Страница 21 из 412
Астарта Ш’эрен
Едва за правителями и наследниками закрылась дверь, как драконы задвигались, группируясь так, что теперь все они стояли напротив встречающей стороны – демонов. И снова зашумели. Один из драконов пронзил зал резкостью своего голоса:
– Вы оболгали Ардаэна! Мы потеряли тысячи жизней из-за ваших игр!
– Вы начали войну по ложному доносу! – поддержал высокий дракон с глазами цвета стали.
Демоны молчали, застыв в готовности и ожидая приказа. Мне каждое обвинение било по нервам, будто кнут. Я сжала кулаки, боясь сорваться, и воззрилась на повелительницу. Маменька лишь чуть повернула голову в сторону драконов.
Мне бы такую выдержку…
В этот момент фраза прозвучала откровенным подстрекательством:
– Демоны всё подстроили! Им нужна была война!
Маменька приподняла подбородок. Лицо её оставалось безмятежным, но самые активные драконы внезапно притихли.
И повелительница заговорила. Её голос тёк мягкой сталью, обволакивая и давя одновременно.
– Довольно, драконы! Кровь пролилась с обеих сторон. Ваши крики не поднимут мёртвых и не дадут шанса живущим. Правители наших народов сейчас ищут решение, и вам следовало бы вести себя достойно. Как супруга повелителя и повелительница демонов я готова выслушать того, кто является у вас старшим в отсутствие владыки.
По рядам драконов прокатился короткий шёпот, и один из драконов шагнул вперёд:
– Я Оркарон Соре́йн, глава Дома Власти, – он наклонил голову согласно этикету. – Леди Лашарель, мы считаем, что демоны спрятали наследника и солгали нам!
– Для начала отмечу, что у вас нет оснований для такого заявления. Но, проявляя учтивость по отношению к народу драконов, отвечу. Если бы мы прятали наследника, сегодня вы его не увидели бы, это во-первых. Во-вторых, драконы не смогли объяснить кровь Ареса на кинжале Ардаэна и доказать свою непричастность к гибели наследника демонов, подтверждённой на тот момент родовым медальоном. И в-третьих, народ Долины требовал возмездия по закону за гибель любимого всеми Ареса. Разве драконы поступили бы иначе?
Драконы стушевались, явно не находя ответа. Оркарон, покашляв, уже с меньшей уверенностью продолжил:
– Но повелитель не принял нашего владыку. А ваш наследник оказался жив. Как же мы можем верить вашим словам?
Возле главы неожиданно появилась белокурая драконица, которую ранее я не заметила.
– О каком возмездии может идти речь, когда ваш наследник жив и здоров! Драконы защищали себя! А вы спрятали сына, обвинили Ардаэна и развязали войну!
Это уж слишком! Да что она себе позволяет?!
В мгновение ока я оказалась перед ней, на кончиках моих пальцев затрещало пламя:
– Осмелишься повторить? – с вызовом прорычала я. – Ловушка была подстроена на ваших землях, в вашем дворце!
Воздух вокруг стал горячее, когда я, оглядев всю делегацию драконов, на одном дыхании выпалила:
– Если кто-то здесь посмеет предположить, что мы держали наследника в цепях, клянусь пламенем, я заставлю вас проглотить эти слова!
– Астарта! – мягко, но укоризненно прозвучал голос маменьки.
Вспомнив, что в отсутствие повелителя маменька главная, я, по всем правилам эридоновской дипломатии, улыбнулась и произнесла безупречно вежливо:
– Лорд Сорейн, мне удивительно видеть, как члены делегации позволяют себе личные агрессивные выпады, находясь в гостях на территории другого государства, тем более – во дворце повелителя демонов, в его тронном зале. Мне пришлось взять на себя смелость компенсировать грубое и ничем не обоснованное обвинение в адрес моего отца и повелителя. Сожалею, если это задело лично вас.
Глава Дома Власти, явно не ожидавший от меня такого оборота, слегка поклонился, чтобы скрыть замешательство.
– Вы правы, ваше высочество, – признал он и обратился к белокурой драконице. – Нире́лия, ты ведешь себя неподобающе. Это переговоры во дворце, а не балаган на площади. У тебя нет права обвинять демонов.
Отповедь была сделана публично, но абсолютно нейтральным тоном, без намёка на укор или предупреждение. Из чего я сделала вывод, что этот дракон соплеменницу поддерживает, прикрываясь видимостью дипломатического этикета.
Но маменька, как всегда, была на голову выше и на пять шагов впереди любых хитрецов.
– Лорд Сорейн, – мягко обратилась она к дракону, – я предложила выслушать разумные вопросы и пожелания от старшего в отсутствие владыки драконов. Но за минуту я услышала речи двух представителей, из которых более юная драконица позволила себе перебить вас. Разве у драконов исчезло уважение к старшим и к власти? Такое поведение в отсутствие владыки – тревожный сигнал, свидетельствующий о наличии лицемерия в ближайшем окружении Таргадаэна.
Драконы опешили. По-моему, даже до самых недалёких дошло, что они слишком много на себя взяли, выкрикивая обвинения во дворце демонов. Тем более, что такое поведение можно расценить и как подстрекательство, заранее одобренное правителем. И маменька внятно намекнула этим крикунам, куда их отправит Таргадаэн, если повелительница демонов расскажет ему о поведении его свиты.
Поэтому драконы умолкли, а их старший попробовал оправдаться.
– Ваше величество, мы не имели в виду… – невнятно начал блеять он.
– Лорд Сорейн, я прекрасно понимаю, что имели в виду вы и ваши спутники, – вставая, не дала ему закончить маменька, и на этот раз в её мягких интонациях прозвучало властное повеление. – Поэтому прощаю допущенную неловкость, едва не перешедшую в нарушение закона. Думаю, что вы обязательно проведёте беседу с членами делегации не только об этикете, но и о верности владыке.
На этой фразе драконья делегация побледнела и позеленела от страха, опуская глаза и головы. Да, драконы до безрассудства бесстрашны перед лицом врага, они умирают, но не сдаются, как и демоны. А своего владыку Таргадаэна они любят и боятся так же, как демоны безоговорочно подчиняются власти Аббадона. Самое страшное для них – не оправдать доверие правителя. В этом наши народы схожи.
Но странно, что прибывшие на переговоры драконы забыли об этикете и законах…
Выдержав паузу, чтобы драконы в полной мере осознали свой провал, повелительница продолжила:
– Напоминаю, что сейчас повелитель демонов, владыка драконов и их наследники вместе обсуждают сложившуюся ситуацию и примут решение, учитывающее интересы обоих народов, – её негромкий голос был слышен в каждом уголке огромного зала. – И когда они выйдут и сообщат о нём, наши народы будут обязаны беспрекословно подчиниться.