Страница 79 из 87
Разумеется, Чиз Порти, как крайне подозрительный тип, был одним из главных подозреваемых. Но два месяца расследований убедили меня в том, что скорей всего, это все же не он.
— У нас не так много времени, — сказал я. — Ты расскажешь мне, откуда у тебя способности.
— Какие…
— Хватит, — перебил я.
В мою ладонь из кармана прыгнула любимая «бабочка».
— Ты ведь тоже распускал про меня слухи?
— Слухи? — сглотнул он, уставившись на нож. — Это просто информация… Все сами говорят…
— Про меня, — кивнул я. — Так ведь? Что это я все сделал, да?
— Но это же не так? — уточнил он с надеждой.
Я же… промолчал.
За последние два месяца успело произойти еще два убийства. К погибшим
Спарку (2)
, Сильвии и Отону прибавились Людвиг
Баминг (1)
и Игорь
Дымов (4)
.
Убийство последнего наделало особенно много шума, потому что погиб он у всех на глазах. В том числе у меня.
Произошло это в Большом Зале, когда там была куча народа.
Он просто вдруг загорелся, и в считанные секунды обратился в груду горящей и дымящейся плоти. Причем в тот раз преподавательница Гринграсс появилась рядом почти мгновенно. Дымов еще не перестал гореть. Она взмахнула палочкой. Процесс остановился. Будто даже повернулся вспять. Пламя начало гаснуть, а тело Дымова собираться обратно. Но продлилось это только пару секунд…
Потом Дымов взорвался.
Его тело просто не выдержало противоборства магий. Той, что, очевидно, пыталась его убить, и заклятий Гринграсс, которая пыталась это предотвратить.
И в целом, как будто, произошедшее не имело ко мне отношения. Да, я тоже был тогда в Большом Зале, но Дымова не трогал.
Однако в учительскую после случившегося вызвали именно меня. И там снова опрашивали. Участвовали в этом кроме Гринграсс также граф
Злобин (5)
и виконт
Тучнин (0)
. В общем, все мои «фанаты».
И именно Тучнин рассказал, что у меня с Дымовым был конфликт. Вплоть до драки. Откуда он сам узнал, было непонятно. В теории мог бы рассказать пират или сам Дымов. Но с первым разговаривать было бесполезно — все равно соврет. А у Дымова уже было не спросить.
Гринграсс долго меня распрашивала. Злобин предложил сразу исключить, мол, все равно я бездарен в Стихии, нет смысла дальше мучиться. Тучнин настаивал на справедливом суде.
Я наблюдал за этим цирком по большей части молча. На вопросы Гринграсс отвечал сдержано.
Спросил только, когда она уже выдохлась.
— А директор что думает обо всем этом? Тоже меня подозревает?
— Вас, студент, это волновать не должно! — тут же возмутился Тучнин. — Отвечайте на вопросы, когда вам их задают. Остальное время молчите себе!
— Грубовато вы как-то со мной, — протянул я тогда. — А вдруг это все-таки я?
— Нет, вы слышали⁈ — тут же едва ли не взвизгнул он. — Слышали⁈ Это же было признание!
Впрочем, Гринграсс со Злобиным его энтузиазма не поддержали.
Гринграсс только устало вздохнула. Злобин же посмотрел, прищурившись, кажется, что-то очень тихо пробормотал. Но ничего конкретного я не разоборал. Просто что-то старческое уже? Ефим, я вот помнил, тоже поворчать себе под нос любил…
В любом случае, закончилось все тем, что Гринграсс меня отпустила. Перед этим наказав сразу сообщать, если я вдруг что-то вспомню или узнаю. На это я только плечами пожал.
Что толку ей чего-то рассказывать, если она, очевидно, не справлялась с поисками убийцы? Если кто-то что-то и мог сделать, то это директор. А он вмешиваться не спешил. По крайней мере, заметно этого не было.
Тело Баминга было обнаружено еще несколько дней спустя после того случая. В отличие от всех предыдущих он был уже просто убит, без спецэффектов. Из-за чего я даже заподозрил, что его уже убил кто-то другой.
— Мы одного убийцу поймать не можем, а ты двух предлагаешь? — скептически ответил мне на это тогда Алекс.
В общем, прозвучало справедливо.
Хотя главной проблемой оказалось то, что Баминг был с нашего факультета. Это могло бы наоборот снять с меня подозрения. Однако почти сразу говорить, что я считал его слабым звеном в факультете и очень хотел избавиться.
И, как ни странно, это была зацепка.
К сожалению, доподлинно определить, кто именно запустил этот слух, все же не удалось. Но одним из ранних источников был как раз факультет Порти — «Веселые Ребята».
Также мне пришлось потратить немало сил, чтобы успокоить всех у себя на факультете. В том числе поговорить с Федором
Барковым (2)
. Потеря Баминга во многом ударяла по нему. Потому что именно Барков брал его под защиту.
— Кто-то пытается нас стравить, Михаил Звездный, — сказал он тогда хмуро. — И в чем-то у него это получается.
Слухов к тому моменту и правда уже было много.
И другие ученики, очевидно, главным подозреваемым считали именно меня. История с моим героизмом во время отражения нападения
Красочных
значительно позабылась. И даже стала обрастать новыми подробностями. Которые выставляли меня уже не в самом лучшемм свете выставляли.
Тех, кто сам участвовал в тех событиях, это обмануть не могло. Но большинство из них и так было у меня на факультете. Эрика
Бишоп (2)
,
Ветровы (1)
, Кар, Юлия…
Ученики же с других факультетов с учетом слухов об убийствах охотно поверили в версию, по которой чуть ли не я сам это нашествие и организовал. Не все поверили, конечно. Но основная масса из тех, кто предпочитал держать нос по ветру, а не думать сам, поверила.
Главным героем тех событий стал считаться Виктор
Фонте (3)
. И Бенджамин окончательно приблизил его к себе, сделав если не правой рукой, то частью свиты точно.
Отследить источник слухов после этого стало еще сложнее. Потому что, очевидно, были те, кто затеял все это изначально. А также те, кому оказалось выгодно подхватить волну.
Народ на нашем факультете это порядком нервировало. Часть подозрений попадала и на них.
Именно потому в итоге я пришел к единственному возможному в данном случае ответу.
Не можешь предотвратить — возглавь.
— Мне нравится! — первым же отозвался Джимпо, когда я объяснил всем идею. — А что это значит?
— Слухов уже слишком много, — объяснил я. — Да и подозрения логичны. Я бы и сам себя подозревал. Так что пока мы не нашли убийцу, нужно немного всем подыграть.