Страница 147 из 412
Глава 10
Ардаэн-Рианс Драк’Вельд
Драэль-Мор, Сердце Облаков
День после
выхода из Топей
Дневной свет резал глаза. Сквозь витражи он падал на пол зелёно-золотыми пятнами, слишком яркими для комнаты, где умирал воздух.
Элдарион стоял у ложа, склонившись над Таргадаэном. Мягкое зелёное свечение его рук стекало по пальцам и ложилось на грудь владыки, проникая в кожу, как дыхание ветра в трещины скалы. На фоне серо-пепельной кожи отца это сияние казалось возмутительно живым.
Отец был всё так же неподвижен. Руны арканы связи на висках потускнели, губы сухие, потрескавшиеся. Но главное, что он дышал…
Я остался у двери. От кровати меня отделяло всего несколько шагов, оказавшихся непосильными.
За спиной Элдариона стояла мать: сплетённые в замок пальцы, побелевшие от напряжения, прижаты к губам. Я впервые увидел мамины плечи поникшими. Глаза устали от слёз, которых уже не осталось. Весь её образ безмолвно кричал от отчаяния. Мне хотелось обнять её, поддержать, но ноги не шли.
Архонт опустил руки, свет на ладонях угас. Он стоял, не шевелясь, пока магия окончательно не растворилась в воздухе. Я всё понял, прежде чем он повернулся. Хороших новостей нет.
– Не здесь, – предупредил я, перехватывая его взгляд.
Дар кивнул, и мы почти одновременно вышли из покоев.
– Никого не впускать к владыке без моего приказа, – бросил я охране, отметив, как они тут же перекрыли вход.
Элдарион шёл рядом. Его светлый плащ из дорогой ткани слегка касался пола, только этот шорох отзывался в ушах гулом пчелиного роя.
Коридор всегда был таким длинным?..
Меня одолевали противоречивые чувства: я хотел как можно скорее оказаться в кабинете, чтобы избавиться от тянущего ощущения страха в руках и ногах. И в то же время мечтал, чтобы коридор не закончился: ведь там меня ждут слова, после которых надежда рухнет окончательно.
Когда мы вошли в мой кабинет, я закрыл дверь и жестом предложил Элдариону присесть. Сам прошёл к шкафу, открыл створку и достал бутылку коньяка. Снятая плотная пробка хрустнула в пальцах.
Налил почти до краёв, посмотрел на янтарную жидкость, ища в ней ответы, которых не было, и махом опустошил бокал. Горечь обожгла горло, разливаясь теплом под рёбрами. Не спасло, но дышать стало проще.
– Будешь? – спросил я, не оборачиваясь.
– Нет.
Я налил ещё, выпил и только потом сел напротив, опёршись локтями на колени.
– Вряд ли я скажу тебе что-то, чего ты не знаешь, – заговорил Дар. – Уверен, твои целители уже поняли, что яд стремится к сердцу ипостаси. Когда доберётся, спасти владыку будет невозможно.
Зажав виски ладонями, я слушал, не поднимая головы.
– Об этом мне уже сказали, – подтвердил с горечью.
– Я запросил у Кристера образцы яда. Всё, что они смогли извлечь из вина и из крови владыки. Мне понадобится время, чтобы понять природу замены гримталя. Два часа, не меньше.
– И за это время ты поймёшь, с чем мы имеем дело? – поднял я голову.
Наверное, в моём голосе явно прозвучала надежда на чудо, потому что Дар печально произнёс:
– Сделаю всё возможное. Я не бог, Рианс.
– Хорошо.
Взгляд зацепился за движение у открытого окна. Это колыхнулась занавесь, и солнечный луч проскользнул в кабинет, остановившись жёлтым пятном между нашими креслами.
Элдарион сидел прямо, как и всегда. Его поза излучала спокойствие, только сейчас оно раздражало, потому что мне его катастрофически не хватало. Дар сочувственно встретил мой взгляд.
– Будь готов к любому исходу. Потеря – это не конец, Рианс. Это испытание, которое делает нас теми, кем мы должны стать. Даже если случится худшее, ты обязан помнить: ты не только сын. Ты – наследник, от решений которого зависят жизни.
Я провёл ладонью по лицу привычным жестом, пытаясь стереть напряжение.
– Знаю. Но если отец не выживет, на мне останется не только власть, но и тот зыбкий мир, что мы с Аресом удерживаем между нашими народами.
Элдарион нахмурился.
– Что ты имеешь в виду?
– Мы поймали демона, отравившего отца, и тот признался, что исполнял приказ повелителя. Опережая твой вопрос, скажу: он говорил правду, мы проверили его меморианом.
Элдарион на миг будто ушёл в себя, потом снова его внимательный взгляд вернулся ко мне.
– Этому должно быть объяснение, – негромко сказал он. – Аббадон не стал бы так поступать. Не сейчас. Не после того, как ты вернул Ареса.
Я резко встал, отчего кожаная ткань кресла тихо скрипнула.
– Думаешь, я сам не ищу объяснения? – напряжение дня снова охватило меня целиком, я начал ходить по кабинету. – Но за несколько часов нахождения в Драэль-Море я нашёл нертал, основной компонент которого до сих пор не смогли определить. Демона, который признался, что отравил владыку по приказу Аббадона. А ещё есть шесть членов Совета, которые требуют готовить армию к нападению на Долину, потому что им мотивы повелителя более чем очевидны.
Элдарион выслушал, после чего, не меняя тона и положения, задал вопрос:
– И какие, по их мнению, мотивы у Аббадона?
Я остановился у окна, глядя на город за стеклом.
– Первое – это не дать нам сейчас воспользоваться правом возмездия. Второе – месть. Демон знал о моей помолвке с Фреей. Значит, знал и Аббадон.
– Помолвке? – Дар не смог скрыть удивления в голосе. – Какой ещё помолвке, Рианс?
– Отец заключил договор несколько месяцев назад без моего ведома. Обещал расторгнуть, но после известия о возвращении Ареса это является для Совета единственным сдерживающим фактором. Пока я официально помолвлен с драконицей, они не поднимут вопрос о смене власти.
Элдарион поднялся. Мне показалось, что он недоволен, хотя его лицо оставалось непроницаемым.
– Астарта об этом знает?
– Нет. Арес настоял, чтобы я не говорил. Понимаешь, я узнал о том, что помолвка всё ещё не расторгнута, утром после… кхм.
Глаза Дара на миг вспыхнули зелёным сиянием – отражение его магии. С лица ушла невозмутимость, сменившись негодованием.
– Значит, вы оба решили сыграть в благородство? – в голосе Дара появились язвительные нотки, которые я слышал от него крайне редко. – Ты и Арес – два идиота, которые ещё не понимают, что натворили своим молчанием.
Эльф вперил в меня взгляд, в котором явно читалось накопленное раздражение того, кому надоело разгребать чужие ошибки.