, пока тело брата окончательно затихнет на земле, круто развернулся на пятках в сторону Леса.

— Ян! — дикий крик Марека раздался сзади уже через полминуты.

Марек, шатаясь и сплевывая кровь из разбитой губы, с трудом поднялся на карачки, а затем, точно подкошенный лесной зверь, рванулся следом в погоню.

Деревня мелькала в его глазах грязными обрывками стен, покосившихся крыш и заплывающих дымом ночных факелов. На бегу Марек со всего маху врезался правым плечом в подгнивший соседский забор. Его легкие уже горели изнутри огнем от воздуха, он зашелся в таком кашле, что его тело на бегу согнуло пополам, но он упрямо продолжал бежать.

Перепрыгивая через широкую сточную канаву на краю, он зацепился носком сапога за толстый оголенный корень дерева. Марек с размаху полетел вперед и упал грудью прямо в застойную воду на дне канавы. Не задерживаясь ни на секунду, он тут же бешено оттолкнулся обеими руками от скользкого дна, в кровь раздирая кожу на ладонях о колотые острые камни.

— Не смей, Ян! — снова крикнул он вперед, в темноту. — Век тебя проклинать буду! До самой гробовой доски, слышишь меня?!

Ян ни разу не обернулся на его крик.

Его силуэт быстро мелькал между последними деревенскими избами, то полностью пропадая в густой черной тени сараев, то снова выныривая в умирающем свете догорающих факелов.

Марек перемахнул через низкую изгородь последнего огорода, его горло сильно ссаднило от подступающей крови, но шаг он не сбавлял. Частые крупные слезы катились по его лицу, сдуваемые встречным ветром, который уже нес в себе противный запах хвои.

— Ян! — прохрипел Марек, вытягивая вперед руку с окровавленной ладонью.

Ян, оказавшись у самой кромки, где вытоптанная ногами земля деревни резко сменялась влажным зеленым мхом, на секунду замедлил свой бег, но не остановился полностью. На одно короткое мгновение он повернул голову назад.

— За матерью лучше гляди, слышь?! — долетел его крик. — Стань человеком наконец, Марек! Чтобы Выбор мой ни за что даром не пропал!

Марек уклонялся от низко висящих веток и перепрыгивал через корни, что извивались из земли. Деревня осталась позади, и теперь только Лес смотрел на них сотнями невидимых глаз.

— Янчик, пожалуйста, — Марек всхлипнул. — Только не ты..

И тогда Лес раскрыл свои объятия. Ветви, до того сплетённые в непроницаемую стену, с тихим скрипом медленно раздвинулись, открывая узкий тёмный проход, похожий на глотку. Ян, не останавливаясь, даже не замедляя бег, нырнул в эту щель. Живая, густая тьма мгновенно поглотила его.

Марек, уже на пределе сил, сделал последний рывок и протянул руку — он почти коснулся дрогнувшего плеча брата. Но в тот же миг ветви сомкнулись с треском. Его пальцы схватили лишь пустоту, а перед самым лицом выросла крепкая стена из переплетённых сучьев.

Шёпот стих.

Лес снова принял свою жертву.