Осколки

Глава 22

Прошел месяц после развода.

Таша сидела на балконе своей новой квартиры, смотрела на закат и чувствовала, как в груди разливается нега. Ей нравилась ее новая жизнь.

Паша уже привык к новой школе. Он завел друзей, перестал бояться, что кто-то спросит про отца. Учителя хвалили его, и он начал верить в себя. Таша видела это и чувствовала гордость. Ее мальчик становился сильнее.

Они жили в своей квартире уже почти месяц, и она постепенно превращалась в настоящий дом. Стены были выкрашены в светлые тона, на окнах висели легкие шторы, а на кухне стояли фарфоровые чашки, найденные в старом серванте их съемной квартиры, которые ей подарила хозяйка при переезде. Мелочи, но они делали квартиру уютной и живой.

В один из вечеров, когда Паша уже лег спать, Таша сидела за ноутбуком и работала над отчетами для Дмитрия. За эти месяцы ее клиентская база выросла. Люди шли к ней по рекомендациям, и она уже не бралась за мелкие заказы. Работа приносила не только деньги, но и удовлетворение. Она делала то, что умела лучше всего, и делала это хорошо.

Телефон завибрировал. Это было сообщение от Дмитрия.

«Таша, я должен тебе кое-что сказать. Я получил большой заказ — строительство виллы на побережье. Это будет мой самый масштабный проект. И я хочу, чтобы ты поехала со мной. Не как бухгалтер, не как коллега. Как человек, который стал мне дорог. Просто подумай об этом. Я никуда не тороплюсь. Дмитрий».

Таша перечитала сообщение несколько раз. Сердце забилось быстрее.

Она думала о Дмитрии все чаще. О том, как он смотрит на нее, как говорит с ней, как уважает ее границы и не торопит. О том, что он дал ей время и пространство, чтобы она пришла в себя.

Она не была готова сразу. Но она знала — когда-нибудь она будет готова.

Она ответила: «Спасибо, Дмитрий. Я подумаю. Но я хочу сказать тебе кое-что: ты стал для меня очень важным человеком. И я рада, что ты есть в моей жизни».

Ответ пришел через минуту: «Это уже много для меня. Спокойной ночи, Таша».

Она улыбнулась и закрыла ноутбук.

* * *

Прошло еще два месяца.

Таша работала, растила сына, обустраивала дом и все чаще думала о Дмитрии. Он звонил каждый вечер, спрашивал, как прошел день, смеялся над ее шутками, и она чувствовала, как внутри нее расцветает что-то новое.

После работы они частенько шли в кафе, гуляли по городу, говорили о книгах и фильмах. Он не торопил события. Он просто был рядом. И этого было достаточно.

Паша тоже привык к Дмитрию. Сначала он настороженно смотрел на мужчину, который появлялся в жизни мамы, но потом понял — тот не пытается заменить отца. Он просто хочет быть рядом с его мамой. И Паша принял это.

— Мама, он хороший, — сказал он однажды. — Ты с ним счастлива?

— Я учусь быть счастливой, — ответила Таша. — И он помогает мне в этом.

В конце лета Дмитрий пригласил Ташу и Пашу на выходные на море. Не на работу — просто отдохнуть. И они согласилась.

Они ехали на машине Дмитрия, и Паша сидел сзади, смотрел в окно и улыбался. Таша сидела рядом с Дмитрием и чувствовала, как внутри разливается нежность.

Море было теплым и ласковым. Они купались, загорали, гуляли по набережной. Паша бегал по пляжу, строил замки из песка, а Таша и Дима сидели на покрывале и смотрели на волны.

— Я хочу тебе кое-что показать, — сказал Дмитрий, когда они остались одни.

Он привез ее к маленькому домику на берегу. Белые стены, синяя крыша, веранда, с которой открывался вид на бесконечное море.

— Это мой самый важный проект, — сказал он. — Я купил этот дом для себя. И я хочу, чтобы ты знала: здесь есть место и для тебя. Если ты когда-нибудь захочешь.

Таша смотрела на море, на волны, которые набегали на берег, и чувствовала, как в ее израненном сердце нее что-то меняется.

— Я хочу попробовать, — сказала она.

Он обнял ее. Она чувствовала, как его руки сжимают ее плечи, как его дыхание касается ее волос.

* * *

Через месяц она сдала свою квартиру, и они с Пашей переехали в домик у моря. Это было нелегко — прощаться с той жизнью, что была у них в родном городе. Но они знали — здесь им будет по-настоящему хорошо.

Таша работала удаленно. За эти месяцы она заключила договор с сетью отелей, у нее в подчинении было около десяти человек, и работа приносила ей не только деньги, но и ощущение полной реализации. Она была нужна, она была важна, она была на своем месте.

Каждое утро она просыпалась от шума волн и чувствовала, как внутри разливается покой. Она выходила на террасу с чашкой чая, смотрела на море и думала о том, как ее жизнь изменилась.

Рядом с ней всегда был ее Дима.

— Ты счастлива? — спросил он однажды.

— Я не знаю, что такое счастье, — честно ответила Таша. — Но я знаю, что здесь, рядом с тобой, я чувствую себя в безопасности.

Он обнял ее.

— Я сделаю все, чтобы ты была счастлива, Таша. Обещаю. Но я должен тебя предупредить. Моя дочь… Она… Она не сразу приняла мой развод с матерью… И она может сначала отнестись к тебе настороженно. Я просто хочу, чтобы ты знала: это не ты. Это ее страхи.

Таша посмотрела на него и почувствовала что-то теплое внутри. Он был честен, и не скрывал сложностей.

— Спасибо, что сказал, — ответила она. — Я все понимаю. Я сама мать. Если твоя дочь захочет со мной познакомиться — я буду рада. Если нет — я подожду.

Дмитрий улыбнулся и покачал головой.

— Ты удивительная женщина, Таша. Я тебе это уже говорил?

* * *

Андрей тем временем терял все.

После того как Аня ушла, забрав дочку и половину бизнеса, он остался один. Долги росли, кредиторы звонили каждый день, а бизнес, который он когда-то строил с таким трудом, разваливался на глазах.

Он пытался найти новую любовницу, но женщины чувствовали его слабость и уходили.

Он начал пить. Сначала по вечерам, потом и днем. Он просыпался с похмелья и не знал, зачем вставать с кровати. Он вспоминал Наташу — как она была рядом, как она никогда не жаловалась, как она тащила все на себе. И он понимал, что потерял единственного человека, который любил его по-настоящему.

Однажды утром он проснулся и понял, что не может заплатить за свет. Денег не было. Кредиторы звонили с угрозами.

Он взял телефон и написал Наташе: «Я на дне, Наташ. Мне нужна помощь. Я потерял все. Прошу тебя, помоги».

Она выслала ему десять тысяч рублей и ничего не ответила.

Прошло пять лет.