Горничная

И внутри меня начала подниматься обида. Я не хотела вспоминать его слова... его взгляд. И то, как мне было больно.

— Я не разобрался, что произошло… не выслушал…

Я сидела к нему спиной и слышала, как он подбирает слова. Обида сменилась злостью, а слёзы, жгущие глаза, мгновенно высохли.

— Не разобрался? — с усмешкой посмотрела я на него. — Не совсем так… я хотел… — Ты не хотел! Ясно тебе?! Ты не хотел разбираться! Не хотел знать правду! Твой дружок-идиот наплёл черт знает что, а ты даже не собирался искать правду! А зачем? Я же никто! Да, прислуга… Мной можно пользоваться, а когда надоем – выбросить! Или заплатить деньги, чтобы удовлетворить свои мажорские потребности, не так ли?!

В горле жгло от крика, перед глазами стояла пелена, а всё тело трясло от боли, что скопилась внутри. Я смотрела прямо в глаза Адама, он будто застыл. Казалось, даже не дышит…

— Сейчас это уже не имеет значения. Прошло много времени, и незачем ворошить прошлое… — тихо проговорила я.

Из меня словно вытянули все силы. Стало пусто и тяжело, хотелось плакать. Просто лечь, в одиночестве, и плакать в подушку. Главное – дотерпеть до этой подушки...

— Я ничего не забыл, — наконец сказал Адам. — Открой дверь. — Прости меня, — деловым тоном выдал он. — Мне пора. Открой дверь.

Я всё сильнее прижималась к двери, словно это был спасательный круг. Мне нужно выйти. Сейчас же…

— Эмма... — Открой мне дверь! — я резко развернулась к нему и выкрикнула прямо в лицо.

Мы смотрели друг другу в глаза. Дыхание сбилось. В воздухе повисла напряжённая тишина.

В одно мгновение взгляд Адама изменился. Глаза вспыхнули… Он резко подался вперёд и впился в мои губы.

На секунду я забылась. Отдалась ему. Позволила снова меня касаться.

Я хотела этих прикосновений. Хотела его ласки…

Но быстро пришла в себя. Оттолкнула мужчину, разорвав поцелуй, и залепила ему пощёчину.

— Немедленно открой дверь! — громко сказала я, и тут же раздался щелчок замка.

Хотелось просто убежать. И я бы так и сделала…

Но меня остановили мои пакеты, оставленные на заднем сиденье. Даже не знаю, каким чудом я вообще о них вспомнила.

Поэтому я молча достала покупки и спокойно направилась к подъезду. Шаги медленные, уверенные, будто ничего не случилось…

А внутри всё бурлило, как раскалённый вулкан.

Боже, зачем он снова лезет в мою жизнь?

Я смотрела в зеркало и не узнавала себя. Растрёпанные мокрые волосы сбились в рыжие кудряшки, щёки пылали, губы жгло, а в глазах сверкали искры.

Как я могла позволить ему поцеловать меня?..

И я не просто позволила. Я наслаждалась.

Пусть всего минуту… Но всё моё тело жаждало его.

И даже сейчас кожа, к которой он прикасался, горит… А внизу живота пульсирует дикое, неудержимое желание.

Дура. Боже, какая же я дура…