Страница 39 из 87
— Только браслеты не снимайте, — предупредил Винс, с опаской глядя на трясущихся бывших коллег. — Вас внесли в базу. Если они откроются вне изолированных комнат, сработает тревога.
Гм.
Это было не очень удобно.
Но и тревога была нам нежелательна.
— Пункт управления, — напомнил я. — Прямо туда.
— Идите за мной, — отозвался Винс.
Слухач, тем временем, подобрал с пола парализатор одного из охранников. У Пако были его кинжалы. У Пашки — Стихия.
— Не шумим, сначала захват системы, — напомнил всем я.
Через комм Винса я тут же связался с Ефимом, сообщив, что мы на подходе.
После мы ускорились. Прошли еще несколько коридоров. Винс использовал свой пропуск на входе в оперативный зал.
Внутри одна стена была полностью занята мониторами, выводившими изображения с камер. Из гаражей, комнат содержания, со взлетной площадки, складов, оружейной… Еще кучи комнат непонятного назначения. Кажется, комплекс был размерами даже больше, чем я думал…
За рабочими местами скучало несколько социальщиков. Пара человек откровенно скучала, еще двое изучала какие-то документы.
— Винс? — с удивлением посмотрел на нашего проводника один из «скучавших». — Тебе чего?
— Ригони, — сообщил мне Винс.
Ага, тот, кто нам нужен.
Ригони, кстати, тоже на удивление быстро сориентировался.
Его рука метнулась куда-то к пульту с кнопками…
…но поздно.
Я выдернул его из кресла Телекинезом. Сразу сорвал с руки комм. Один из техников на местах тоже успел вскочить, и тут же получил удар под дых от Пако. Еще один дернулся к выходу, но на бегу врезался в возникший перед ним ледяной щит.
— Тот, кто хочет жить, не будет двигаться, — сказал я. — Всем лечь на пол.
Подойдя к зависшему в воздухе Ригони, я вытащил у него из кобуры пистолет. У остальных никакого оружие видно не было. И Винс еще во флаере нам объяснял, что это часть правил. У обычных сотрудников могут быть максимум шокеры. Огнестрел — у офицеров. Всем остальным выдается только по необходимости.
— Сейчас ты переведешь систему безопасности в режим отладки, — сказал я ему.
Глаза у него расширились от удивления.
— Слухач.
Парень тут же подбежал к пульту.
— Вроде нашел… Нужен его личный код. И комм тоже.
Кивнув, я уронил Ригони на пол. Тот тут же судорожно задышал. Я ожидал угроз, еще чего-то подобного, и они последовали. Вот только взгляд у социальщика оставался сосредоточенный. Не испуганный, а просчитывающий варианты.
На ряду с Щекиным Ригони был одним из двух основных руководителей в распределительном пункте. Первый отвечал за распределение детей. Второй — за всю техническую часть. Оба были ветеранами Социальной Службе. О том, чтобы склонить их на свою сторону не могло быть и речи.
— Знаю, о чем ты думаешь, — перебил его я. — Только пару часов назад Бульдорф был убит. Вместе со всей своей охраной. Назови код, и я обещаю тебе жизнь.
В ответ на это Ригони хищно усмехнулся.
Но ничего не сказал.
Тогда я сломал ему руку Телекинезом. Он заорал, попытался кинуться на меня, но я снова прижал его.
— Код.
И вот тогда он его все-таки назвал.
Но…
Старик?
Врет.
Да, я тоже так подумал.
Крепкий тип.
— Ладно, как хочешь.
Вздохнув, я подошел к социальщику вплотную и положил ладонь на потный лоб.
Просмотр Памяти.
Голову почти тут же заполнил поток образов. То, как Ригони проводил свой день… Чем занимался, работая на благо Социальной Службы… Ближе к середине я уже сильно жалел, что вообще полез в его голову. Приятней было бы в помоях искупаться…
Но все равно я не сдавался до самого конца. Как бы противно не было. И как бы не раскалывалась моя собственная голова…
И в итоге… я все же отыскал то, что нужно.
Цифры, что он ввел в терминал, садясь за рабочее место.
— Семь, один, восемь, ноль, ноль, четыре, — продиктовал я.
Код, который Ригони назвал до этого, был другой. Скорей всего, наоборот предназначался, чтобы включать тревогу.
— Я вошел, — сообщил Слухач.
Ригони же уперся в меня бешенным взглядом…
— За особо тяжкие преступления совершенные против граждан Лиры, — посмотрел я в ответ. — Биксан Ригони приговаривается к смерти.
Просмотр Памяти многое мне показал. И ни о какой жалости тут речь не шла.
Шуметь все еще было нежелательно, так что я использовал Телекинез. Получилось грубо. Кричать Ригони не мог, но треск ломающихся позвонков услышали все.
Лежащие на полу социальщики взирали на все с ужасом. Да и у Винса вид был не лучше.
— Наручники можно снять, — сказал Слухач.
Он продолжал что-то быстро вводит в терминал.
Я тут же это сделал. И после снова взялся за комм Винса. Нужно было дать отмашку Ефиму. Возможность вернуть контроль над системой оставалась только у Щекина. Если они успеют его взять, то контроль над пунктом распределения перейдет к нам.
* * *
Два часа спустя
Вбежав в помещение, я снес Разрезом охранника. Мимо меня пролетел Пашка. Его покрывала ледяная броня. В нее же пришлась пара выстрелов, прежде чем он добрался до второго бойца. Хлоп, и тот превратился в настоящего дикобраза. Только вместо иголок были ледяные штыри, созданные Стихией парня.
— Пусто! — крикнул он.
— Хорошо, — выдохнул я, бросая торопливый взгляд на планшет.
Мы не успевали.
Еще только планируя эту небольшую войнушку против Социальной Службы, я даже близко не представал масштабов, которые она может принять.
Думал, что в Бастионе все устроено плюс-минус также. Может офис побольше размером, сотрудников больше и так далее. Но и только.
Оказалось, что одних только объектов у Социальной Службы в Бастионе больше двух десятков.
Кроме распределительного центра еще официальное представительство, несколько опорных пунктов, медицинская клиника, тренировочная база, промышленная станция…
Все это было связано в общую сеть. И если промедлить, то хвосты потом придется искать очень долго. А вот если напрячься и постараться закончить все быстро… Вот это сулило очень большие перспективы.
Причем по факту ничего этому не мешало.
Бульдорф (2)
и его сильнейшие одаренные были мертвы. У нас была вся необходимая информация. Потому я и сделал вывод, что медлить нельзя.