Карамелька для босса

– Палата для твоей тёти оплачена на три недели, а ещё я дополнительно договорился с врачом об улучшенном питании, – говорю своей сладкой девочке.

– Я даже не знаю, как тебя благодарить за это. Ты ведь знаешь, как я испугалась, тётя – мой единственный родной человек.

– Знаю, малыш, знаю, – мягко целую её в щёку, – и не хочу, чтобы ты зря волновалась. Татьяна в надёжных руках, починят её больное сердце.

Я выруливаю с парковки от районной больницы и гоню к офису: сегодня пятница, дел невпроворот, но утром пришлось задержаться, чтобы решить вопросы с тётей моей Карамельки. На самом деле это намного важнее любой работы, Эля плакала вчера весь вечер и места себе от волнения не находила, а для меня спокойствие моей девочки на первом месте.

В офисе моментально включаюсь в текущий процесс, и Эля, что удивительно, тоже. Она собранна, внимательна и не выглядит размазнёй, старается изо всех сил, хотя я её вообще не загружаю, она сама просит у меня задания.

– Мне так проще не думать о плохом, – поясняет мне, когда я говорю, что она может отдохнуть. – Голова занята работой, и не лезут грустные мысли.

– Понимаю, – киваю ей. – Но, если что, я вообще могу тебя сегодня отпустить. Всё, что мне было нужно, ты уже сегодня сделала.

– Спасибо, – смущённо улыбается она. – Я пока побуду в офисе: вдруг какое-то срочное поручение у тебя появится? Я же вижу, что ты и сам в последнее время зашиваешься, и хочу помочь. Только уйду чуть пораньше… в пять. У тёти в больнице начнётся приёмное время, я очень хочу её навестить. Можно?

Я притягиваю её ближе и усаживаю её к себе на колени: обожаю так делать – держать крепко в своих объятиях и целовать. Она помогает мне разгрузить кипящую от проблем голову и настраивает на позитив.

– Карамелька, ну что за глупые вопросы? Конечно, поезжай.

– Спасибо-спасибо-спасибо! – тараторит и сама целует меня. – Там до семи приёмное время, я потом сюда вернусь. Ты же наверняка задержишься, как обычно, а я не хочу домой одна идти.

– Буду ждать тебя вечером, – улыбаюсь ей и нехотя снимаю со своих коленей. – А сейчас мне действительно нужно ещё поработать.

Она убегает, а я вновь погружаюсь в свои проблемы. Они в последнее время нарастают как снежный ком, а всё из-за того, что у нас тут продолжает действовать «крыса». Конкурентам сливаются данные из разных отделов, поэтому я даже не представляю, кого подозревать.

Поначалу была идея привлечь Дениса к решению этого вопроса, но я передумал: это будет означать мой феерический провал на посту руководителя этого филиала. Я всё должен сделать сам, как бы трудно мне ни было.

Поэтому в начале этой недели я вызывал к себе нашего айтишника и поставил ему задачу понаблюдать за электронной движухой с компов из нашего офиса.

Карамелька убегает к тёте в больницу, напоследок поцеловав меня и сказав: «Мы ещё не расстались, а я уже скучаю», а я зову к себе Саню Горохова – нашего айтишника.

– Добрый вечер, Егор Викторович, – приветствует он меня, заходя в мой кабинет со своим ноутбуком и кипой распечатанных листов.

– Удалось что-нибудь выяснить? – интересуюсь я устало, потирая ноющие виски.

– Да, – кивает он, – ваше задание выполнено. Только вряд ли вас порадует результат.

– Естественно, он меня не порадует, – раздражённо парирую, – ведь кто-то нас крупно подставляет.

– Я имел в виду, – суетливо уточняет Саня, – что вас очень расстроит, когда вы узнаете, кто именно виноват.

– Давай ближе к делу, Александр! – тороплю его, и он открывает свой ноутбук и начинает тыкать пальцем в какие-то таблицы и схемы.

– Вот документы, отправленные нашим конкурентам, – суетливо поясняет Горохов. – Их много, как вы сами можете видеть. И их сначала «выцепили» из других компов нашей фирмы, а потом уже направили адресату.

– И? – выжидательно смотрю на него.

– И… – Горохов заметно мнётся, словно боится. – И эти письма были отправлены с компа вашей помощницы – Эльвиры Котовой.

– Ты в своём уме? – зверею я. – Эльвира не могла этого сделать!

– Обижаете, Егор Викторович, – отступив от меня на шаг, недовольно заявляет айтишник. – Я свою работу сделал на совесть, неоднократно всё проверил, ведь предполагал, что вы мне не поверите. С начала недели у меня была уйма времени, чтобы изучить все потоки документов – как входящие, так и исходящие. И сомнений никаких нет: в этом замешана Эля Котова!

Я долго молчу, изучая оставленные Гороховым на моём столе распечатки. Кое-что даже начинаю понимать в этих таблицах, и осознание больно бьёт меня по голове: оказывается, предатель – а точнее, предательница всё это время была рядом и виртуозно разыгрывала чувства ко мне, чтобы я потерял бдительность.

В ушах нарастает гул, я просто не могу поверить в эту информацию, но вот же доказательства – я держу их в руках. Документальное подтверждение лжи Карамельки.

– Так… – медленно выдавливаю из себя и снова тру виски: боль просто невыносимая! – Саша, об этом пока никому ни слова. Я надеюсь, ты понимаешь?

– Конечно-конечно, Егор Викторович, – тараторит Горохов и, аккуратно прикрыв крышку своего ноута, забирает его со стола. – Если нужно будет что-то ещё – будьте уверены, сделаю в лучшем виде.

Не знаю, сколько я, оставшись один, сижу неподвижно, тупо уставившись в одну точку. Голова отказывается соображать, я просто не могу поверить в реальность происходящего.

Получается, вражина всё это время находилась рядом, а я, как последний лох, повёлся на эту якобы наивную дурочку! Браво, Эльвира! Тут стоит тебе поаплодировать!

Наконец отмираю, аккуратно складываю принесённые Гороховым распечатки и убираю в ящик стола.

«Я уничтожу Эльвиру! Эта сволочь умоется кровавыми слезами!» – проносятся мысли, но что-то так сильно болит внутри, за рёбрами, что мешает нормально дышать.

Я ведь на самом деле полюбил эту дрянь, строил серьёзные планы. Даже Янка заметила, как я отношусь к Эле! Перед отъездом из служебной квартиры сестра шепнула мне на ухо: «Да ты, братишка, влюбился! Одобряю!»

И вот теперь всё вдребезги…

Я даже не знаю, как сейчас грамотно повести себя с этой «крысой», она ведь скоро вернётся из больницы.

«Крыса»… Даже думать так о ней сложно, не то что произносить вслух – вот так она мне под кожу въелась, так опутала своей ядовитой паутиной! До сих пор сердце и разум отказываются верить в то, что эта нежная и наивная девочка оказалась такой сволочью!