Страница 33 из 42
Глава 25
Парадоксально, но факт- я никогда не думала, что свободу мне даст хиджаб...
Мне всегда казалось, что покрыть себя в нашем восточном мире- полностью сдать позиции с намеком хоть на какие-то свои границы. Стать той, кто угодна прихоти мужчины. Для одних- незаметная, для других-покорная.
Нет, все относительно. Хиджаб- это не путы. Это просто твой путь. И сейчас, здесь, в этом новом мире, где Даниял дал мне возможность попытаться пожить свою жизнь- пусть месяц, а пусть год, это возможность.
Возможность работать и не быть узнанной, возможность реализовываться и не встречать на себе осуждающие взгляды посторонних.
Согласно официальной легенде, я вдова, которая потеряла своего мужа.
Родом с Кавказа- здесь это распространено. Работаю хореографом. Второй Шейхисламов даже помог мне с арендой места для студии. И вот, уже седьмой месяц я работаю, а мои ребята показывают просто феноменальные способности! Даже не думала, что в одном месте совершенно случайно может собраться столько талантливых людей!
Родители в восторге, дети в восторге, меня называют тренером от Всевышнего. А я... я просто впервые дышу- впервые делаю то, что нравится, без оглядки. Позволяю себе прогулки по Босфору, кормлю толстых наглых чаек рогаликами, не отказываю в сдобе и себе- я в положении, мне можно.
Животик уже сильно заметен. Даже удивительно- до шестого месяца я ходила и никто даже не видел, а теперь не спрячешь. Мамочки моих учеников замечают. Никто не осуждает. Все с почтением относятся к вдове, которая осталась одна...
И нет, не кощунственно то, что меня так называют. Для меня и правда умерли все те мужчины, которые играли какие-то роли в моей жизни... Умер родной папа, а остальные- делали все, чтобы сломать. Для меня они тоже мертвы... Смешно, но даже Даниял величает себя «Демоном», а разве демон сам не мертв?
Сегодня волнительный день. Я долго отнекивалась, но в итоге решила, что мои личные амбиции и страхи не должны перекрывать заслуги детей. Мы выступаем с концертом в Русском доме! Это действительно уникальное мероприятие- наш коллектив станет частью детского фестиваля. Каждый ансамбль покажет свои силы, умения и таланты...
Я стою за кулисами и чувствую, как сердце бьётся где-то в горле. Ладони тёплые и чуть влажные - я волнуюсь сильнее, чем они, мои дети. Смешно и трогательно: я ведь не выхожу на сцену, но будто танцую вместе с каждым из них.
Когда звучат первые аккорды лезгинки, внутри меня всё замирает. Это тот самый миг, ради которого были долгие репетиции, сбитые каблуки, сотни повторений одного и того же движения, мои строгие взгляды и их упрямые, сияющие глаза. Я смотрю на них - и не могу надышаться. Они такие красивые, собранные, гордые. Мои.
Я ловлю себя на том, что почти не дышу, пока они выходят в рисунок танца. Каждое движение - знакомое до боли, до дрожи: вот здесь мы сомневались, тут спотыкались, а сейчас - идеально. И в этот момент меня накрывает волной - радость, гордость, нежность, благодарность. Словно сердце распахивается настежь, и в него вливается свет.
Я волнуюсь за каждого: «Только бы не растерялся… держи спину… улыбайся… чувствуй музыку». И вдруг понимаю - они чувствуют. Они танцуют не просто шаги, они танцуют характер, силу, огонь. Настоящую лезгинку. И у меня предательски щиплет глаза.
Когда зал взрывается аплодисментами, я будто перестаю быть собой - я становлюсь этим звуком, этим восторгом, этим счастьем. Хочется смеяться и плакать одновременно. Я чувствую невероятную эйфорию - тихую, глубокую, настоящую. Это счастье тренера: видеть, как твой труд оживает на сцене, как дети становятся увереннее, сильнее, смелее.
В этот момент я знаю точно- все не зря. Все волнения, усталость, сомнения - все растворяется в этом свете, в их победе. И я стою, прижав руку к груди, и думаю- вот оно. Мое настоящее второе я. Теперь я цельная. Состоявшаяся. Удивительное чувство- до этого мне незнакомое…
Аплодисменты, восторг... Я поддаюсь всеобщей эйфории- нет ничего приятнее для тренера, когда твои таланты и умения признаны, когда ты видишь результат своих трудов, воплощенный в искусстве твоих учеников...
Мои девочки-красавицы хватают меня своими маленькими ручками и тащат на сцену. Я улыбаюсь, слегка жмурясь софитам. Сама хлопаю, поддаюсь всеобщему восторгу и... обмираю...
Знакомые глаза. Знакомый анфас...
Нет, не может быть! Зачем он здесь?! Почему?! Его тут не должно быть!