Страница 23 из 34
Егор снова целует меня, на этот раз в губы, медленно и осторожно, а я просто таю в его руках. Ещё очень свежи воспоминания о прошедшей ночи, и я так счастлива – не передать словами! Егор был очень, очень нежен, и, несмотря на испытанную мной боль, я получила удовольствие от своей первой близости с мужчиной. Не физическое, нет, его я и не рассчитывала испытать так сразу – душевное, а это, как мне кажется, намного важнее.
Наверное, если бы не слова Лены о том, что Егор найдёт себе другую девушку, если я не соглашусь лечь с ним в постель, то я бы отказалась… Хотя нет, не отказалась бы, и предупреждение Лены не играло никакой роли. Я сама желала быть с Егором и в тот момент не думала ни о чем другом.
– Точно в кино? Или, может, погуляем где-нибудь? – интересуется Егор, когда мы садимся в машину. – Погода хорошая.
– Можно съездить в парк, – предлагаю я. – В будни там скучно, а в выходные проходят разные развлекательные программы. Сама я не ходила, но слышала от знакомых.
Мы едем в парк, едим мороженое и клубнику в шоколаде и смотрим на летней сцене концерт детских танцевальных коллективов, потом устраиваемся на скамейке подальше от шума и долго сидим в обнимку, болтая обо всём подряд.
Так время пролетает незаметно.
– Алло, – Егор принимает входящий звонок и долго слушает собеседника. – Понял. Я всё посмотрю… примерно через пару часов, когда буду за ноутом. Я сейчас не дома.
Убирает смартфон в карман и виновато смотрит на меня.
– Прости, Карамелька, мне придётся отвезти тебя домой. Возникли срочные дела.
– Понимаю, – вздыхаю я. – У начальников не бывает выходных – это мне ещё мой бывший директор Ян Иванович говорил, царствие ему небесное.
– Не расстраивайся, – Егор чмокает меня в нос, и я снова смущённо улыбаюсь, – мы же на связи. Я буду делать перерывы в работе и названивать тебе. Ты соскучиться не успеешь, обещаю.
Егор отвозит меня домой, и мы долго целуемся в подъезде, около моей двери.
– Может, всё-таки зайдём внутрь? – предлагаю я, с трудом оторвавшись от его губ и тяжело дыша. – А то стоим тут, как какие-то подростки!
– Нет, Карамелька, – качает головой Егор, – сегодня я откажусь от твоего предложения: слишком велик соблазн снова завалить тебя в постель. А тебе нужен перерыв хотя бы два-три дня, так что это даже хорошо, что меня сейчас работой загрузили.
И он снова притягивает меня к себе и целует, целует, целует…
– Веди себя хорошо, Карамелька, не хулигань! – шутливо наставляет меня, всё-таки оторвавшись от моих губ. – Я уже скучаю.
– Я тоже, – улыбаясь, признаюсь ему, когда он уже входит в кабину лифта и машет мне на прощание рукой.
***
– Егор Викторович, можно? – предварительно постучавшись, заглядываю в его кабинет.
– Конечно, заходи!
Хмурая складка на лице Егора разглаживается, когда я ставлю перед ним поднос с чашкой горячего кофе и свежими вишневыми слойками. Конечно, я ещё горстку своих любимых карамелек добавила.
– Мне кажется, тебе пора перестать называть меня по имени-отчеству – даже в офисе, – заявляет Егор, делая большой глоток.
– Но почему? – удивляюсь я. – Мы же договаривались так делать, чтобы избежать ненужных пересудов. К тому же меня совсем это не напрягает: в этих стенах я твоя подчиненная, за пределами – твоя девушка.
– Люди ведь не слепые, – отмахивается Егор, – наверняка многие и так догадываются о наших отношениях. Так к чему устраивать дешёвый цирк? Город у вас не настолько большой, чтобы спрятаться от постороннего внимания. Мы уже не раз встречали наших сотрудников, когда проводили вместе выходные.
– Ты прав, – соглашаюсь я. – Но ведь должна же быть здесь какая-то субординация?
– Мне хватает того, что ты не наглеешь и продолжаешь ответственно выполнять свою работу, – улыбается Егор и притягивает меня, усаживая к себе на колени. – Помимо этого ты ещё конфетка-антистресс: зайдёшь сюда, скажешь пару слов – и у меня проходит головная боль от того, что сейчас здесь происходит.
– А что, какие-то серьёзные проблемы? – волнуюсь я.
– Ну… не без этого, скажем так, – расплывчато отвечает Егор. – Но тебе ни к чему забивать этим свою красивую головку, – тут же добавляет. – Для этого существую я.
Я крепче прижимаюсь щекой к его щеке и прикрываю глаза: балдею в его объятиях.
Последние две недели мы всегда вместе, иногда ночуем у него, иногда у меня. И я уже даже не представляю, смогу ли заснуть одна, без его тепла, поцелуев объятий.
Наша вторая близость, которая случилась через три дня, была ещё лучше первой – впрочем, как и все последующие. Хотя Егор никогда вслух не произносил, но мне кажется, что он по-настоящему меня любит, потому что человек не может быть таким внимательным и нежным, не испытывая настоящих чувств. Ну не может же?
Я тоже пока не признавалась ему, но он наверняка и сам знает. У меня же точно на лице написано, как я счастлива рядом с ним!
Из приёмной доносится звонок моего мобильника – я оставила его на своем рабочем столе, когда несла кофе.
– Это тётя звонит, – определяю я по мелодии и подскакиваю с коленей Егора. – Я поговорю с ней и вернусь! – кричу, уже выбегая из его кабинета. – Да, Танюша, привет! – принимаю вызов.
– Привет, моя хорошая, – слышу в трубке слабый голос и настораживаюсь:
– Танечка, что случилось?
– Ничего страшного, Элечка, не переживай! – пытается заверить меня тётя, а после признаётся: – Меня госпитализировали сегодня.
– И это ты называешь «ничего страшного»? – ужасаюсь я. – В каком ты отделении? И что вообще произошло?
– Я сегодня ездила в офис и упала там в обморок, коллеги вызвали медиков, – торопливо рассказывает тётя. – Меня привезли в районную больницу и будут обследовать. Уже сделали кардиограмму и обнаружили некоторые проблемы…
– Танечка… – Я прикрываю глаза, пытаясь успокоиться. – Родная моя, ну что же ты так затянула со своим здоровьем? Первые звоночки прозвучали давно, ты же обещала мне пройти обследование!
– Я помню, всё помню, милая, – вздыхает тётя. – Но я думала, что оно как-то… само пройдёт.
– Не прошло, – горько констатирую я.
– Не прошло, – соглашается со мной тётя.
– Я сейчас к тебе приеду, – заявляю, резко поднимаясь с кресла. – Спроси у врача, нужно ли что-то из лекарств. И напиши мне, что вкусненького тебе привезти.