Страница 66 из 76
Ян сидел на полу, прислонившись затылком и спиной к бревенчатой стене. Он смотрел на них. На Марека, который наклонился и шептал что-то в ухо Таиши. На Ярека, чьи веки отяжелели и он положил голову прямо на жёсткий мешок с зерном. На Ольдрика, который громко мычал мелодию для смущающейся Герды.
Впервые за долгое время лицо Яна растянулось в настоящей улыбке. Он закрыл глаза.
И тут уши уловили звук.
Сквозь громкий смех, фальшивое пение и стук кружек о дерево пробился тихий шорох.
..иди..
Шёпот.
Тело Яна напряглось. Он резко открыл глаза. Быстро повернул голову влево, затем вправо. Никто не изменил позы. Марек скалил зубы в улыбке. Герда неловко смотрела на Ольдрика. Никто не слышал.
Шёпот усилился. Звук находился не снаружи — он был прямо внутри черепа. Низкий гул пополз вниз по хребту, заставляя волоски на теле встать дыбом. Жар от бражки мгновенно исчез, сменившись ледяным потом, выступившим на лбу.
Улыбка ушла с губ Яна. Стены словно придвинулись вплотную, воздуха стало не хватать, горло сжалось.
Ян медленно поднял правую руку, взял кружку и опустил её на стол. Пальцы дрожали так, что капля браги выплеснулась через край и упала на древесину, растекаясь тёмным пятном.
— Янчик? — Таиша повернула голову и посмотрела на его дрожащую руку. — Ты чего?
Он напряг скулы, растягивая губы в кривой улыбке.
— Душно, — слово показалось ему чужим и сиплым. — Выйду. Воздухом подышу. Голова закружилась с непривычки.
— Иди-иди, — Ольдрик махнул рукой. — Только не отморозь себе мешочки.
Ян упёрся ладонями в пол и встал. Протянул обе руки, толкнул тяжёлую дубовую дверь и шагнул в темноту.
Свет лучины, тепло печи и звуки голосов исчезли. Ян остался стоять на снегу.
Здесь гул в черепе стал невыносимо громким. Звук исходил отовсюду. Из скрипа замёрзших брёвен, из воя ветра, из шороха снежинок. Ян поднял руки, схватился за жёсткий воротник тулупа и натянул его на уши, но плотная овчина не приглушила звук.
Ян развернулся, переставил ноги и сделал первый шаг.
Он пошёл по снегу — к чёрной кромке Леса.