Страница 54 из 96
В голове вихрем пронеслись отрывистые мысли: «Мы связаны. Навсегда. Кровь и магия Бездны». И в этот самый момент мне стало абсолютно плевать на земные правила приличия, на проснувшегося Вальтазара за дверью и на любые смертельные опасности Нижнего мира.
— Барни, поцелуй меня, — неожиданно даже для самой себя тихо попросила я, приоткрывая глаза и заглядывая в карие бездны.
Дыхание Бездны и нежность шелка
— Барни, поцелуй меня… — сорвалось с моих губ прежде, чем я успела испугаться собственной смелости.
Он замер всего на мгновение, и я отчетливо услышала, как сбился ровный ритм его дыхания. Его глаза, еще секунду назад шоколадно-теплые, внезапно затопило глубоким багряным огнем — не яростным, а густым, словно расплавленный мед Бездны. Мужчина плавно подался вперед, и его горячие губы накрыли мои.
Этот поцелуй начался с робкой, почти невесомой нежности, словно Барни до сих пор боялся причинить мне вред или спугнуть момент. Но тепло ладоней и близость тел мгновенно растопили остатки осторожности. Одна его рука всё еще покоилась на моей талии, надежно притягивая вплотную к крепкой груди, а пальцы второй запутались в моих распущенных волосах, удерживая бережно, но властно. Внутри меня всё буквально взрывалось серебряными искрами Источника. Эмоции захлестнули с головой — чистый восторг пополам со сладким трепетом.
— Лиза… — хрипло прошептал он прямо в мои губы, отстранившись лишь на долю миллиметра. Его дыхание обжигало кожу. — Моя. Навсегда. Слышишь? Что бы ни случилось в Палатах Теней, какие бы козни ни строил ледяной герцог… ты — моя душа, мое сердце, мое пламя.
Я открыла глаза, бесстрашно глядя в его пылающие багровые зрачки. В эту секунду я окончательно осознала, что больше не боюсь ни этого чужого красного неба за окном, ни коварных аристократов Астральгии. Рядом находился мой Демон. Мой Муж. И мы со всем справимся.
Я доверчиво прижалась лбом к его мускулистому плечу, глубоко вдыхая родной аромат корицы, и тихо ответила:
— Слышу, Барни. Твоя. Навсегда.
Мы лежали так еще несколько минут, блаженно наслаждаясь этой невозможной, хрупкой тишиной. Идиллию прервал деликатный, но очень настойчивый кашель Вальтазара за дверью спальни и характерный звон посуды.
— Простите, «молодожёны»! — донесся из коридора его ироничный, чисто чиновничий голос. — Но утренний завтрак стремительно остывает, а приглашения на Бал Истинных Личин сами себя в реестре не подпишут! К тому же, Лиза, я тут откопал в подвальной кладовой целую корзину старой металлической канители… Барни обмолвился, ты очень хотела взглянуть на эту проволоку? Из неё как раз сотканы те колючие гобелены внизу. Извольте спускаться!