Порознь нельзя

16

Камни под ногами предостерегающе шуршали. Темнота обугленных стен подсвечивалась только фанариками наших телефонов.

Это заброшенное здание стало когда-то нашей первой находкой, и тут мы бывали с завидным постоянством.

Мы наткнулись на него лет пять назад – сгоревшая, одинокая постройка, находившаяся недалеко от леса. Эта часть города давно стала безлюдной – домов хватало, но люди выставляли их на продажу или просто забросили и уехали. Когда-то тут закрыли ближайшие магазины и перестала курсировать автобусы, думаю, поэтому люди решили переехать ближе к центру.

Только этот двухэтажный дом сильно отличался от других – кажется, об этом случае писали в газетах. Мужчину бросила жена и забрала с собой дочку. Он в ярости и отчаянье подпалил дом и наблюдал со стороны, как горит то, что он построил собственными руками. По словам очевидцев-соседей, мужчина просто не реагировал на их панику и вопросы, а потом, когда дом продолжал полыхать и огонь охватил второй этаж, встал и пошел по направлению к лесу. Больше его не видели.

Кажется, это случилось лет шесть назад, но до сих пор эта история вызывает у меня табун мурашек. Ещё в детстве я подумала – вот значит, как один человек может представлять собой весь смысл чей-то жизни. Это казалось таким страшным, что холод под кожу пробирался. Мне до ужаса хотелось плакать и кричать из-за обиды и несправедливости по отношению к мужчине. А ещё, почему-то, так жаль становилось его дочь. Мать ведь, наверное, просто решила всё за малышку и из-за этого дочь больше никогда не сможет увидеть отца. Интересно, задумывалась ли женщина тогда, что её поступок понесет такие последствия? Это было спонтанное решение или обдуманное? Осталась бы она, если знала, как все сложиться?

Первый этаж прогорел сильно – все куски мебели и стены обугленные. Но здесь оставалось место, ради которого мы возвращались снова и снова, будто чтя память об этом бедном мужчине.

Я разочарованно вздохнула, когда увидела перепиленный металлический каркас от лестницы, которая когда-то была целой. Видимо, кто-то увидел в ней выгоду и, вырезав, сдал её на метал.

— Мрази, — возмущенно проговорил Дэн и высоко подпрыгнув, ухватился за оставшиеся перекладины. Хорошо, что потолки тут низкие. Подтянувшись, брат с кряхтением оказался на втором этаже – Игорь последовал его примеру.

Обгоревшая штукатурка сыпалась мне под ноги.

Подойдя поближе, тоже попробовала подпрыгнуть, но, конечно же, даже близко не дотянулась до выступа, чтобы ухватиться.

Дух захватило о того, как быстро и с какой легкостью Богдан ухватил меня за талию и подняв над собой, посадил к себе на шею.

Высота и его руки, от которых кожа начала мгновенно гореть, вскружили голову. В то время как он крепко удерживал меня за бедра, я ухватилась за его шею.

— Хватайся за край, Дэн тебя подтянет, — командует он, а моё тело бьет мелкая дрожь от его прикосновений.

Следую его указу, хватаюсь за железный выступ, и Дэн сразу подтягивает меня, в то время, как Дан страхует снизу. Ему же не составляет особого труда самому быстро оказаться вместе с нами на втором этаже.

Я буквально на секунду ловлю его взгляд на себе, но сразу же он отворачивается и идёт вперед.

Моё сердце грозится разбить грудную клетку. Когда оно наконец-то перестанет так реагировать на него?

— Кажется, сюда не добрались, — заявляет Дэн, когда мы заходим в знакомую комнату.

Это детская. Почему-то именно её особо не затронул ужасный пожар. Может, потому что она была пристроена позже, чем основное строение и совсем с другого материала.

Когда мы впервые оказались здесь, комната уже оказалась

«обжитой»

. Кто-то до нас успел помародерствовать, думаю, в попытках найти какие-то ценности.

Теперь здесь оставался прогнивший деревянный каркас от односпальной кровати – видимо, матрас вынесли, - небольшой комод, с выдернутыми шкафчиками и куча грязных вещей и игрушек, разбросанных по всей комнате.

Я даже прибиралась тут однажды, когда мы часто приходили, но, видимо, снова кто-то лазил сюда в поиске чего-то, что можно продать

Все обои от сырости окончательно слезли, а стены украсились грибком.

По память я подошла в угол комнаты и немного отодвинув плинтус, пыталась нащупать то, что спрятала тут ещё пять лет назад.

Парни во всю предавались воспоминаниям, связанным с этим местом, а на моем лице появилась радостная улыбка, когда я наконец-то нащупала холодный металл.

Золотая цепочка с маленькой подвеской в форме сердца. Я нашла её тут в первый день, когда осматривала заброшенные игрушки – она было надета на небольшого плюшевого зайца. Точно помню, что тогда я сфотографировала его, чтобы добавить в интернет. Кто знает, может я смогла бы таким образом найти дочь того мужчины? А вот цепочку в тот день решила спрятать – побоялась, что её сразу найдут и украдут. Я считала неправильным забирать её с собой, поэтому спрятала за плинтусом. Вдруг, когда-нибудь сюда вернуться то мужчина или его дочь и смогут найти цепочку.

Кстати, когда мы в следующий раз пришли в этот заброшенный дом, плюшевый заяц был разорван, а его ухо прожжено. Так странно, что на него обратили внимание только после того, как я перепрятала цепочку.

Довольная, что она по-прежнему на месте, я задвинула плинтус обратно.

Так странно, но в этой комнате чувствовался уют, несмотря на грусть, подступавшую к горлу. Думаю, поэтому мы снова вернулись сюда.

— Не хочешь забрать его себе? — тихо спросил Дан, который незаметно оказался рядом.

Я лишь отрицательно покачала головой. Богдан единственный, кто знал о моей давней находке.

Только подумала о том, что можно завести с ним разговор, как раздался звук его мобильного и я вздрогнула.

— Да, Ксю, — подняв трубку, он вышел с комнаты.

— А ещё тут были наши карты, — вспомнил Дэн, осматривая комнату старательнее.

— Дэн, они по любому давно прогнили, — попытавшись скрыть раздражение из-за звонка Ксюши, предположила я.

— Эх, жаль, — вздохнул он. — Это была моя первая краплёная колода.

— Что? — наши с Игорем голоса раздались одновременно.

— Упс, — весело протянул Дэн, запустив руку в волосы.

В этот момент зашёл Дан.

— Спасай меня, друг, — засмеялся брат, разводя руками.

— О кого? — спросил, но его взгляд сразу упал на меня.

— Дан, у него карты кроплённые были, — смеясь, заявил Игорь.

Знаю, что их веселило – мой убийственный взгляд, которым сверлила брата. Знала бы раньше, точно перерезала его колонки и не жалела.