Порознь нельзя

21

Раньше Дан часто давал мне возможность поразмыслить над чужими поступками и найти логическую цепочку. Правда сейчас мой мозг оказался совершенно не готов выстраивать домыслы и здравые размышления.

— Нет, — отрицательно мотнув головой, сосредоточиваю взгляд на наших руках.

— Парень, в которого она была влюблена, тот самый наркоман, который подсадил твоего друга. Я бы сказал, что это нелепое совпадение на миллион, но он снабжал наркотой большую половину города.

— И Агата знала об этом и всё равно ушла к нему? — в голове не укладывается. Как можно променять моего Дэна на какого-то наркомана.

— Она верила, что он просто балуется и не задумывалась насколько всё серьезно.

Наступила долгая пауза.

— А что потом? — пришлось тяжело сглотнуть слюну.

—  Дэн просек что к чему и попытался всунуться в их тусовку, к слову, удачно, — Дан снова нехотя заговорил. — Правда немного поздно. Дорогая Агата и сама начала баловаться легкой наркотой.

Приложив свободную руку ко лбу, стерла выступивший холодный пот. Как много ужасный новостей мне еще придётся услышать сегодня?

— И Дэн почти подсел, — совсем тихо и хрипло признался и крепче сжал мою ладонь.

Удар под дых. Весь воздух вышел из легких, и я не понимала, как сделать следующий вдох.

— Что ты сказал? — переспросила шёпотом, с ужасным страхом, что я все верно услышала и правильно поняла.

— Его пошатнуло то, что ты резко отвернулась от нас и начала жить отдельной жизнью, а расставание с Агатой стало заключительным ударом, — он не хотел причинять мне боль этими словами, но нехотя нанес, оставив глубокий шрам.

Твою же…Значит, в частности, череда этих жутких событий была запущена из-за меня. По моей прихоти и глупости.

—  Ась, посмотри на меня, —  попросил Дан, но мне стало стыдно поднимать на него взгляд. — Пожалуйста.

Его ладони легли на мои щеки, заставив всё-таки посмотреть прямо в глаза. Мне стало легче, когда не увидела в них отвращения или ненависти.

— Ты пообещала мне не винить себя, — напомнил он, а потом резко притянул к себе и, приобняв, начал успокаивающе поглаживать по волосам.

От него как всегда приятно пахло, с удовольствием вдыхая его запах – продолжала слушать рассказ.

— Та драка, видео которой ты видела, стала завершающей точкой. Мне нужно было вытаскивать Дэна из этой задницы, а твой дружок, Ваня, ещё в придачу в тот вечер рассказал тому нарику о своей горячей подружке, которая не против новых знакомств. Ась, догадываешься о ком он говорил?

Мне резко перехотелось слушать ответ – всё и так стало ясно. Чёрт, неужели люди, что нас окружают и кажутся такими искренними и добрыми, могут так просто оказаться последними мразями?

— У меня не было тогда четкого плана, как буду действовать, когда попаду в их компанию – думал решить на месте, — признался Дан, продолжая поглаживать мои волосы. — Но просто сорвался. Честно, я готов был убить эту тварь, и твоего недоделанного дружка заодно. Пусть кажусь тебе монстром, но точно никогда не буду жалеть о том поступке.

Его слова не напугали меня – теперь знала, что он защищал нас с Дэном и ещё больше ощутила укол дикой вины.

— После больнички тот нарик загремел в тюрьму – мы с Дэном нарыли на него достаточно компромата, —  видимо, началась самая спокойная части рассказа, потому что Дан облегченно выдохнул. — Твоего дружка родители отправили в клинику – лечить от зависимости. Кажется, и сами переехали в другой город.

— И ты решил уехать? — пользуясь возможностью, я прижалась к нему сильнее.

— Ась, избиение человека – уголовно наказуемое дело. Не всегда отец-адвокат может помочь оставить всё безнаказанным. Я был на исправительных работах в другом городе.

— Тебя направили в другой город?

— Нет, сам попросился.

Хотелось громко охнуть и спросить

«зачем»

, но и так прекрасно знала зачем и почему.

— А Дэн? — испуганно задумалась я.

— Не переживай, к наркоте он больше никогда не притронется. Когда Дэн начал осознавать, чем это могло закончится, он до жути испугался. Ты даже не представляешь, какая вина его грызет перед тобой. Он бы никогда себе не простил, что оставил тебя саму.

— Агата…Он до сих пор пытается её вернуть?

— Нет, конечно нет. Сразу после того случая он заявил, что знать её не хочет. Винит её в том, что подверг тебя опасности.

— Чёрт, как всё это сложно, — я схватилась за голову.

— Ась, уже третий час ночи, пошли – провожу тебя. Тебе нужен отдых.

Спорить, конечно, не стала – чувствовала себя настолько уставшей, что голова кружилась. Сказывался постоянный стресс.

— Прости меня, —  снова попросила, когда мы стояли возле моего подъезда. — Я никогда не задумывалась, что мои поступки имеют такие серьезные последствия.

Мы смотрели друг к другу в глаза, и сердце замерло в ожидании его ответа. Он вглядывался будто пытаясь там что-то отыскать, а я дышала через раз, боясь, что моё дыхание может как-то повлиять на его решение.

— Я не написал тебе, если бы винил в чем-то, — улыбнувшись, ответил он. — Мы сами загоняем себя в ситуации, у которых печальный конец. К счастью, эта страшная история в прошлом. Иди в дом, здесь холодно.

Мне дико хотелось обнять его на прощание крепко-крепко. Но страх пересилил, и я пошла к парадной двери.

— Спокойной ночи, Дан, — обернувшись, произнесла и улыбнулась. — И спасибо тебе.

— Спокойной, Ась.

Он тоже ушёл.