Порознь нельзя

6.1

— Снова допоздна со своим ненаглядным переписывалась? — подкалывает меня Катька, когда утром мы привычно сидим в буфете.

— Да так, — отмахиваюсь я.

Спала от силы часа два, но при этом Роме не ответила даже на сообщение с пожеланием спокойной ночи – как раз такой ночью в моем доме и не пахло. Отчего-то я постоянно прислушивалась к звукам за стеной – никак не могла до конца поверить в то, что прямо там сейчас находится Богдан. Чёрт, сидит, смеется, шутит в то время, когда меня снова накрывает бессилием и отвращением к самой себе.

Мозг уже не впервые сигнализирует о том, что я упустила в прошлом какую-то частичку, из-за которой картина, сложившаяся в моей голове, недостаточно полная.

«Ты прекрасно знаешь для чего так поступила»

- снова пульсирует где-то в висках.

В голове раз за разом всплывают воспоминания:

— Ася, ты никогда не должна делать то, чего не хочешь, — Богдан внешне выглядит спокойно, но в голосе сквозит угрозой. И нет, обращена она совсем не ко мне.

По моим щекам стекают мокрые от слез дорожки. Я совсем не хочу плакать, но уже сейчас понимаю, что этим поступком он усугубил мои чувства ещё сильнее.

— У тебя кровь, — голос дрожит и это единственное, что я могу выговорить. Хочется стереть красную каплю с его брови, но даже руку не решаюсь поднять. Нет, я однозначно не должна к нему прикасаться.

— Чёрт, Ась, — снова это обращение, чёрт возьми. Почему он не может называть меня, как все остальные? Я не хочу, чтобы что-то делало его особенным. — Ты меня слышишь? Понимаешь, чем это могло закончиться?!

— Какая тебе разница? —  устало выдыхаю и, прислонившись к холодной кирпичной стене, закрываю глаза.

— Алиева, —  он встряхивает меня за плечи. Взбешен так, что вены на лбу виднеются. — Тебя чуть не изнасиловали в собственном подъезде! Ты вообще догоняешь, что бы случилось, если я не оказался рядом?

— Ты преувеличиваешь, — теперь я смотрю в его глаза в упор. — Ничего он не сделал бы, просто увлекся.

Когда я начала гулять с Демьяном, совсем не думала, что во время третьей прогулки он попытается полезть мне под майку прямо в подъезде. Я немного испугалась после того, как попыталась отстраниться, но в ответ он прижал меня к себе ещё сильнее. Не знаю, что творится в моей голове, но на всё ситуации, когда я лишена свободы движений вызывают во мне панику – неважно как, но я должна освободиться.  Как раз в тот момент в подъезде появился Богдан. Чёрт, он ведь даже не видел особо моих попыток вырваться — просто посмотрел в нашу сторону, узнал меня и сфокусировал взгляд на руке, что пыталась добраться до моей груди под тонкой майкой.

Демьян в ту же секунду отлетел от меня к другой стене и, судя по звуку, очень ударился затылком. Конечно, я ощутила облегчение о того, что больше не находилась под давлением чужого тела. Только конкретно испугалась из-за того, что Богдан начал безжалостно бить Демьяна и тот охотно поддержал драку.

При попытке их разнять Демьян случайно ударил меня локтем в скулу — думаю, именно это заставило их разойтись, наговорив друг другу напоследок гадостей.

— Синяк, наверное, будет, — Богдан также смотрит на меня в упор и нежно проводит ладонью по ушибленной щеке. Дрожь пробирает всё тело, и я резко отвожу взгляд, чтобы он не заметил моего изумления. — Нужно что-то холодное приложить.

— Не прикасайся ко мне, — отхожу от него. — И в мою жизнь тоже не смей лезть.

Думаю, эти слова делают ему больно. Надеюсь на это. Я благодарна ему за этот поступок, потому что действительно испугалась, но вслух почему-то сказать не мог

у.

Чёрт, Матвеев, неужели ты не понимаешь, что такими поступками ещё больше влюбляешь меня в себя?

Весь вечер того дня Богдан провел в гостях у моего брата, из-за чего я старалась не высовываться со своей комнаты. Перед его уходом я заметила просунутое через дверную щель письмо.

«Извини, я не хотел тебя обидеть» - написанное красивым, ровным почерком.

Закусив губу, я прижала листок к себе, стараясь не разреветься. Чёрт, он ведь помог мне, а теперь считает себя виноватым. На секунду в голове мелькнула мысль, чтобы рвануть за ним и извиниться, но сразу отмела её – нельзя, слишком долго возвожу стену между нами, чтобы разрушить всё в одно мгновение.

Конечно, немного позже Демьян извинился, и я поняла, что он бы не сделал ничего против моей воли. От повторных встреч я, естественно, отказалась. И вообще решила в ближайшее время не пользоваться таким способом, чтобы забыть о Богдане. Нужно сначала «переболеть», а потом впутываться в новые отношения.

Однако, ту самую ночь я провела вспоминая, какой яростью вспыхнули глаза Матвеева, когда он увидел руку под моей майкой. Конечно, корила себя за то, что испытываю от этого радость.