Страница 43 из 60
Милочка так предположила, потому что за прозрачным стеклом кроме жидкости ничего не было. Например, заспиртованного ментального червя. Или еще какой дохлой живности для экспериментов.
- Нам нужен «Керудато фертензий», - Статанори не стал церемониться и спрашивать, чем так сильно занят гном.
- О, - тот соизволил обратить на него внимание. – Ундраг. Амалия, - перевел глаза на широко улыбающуюся красотку, зачем-то ему подмигнувшую.
- Да, это мы, - Статанори подошел ближе к столу, за которым сидел витавший в облаках хозяин кабинета. - Нам нужен «Керудато фертензий», - повторил, видимо, для слабослышащих.
- Разрешение есть? – гном отодвинул колбу от себя и протянул руку явно для бумаги. – Так и знал, что нет, - увидел, что сыщик не собирался ничего доставать, продолжая держать саквояж закрытым. – Нет разрешения, нет зелья правды, - сложил ручки на груди, считая разговор законченным, и по его позе было ясно, что от своего не отступит ни на йоту.
Не видать, значит, сыщикам желаемого.
- А у нас нет времени бегать за разрешением, - Милочка поняла, зачем нужно керудато и топнула ножкой. – Понимаешь, Андзордах, - вышла из-за спины начальства, - миленький, нам без него эту врушку Маргариту не расколоть. И всего час остался, а потом мы нага ловить будем. Срок до двух пополудни, - поискала глазами часы, не нашла. – Мы просто не уложимся, - тяжко вздохнула. – А тебе разве не нужен новый менталист на опыты? – попробовала надавить на любимую мозоль ученого.
Это был последний довод, на который она рассчитывала, что сработает. Потому что в процессе ее тирады гном повел себя весьма странно. Сначала он удивился, что девушка заговорила, вообще заговорила, и уставился на ее шевелящийся рот, затем вздрогнул при слове «миленький», потерев подбородок и шею под бородой, нервно сглотнул, скосил глаза на наручные часы, которые оказались у него под рукавом халата, и снова стал чесать над ухом.
- Нам очень надо, правда, - Милочка изобразила на лице скорбное выражение и чуть не пустила слезу.
Чуть – потому что не получилось, как ни старалась. Зато усилия по сморщиванию лба и потиранию тыльной стороной ладошки под хлюпающим носом не прошли даром. Гном не выдержал. Наверное, как все мужчины не любил женских слез.
- Амалия, деточка, ну что ж вы так переживаете, - засуетился, вскакивая. – Сейчас я всё вам принесу, - посеменил куда-то за шкафы.
- Ты реально бы заплакала? – шепотом спросил обалдевший Статанори, приблизив свои губы к ее уху. Такое впечатление, что он никогда не видел Андзордаха, который вдруг изменил своим принципам. – А я ведь про разрешение просто забыл.