Горничная

Глава 9

Адам

— С тобой все в порядке? — спрашиваю, наблюдая, как дрожит Эмма, обрабатывая рану на моей голове.

Хорошо же она меня приложила... пришлось выпить обезболивающее.

— Все нормально. Я просто... — мнётся девушка. — Тебе очень больно? — спрашивает, прикладывая тампон. — Нет, терпимо. Почти не болит уже. Зато буду знать, что пугать тебя себе дороже.

Хочу разрядить напряжение, но по выражению её лица понимаю, что не выходит. Эмма старается улыбнуться, но выходит плохо.

— Прости меня... Я не думала, что ты... тебя... — Успокойся.

Беру её ладони в свои руки и подношу тонкие пальчики к губам. Такие холодные... Вся дрожит.

— Ты не виновата. Не стоило мне так подкрадываться.

Её глаза бегают по моему лицу. Кажется, она хочет что-то сказать, но... Вместо слов она обвивает руками мою шею, наклоняется и дарит поцелуй. Трепетный, лёгкий, хрупкий... как нежный весенний ветерок. И с каждой секундой мне всё сложнее сдерживать свои желания. А желания у меня — ого какие...

Руки начинают блуждать по её телу, а в голове уже рисуются такие картины, что становится неудобно сидеть. Прижимаю лисичку ближе к себе и углубляю поцелуй. В ответ у неё вырывается стон. И это заводит ещё сильнее. Чувствую, как она пытается сделать шаг назад, и, замирая внутри, отпускаю её.

Как же тяжело себя контролировать. Но я очень стараюсь. Могу даже поклясться, что впервые так сдерживаю себя с девушкой.

— Я обещал тебе сюрприз. И он всё ещё ждёт, — улыбаюсь Эмме, получая в ответ лишь кивок.

Сидя за рулём, то и дело бросаю взгляд на Эмму. Сегодня она какая-то испуганная. Ещё там, в зале, я заметил, что она ведёт себя странно. Будто напугана… всё время озирается.

— Ты чего-то боишься? — спрашиваю, останавливаясь на светофоре. — Нет, всё хорошо… — вижу, что она что-то скрывает.

Но давить не хочу.

В номере она вроде бы хотела что-то сказать… или мне показалось? Одно знаю точно — вчера она была другой. У нас впереди ещё долгая дорога, и я постараюсь узнать правду.

Эмма

Взгляд Адама пронзает меня насквозь. Я стараюсь выглядеть спокойной, но он уже понял, что что-то не так. Там, за кулисами, я сильно испугалась… Думала, что это снова тот мужчина меня преследует… Если бы я только увидела, что это Адам…

Мы останавливаемся на заправке, почти на выезде из города. Кажется, дорога до сюрприза будет долгой.

— Тебе что-нибудь купить? Может, хочешь пить? — спрашивает он, выходя из машины. — Нет, спасибо...

Выдавливаю из себя улыбку, и Адам уходит к колонке.

Я хочу рассказать ему, почему веду себя так странно. Но не знаю, как… и не уверена, что он правильно поймёт. Что я скажу? «Знаешь, меня преследует незнакомец, с которым я согласилась пойти в номер, чтобы развлечься, а потом сбежала?» Глупость какая-то… Лучше ничего не говорить.

Приходит сообщение, и я едва не роняю телефон, увидев экран.

«Скоро увидимся, цветочек.»

Я понимаю, от кого это. И руки начинают дрожать. Откуда он знает мой номер? Зачем пишет, чтобы запугать? Что мне теперь делать?

Из раздумий меня вытаскивает Адам, возвращаясь в машину и подсовывая мне картонный стаканчик с кофе.

— Тут ещё пирожные. Не знал, какие ты любишь, поэтому взял разные, — кладёт передо мной небольшую коробочку и усаживается за руль.

— Спасибо. А куда мы едем? — Скоро увидишь. Завтра у тебя выходной, так что наслаждайся, — улыбается он. — Как выходной?! — даже подаюсь вперёд. — Ольга Григорьевна любезно позволила тебе отдохнуть.

Сказать, что я удивлена, — ничего не сказать. Выходной… Становится так спокойно. Завтра не нужно идти в отель. Эта новость радует. Даже недавнее сообщение уже не кажется таким страшным.

— Может, ты хотя бы намекнёшь, куда мы едем? — спрашиваю, улыбаясь. — В мой родной город, — загадочно отвечает он.

Теперь понятно, почему мне нужен выходной. Сегодня я не вернусь домой. Эта мысль волнует…

Машину заполняют звуки спокойной мелодии, и мы выезжаем за пределы города. Смотрю на Адама и ощущаю, как от него веет силой, уверенностью, спокойствием. Рядом с ним я в безопасности.

Мужчина ловит мой взгляд и улыбается, а затем кладёт руку на моё бедро, нежно поглаживая колено. Сейчас мне совсем не страшно…

Чем дальше мы ехали, тем лучше становилось моё настроение. Исчезли тревога и страх. Хотелось улыбаться… А Адам постоянно находил новую тему для разговора.

Рассказал о детстве, учёбе за границей, семье… Смешил историями из бурной юности. И я не могла сдерживать смех.

— Представь себе, я был ещё тем хулиганом. Родители ох как намучились со мной… — весело говорит он. — Сейчас и не скажешь, что ты такой разбойник. — Это ты меня плохо знаешь… — подмигивает он.

Смотрю на взрослого, сильного, самодостаточного мужчину, а в его глазах вижу того самого юного парня, готового на безрассудные поступки.

В такого мужчину невозможно не влюбиться… Невозможно, повторяю про себя.

— А ты была паинькой? Отличницей, наверное… — с улыбкой спрашивает Адам.

Я опускаю голову… После его рассказа о состоятельной семье и лучших университетах совсем не хочется открывать правду о себе. Но врать я не могу. Да и смысла нет…

— Не совсем… Я старалась, но не всегда хватало времени на учёбу. Тётя не считала школу чем-то важным, а высшее образование — пустой тратой времени и денег. — А родители? — Отца я никогда не видела. А мама… Она умерла, когда мне было шесть. — Она болела?

Как бы я хотела сейчас сказать «да».

— Она пила… много. Я этого почти не помню. Но тётя сказала, что мама погибла после драки с бездомным, когда они не смогли поделить бутылку. И всё…

Адам молчит. Он по-прежнему смотрит на дорогу, а я жду, какая будет его реакция.

— Мне очень жаль, что ты так рано потеряла маму, — тихо произносит он. — Мне тоже…

Но я ничего не могла изменить. Сначала была злость на женщину, которая родила меня и бросила, а потом я простила, отпустила и просто скучала…

— А где сейчас твоя тётя? — Там же, где и всегда, на рынке. Она продаёт одежду, всю жизнь этим занимается. И меня тоже к этому приучала. Выбора у меня особо не было, приходилось слушаться.

Адам смотрит на меня, и мне кажется, что я вижу в его глазах грусть… и жалость. А вот этого я не хочу…

— Только не жалей меня. Всё не так уж плохо. Да, я не училась, но буду… В следующем году поступлю в университет. Хочу стать ветеринаром. И, наконец, карьера горничной закончится, — улыбаюсь, наблюдая за проезжающими мимо машинами.