Страница 177 из 412
Магические огни в саду мерцали, подсвечивая стены дворца и превращая всё вокруг в красивую картину. Каждое растение переливалось разными оттенками цветовой гаммы. Я стоял у каменной арки, всматриваясь в знакомую успокаивающую картину: Ламилия склонилась над клумбой, погружённая в своё цветущее царство с радостным стремлением растить, создавать, оживлять то, что, по мнению остальных, не нуждается во вмешательстве.
Белые волосы стекали по её плечам тонким хрустальным водопадом, отражая свет огней. Голубые глаза блестели от восторга, когда она аккуратно пересаживала крошечный росток в землю. В этих глазах – мамин дар: забота, мягкость, миролюбие.
И слава Хаосу, что она пошла именно в маму. С нашим семейством второй Астарты Долина бы не выдержала.
Рядом прохаживался Кхарнаш, удивительно осторожно ступая по земле, чтобы не навредить творениям Ламии. Когда Астарты нет в Лаэрисе, амарок выбирает младшую принцессу своей главной обязанностью: охранять, сопровождать и, при только ему понятной необходимости, гонять Ветра
40
[Ветер – келпи Ламилии, которого ей подарил отец. Ке́лпи – редкое магическое существо, которое имеет облик иссиня-черного коня. В воде неуязвим, так как все его тело подстраивается под окружающее пространство и оружие не причинит ему вреда. Устойчив ко всем видам магии, кроме темной эльфийской.]
, который сейчас стоял за каменной перегородкой и через неё тянул морду к растениям. Клумба сестрёнки явно была для него лакомством.
– Арес! – Ламилия просияла улыбкой. – Смотри, что я сделала!
Она подхватила двумя ладонями маленький горшок и подбежала ко мне. На тонком стебле покачивались серебристые листочки. Я протянул руку, но листья тут же сложились, спрятались.
– Они чувствуют приближение магии, – гордо пояснила сестрёнка.
Я наклонился ближе, вглядываясь в крошечное чудо.
– Если бы я не знал наверняка, – заметил с улыбкой, – то уже начал бы подозревать, что у тебя есть эльфийские корни. Откуда такое пристрастие к растениям?
Ламилия по-детски смешливо фыркнула.
– Мама одна не справится с тремя поджигателями в семье. Кто-то должен созидать, а не только взрывать и поджигать всё вокруг.
– Поджигателями? – переспросил я.
– Папа, ты и Астра, – утвердительно кивнула Лами. – Все трое одинаковые, хоть и любите отдавать первенство в поджогах Астарте. А кто последним спалил башню?
Кхарнаш издал утробное «хрр», видимо, выражая солидарность с мнением Ламилии.
Прервав наше общение, справа открылся переход, из которого вышел Андрас. Увидев мрачного демона, Ламилия вспыхнула румянцем и настолько поспешно отвела взгляд, что мне пришлось приложить усилие, чтобы скрыть улыбку. Однако Лами была на высоте: с достоинством принцессы она поприветствовала Андраса, после чего поспешила вернуться к своей клумбе, хотя уже без той беззаботности, что была минутой раньше.
Н-да, возраст, когда суровые мужчины в доспехах вызывают больше интереса, чем растения, пришёл незаметно.
К счастью, Андрас слишком погружён в свои обязанности, чтобы это замечать. Он остановился рядом со мной, оценивая обстановку вокруг: сад, Ламия, тени, в которых скрывались другие стражи домена Умбракс. Даже Кхарнашу внимание уделил, на что тот тут же переместился между ним и принцессой.
– Мрачные отправлены во все домены, – доложил Андрас без лишних предисловий. – Официальной причиной названы временные меры по усилению безопасности. Всем даны строгие инструкции: наблюдать, запоминать, передавать информацию о любой активности.
Я опустился на каменную скамью, кивнул на место рядом.
– Давай присядем. Сегодня почти весь день на ногах.
Андрас ещё раз глянул в сторону теней и, решив, что ничего противозаконного не сделает, сел рядом.
– Повелитель в ярости, – добавил он.
– Удивительно ли это? – спросил я, наблюдая, как Ламилия пытается оттащить Кхарна от сбежавшего ростка. – Узнать, что в твоём собственном доме прячутся предатели, даже для обычного демона испытание, а для огненного и подавно.
– Однако ты довольно спокоен.
– Многолетние прогулки на Грани, друг, оставляют свой отпечаток, – заметил я с иронией. – Всё, что происходит после, уже не кажется столь непреодолимым.
Андрас стиснул пальцы, вызвав скрежет кожи перчаток.
– Арес, мне очень жаль. Я никогда себе не прощу, что поверил в твою смерть, что не искал, что позволил всему этому произойти.
Я покачал головой.
– Мы уже не раз закрывали эту тему, Андрас. Как и то, что ты никак не мог повлиять на исход событий того дня. Кто же знал, что можно снять артефакт с живого? Если ты ещё раз заговоришь об этом, я, пожалуй, покажу, что значит быть истинным сыном Аббадона. Ты же знаешь, характер у меня… семейный.
– Пожалуй, мне достаточно твоей сестры, – смешливо буркнул Андрас, переводя тему: – У тебя не было видений относительно происходящего?
Я закрыл глаза и запрокинул голову назад, подставляя лицо мерцающим огонькам.
– Правила остаются неизменными: если расскажу, это может поменять ход событий не в лучшую сторону.
– Не понимаю. Для чего наделять даром, который нельзя направить в мирное русло?
Я приоткрыл один глаз и посмотрел на мрачного.
– А с чего ты взял, что нельзя?
Андрас нахмурился:
– В одиночку повлиять на глобальные события невозможно. Изменения требуют совместных усилий.
– Кто знает… – протянул я, улыбаясь, когда в голове прозвучало совсем другое:
«Если знать, как привлекать других без нарушения правил, – можно изменить очень многое»
.
Вслух же спросил:
– Какие новости от Зарена об Астре?
Андрас сразу собрался.
– Выходил на связь час назад. Говорит, что Астарта много времени проводит в кабинете лорда Салтона. Странно, что только это вызывает подозрения. В остальном она ведёт себя идеально. Даже Дамиана избегает, чтобы не вступать с ним в конфликт.
На этот раз я распахнул глаза и повернулся к мрачному, не скрывая удивления.
– Мы сейчас об одной и той же Астарте говорим?
– Меня это тоже беспокоит. Не припомню, чтобы у неё и Винфорда Салтона сложились доверительные отношения во время учёбы.
Я прокрутил в голове возможные причины и озвучил первую из них:
– Может, дело в том, что он единственный в академии знает о моём возвращении? Вот Астра и контролирует его, чтобы случайно не проговорился.
Андрас помотал головой.