Страница 25 из 70
10
— Таська, — я слышу Рому и сразу чувствую его ладонь, которая ловко находит мою руку. — Испугалась? — он притягивает меня к себе, успокаивающе поглаживая по волосам.
— Ерунда, — выдыхаю, довольная тем, что свет в комнате погас так вовремя, и никто не может видеть моего затуманенного взгляда и разгорячённого лица.
Четко ощущаю, как пульсирует венка у меня на виске. Кожа на талии до сих пор горит и покалывает от недавнего прикосновения.
«Он всего лишь пытался меня успокоить»
– в очередной раз проносится в моих мыслях. Богдан прекрасно знал, как на меня влияют резкие звуки и подобные штуки.
Через пару минут мы разделяемся в очередной темной комнате, чтобы найти следующий проход.
— Ох, — вскрикивает Ксюша, и я слышу, как справа от меня что-то хлопает. — Ух уже эти ловушки, — вздыхает она.
Мои руки продолжают ощупывать стены, а сердце гулко стучит внутри – то ли от недавних касаний, то ли от детских воспоминаний. Ну, радует, что сейчас я хотя бы не одна.
— Кто-то боится пауков? — в комнате раздается задорный голос Ромки.
— Да, — сразу отзывается Ксюша.
— Тогда тебе повезло, что ты не пошла в эту сторону.
— Только не говори, что здесь есть пауки, — её голос едва слышно подрагивает.
— Не боись, — он предпринимает попытку вселить ей спокойствие. — Они всего лишь силиконовые. Тась, тебе не нужны новые домашние питомцы?
Его голос звучит весело, отчего и на моих губах появляется улыбка, прогоняя напряжение.
— Ох, спасибо, мне достаточно двоих, — шучу, предполагая под этими
«двумя»
Элю и Дэна.
— Да у тебя, похоже, целый зверинец, — слышу голос Богдана, и, чёрт возьми, готова поспорить, что на его губах снова ухмылка. Конечно, он ведь прекрасно знает, что никаких животных у меня никогда не было и нет по сей день.
Спустя минуту мне не удалось ничего нащупать, кроме чьей-то руки. Мне подумалось, что я наткнулась на Рому – именно он должен был осматривать эту сторону комнаты.
Губы расплылись в улыбке, когда эта самая рука взяла в свой плен мою. Но уже в следующую секунду, мне пришлось зажмурить глаза, потому что тело снова начало гореть. Мне не нужно никакое подтверждение – это не Ромина рука. У него, кажется, они более мягкие и нежные. Ладонь, что держит сейчас меня грубоватая и шершавая. Непроизвольно, буквально на секунду, я сжимаю её, задержав дыхание – кажется, будто все могут услышать, как громко и глубоко я дышу.
— Вау, я что-то нашла, — комната заполняется Ксюшиным довольным возгласом. — Тут проход.
Кажется, после слов Ксюши ладонь в моей руке дергается и сразу исчезает. Ох, чёрт. Всё просто – он думал, что наткнулся на неё, а не на меня.
Чувствую укол легкого, липкого разочарования, которое сразу постараюсь скрыть.
Я ведь ненавижу Богдана Матвеева, что, чёрт возьми, творится с моим телом?
«Конечно, ненавидишь» -
ехидным, саркастическим тоном отзывается моё подсознание, и я закатываю глаза от собственных мыслей.
***
— Давайте сходим за сладкой ватой? — предлагает Рома, как только мы выбираемся на свежий воздух.
— Обожаю вату, — Ксюша несколько раз подряд кивает головой, привычно растянув губы в милой улыбке.
Мне вспоминается Катька и её история о недавнем свидании – от этого на душе становится теплее и волнение куда-то отступает.
— Вы идите, — я треплю Рому по мягким, немного вьющимся волосам, а мой взгляд запечатлеется на таком желаемом аттракционе. — У меня есть незаконченные дела.
— Да ну, тогда мы сходим с тобой и подождем, — он отрицательно качает головой.
— Не тратьте время, — махнув рукой, прошу я. — Там очередь огромная.
Причем людей толпится немало как на аттракцион, так и на киоск с ватой.
— Давайте разделимся? — внезапно предлагает Богдан. Его голос кажется хрипловатым. — Я все равно тоже собирался прокатиться, а вы пока купите всем нам вату.
Первым делом возникает непреодолимое желание стукнуть себя по лбу и закричать, что я никуда с ним не пойду. Но, блин, если смотреть правде в глаза – это отличная возможность поговорить с ним, и спросить про анонимки. Думаю, более подходящего случая не представится.
— Отличная идея, — хлопнув в ладоши, оставляю легкий поцелуй на Ромкиной щеке.
Он расплывается в широкой улыбке и, видимо, намеривается сделать то же самое, но не успевает, потому что я быстро ретируюсь в сторону движущихся машин. Спиной ощущаю, что Богдан идёт следом, но совсем не решаюсь остановиться и обернуться.
— Это ты шлешь мне анонимные сообщения? — я резко поворачиваюсь и смотрю в его глаза, едва мы успеваем занять место в длинной очереди.
— Ты о чем? — между его бровей тут же пролегает складка.
— Скажи правду, — в попытках держаться уверенно, впиваюсь ногтями в кожу на собственных ладонях. — Тебе кажется, что мы с Ромой не имеем шанса? Или в чем дело?
— Ась, я вообще не понимаю, про что ты говоришь, — пропускает мой вопрос мимо ушей, и его недовольный взгляд моментально словно пригвождает меня к земле. — Или объясни нормально, или молчи.
Ему категорически не нравятся мои обвинения – становится понятно по сменившемуся голосу и взгляду. Посмотрев в его глаза, я сразу понимаю, что сообщения ни его рук дело.
«Будто вообще нужно было это подтверждение»
- твердит здравый рассудок.
— Мне поступают угрозы, — ещё сильнее сжимаю свои руки в кулаки и опускаю взгляд. Атмосфера между нами мгновенно накаляется.
— Что? — его глаза округляются, а взгляд внимательно окидывает в ожидании ответа.
— Предостережения, что бы я ради своего же блага держалась подальше от Ромы, — немного тише признаюсь, и борюсь с желанием тут же прикусить язык.
— И ты, конечно, подумала, что это я, — его вопрос звучит как утверждение. На его губах ухмылка, как обычно, но даже несмотря на неё, я ощущаю, какая злость начинает плескаться в его карих глазах.
— Больше некому, — мне категорически не хочется этого говорить, но, чёрт возьми, язык вообще меня не слушается.
— Алиева, ты, смотрю, вообще не меняешься, — осуждение и разочарование в его голосе будто накрывает меня огромной, ледяной водой.
— У меня нет причин тебе доверять, — голос звучит строго и твердо, и я смело смотрю в его глаза, в которые теперь горят адском огнем. Я пытаюсь бороться с тем, как подгибаются ноги, стоит только посмотреть на него.