Оторва для принца

Глава 12

Утро началось с того, что Наташка стащила с меня одеяло и уставилась горящими глазами:

— Ну! Колись. Что вчера было? Я слышала, как ты пришла, но сон перед парой дороже! А теперь я выспалась и готова слушать. Все подробности!

Я закатила глаза.Наташка сидела на кровати, обхватив колени, и подрагивала от нетерпния.

— Мы гуляли, — сказала я, потягиваясь. — Разговаривали, потом он проводил меня, мы поцеловались. Всё.

— Всё?! — она подскочила. — Ляля, ты не умеешь рассказывать! Ты себя со стороны видела?. Не просто «всё нормально», а прямо светишься! Что-то было ещё!

Я вздохнула и села.

— Его мама хочет меня увидеть.

Наташка замерла, потом медленно выдохнула:

— Она знает? Всё знает?

— Вадик ей рассказал. И она сказала, что хочет посмотреть на меня. Лично. Через два дня.

— Ох, — Наташка прижала ладони к щекам. — Это серьёзно.. Ты готова?

— Нет, — честно ответила я. — Но другого выхода нет. Если я не приду, она решит, что я трусиха, и будет права. Но… я приду. Знаешь, мне обычно было плевать кто и что обо мне подумает, а вот сейчас совсем не плевать. В первый раз не плевать.

Наташка помолчала, потом неожиданно твёрдо сказала:

— Тогда мы готовимся. Я помогу тебе. У меня есть платье, я его не надевала еще, тебе пойдет. И я научу тебя, как говорить с такими женщинами. У меня мама такая же она любит, когда с ней говорят уверенно, но без наглости.

— Наташ, — я попыталась возразить, но она перебила меня..

— Никаких «нет». Ты столько раз выручала меня, теперь моя очередь. Мы будем репетировать. Я буду твоей мамой Вадика.

Она расправила плечи, поджала губы и посмотрела на меня свысока.

— Так, Лилия, — сказала она низким голосом. — Скажите, почему вы решили, что достойны моего сына?

Я расхохоталась.

— Наташ, ты смешная.

— Я серьёзно! — она сбросила маску и тоже засмеялась. — Но правда, Ляль, давай подготовимся. Чтобы ты чувствовала себя увереннее.

Мы провели следующий час за примеркой и разговорами. Наташка рассказала все, что знала о семье Вадима. Я слушала, запоминала, но внутри всё равно дрожала. Это же не экзамен, это его мама. Женщина, которая всю жизнь видела рядом только идеальных людей. А тут я!

Сюрпрайз!

Обычно после таких сюрпризов в кардиологию увозят на скоряке.

Вечером пришло сообщение от Вадика:

«Мама освободилась раньше. Она приглашает нас завтра на обед. Я заеду за тобой в час. Держись, ты справишься. Я рядом.»

Я прочитала сообщение три раза, положила телефон и посмотрела на Наташку.

— Завтра. В час.

— Тогда завтракаем легко, не нервничаем, и помни ты не одна. Мы с Вадиком за тебя горой, — она сжала мою руку.

Ночь прошла в тревожных снах. Мне снилось, что я пришла в ресторан, а там пустой зал, только мама Вадика сидит за столом с каменным лицом и молча смотрит на меня. Я пыталась говорить, но слова застревали в горле. Потом я проснулась и долго лежала, глядя в потолок.

В час дня Вадик уже ждал у входа. Я вышла в платье, которое дала Наташка — тёмно-синее, строгое, с длинным рукавом. Волосы я собрала в аккуратный хвост, нанесла немного туши и помады. Смотрелась я почти прилично.

— Выглядишь потрясающе, — сказал Вадик, целуя меня в щёку. — Не бойся. Я буду рядом.

— Я не боюсь, — соврала я.

Он улыбнулся, взял меня за руку, и мы поехали.

Ресторан был не тот же, что в первый раз, а поменьше, уютнее. Столик стоял в углу, у окна. И за ним сидела женщина — высокая, худощавая, с идеальной укладкой и внимательными глазами. Она посмотрела на нас, когда мы вошли, и я почувствовала, как её взгляд проходится по мне с головы до ног, оценивая каждую деталь.

И еще она была удивительно похожа на Вадима. Точнее это Вадим был удивительно похож на неё.

— Мама, — сказал Вадик, подводя меня к столу. — Это Лиля.

— Здравствуйте, — я старалась говорить ровно, но голос чуть дрогнул. Я протянула руку.

Она пожала её сухо, коротко, не глядя на мои пальцы.

— Присаживайтесь, — сказала она, и голос у неё оказался неожиданно мягким.

Мы сели. Я напротив неё, Вадик рядом со мной. Официант принёс меню, но никто не раскрыл его. Повисла тишина.

— Лилия, — начала она, и я внутренне подобралась. — Вадим рассказал мне, как вы познакомились. И про роль вашей подруги. Скажите честно, вы изначально знали, что это обман, или согласились по наивности?

Вопрос был острым, и у меня было всего мгновение, чтобы решить: врать или говорить правду. Я вспомнила обещание, данное себе и Вадику. Не врать.

— Я знала, — ответила я, глядя ей прямо в глаза. — Наташа попросила меня помочь ей. Она боялась разочаровать маму, боялась, что мама расстроится, если откажется от встречи. Я пошла, чтобы отшить Вадима. Но всё пошло не по плану.

— Не по плану? — она слегка приподняла бровь.

— Я не ожидала, что он окажется таким, — я посмотрела на Вадика, и он слегка сжал мою руку под столом. — Я думала, что встречу избалованного мажора, которому нужно только развлечься. А встретила человека, с которым мне легко и спокойно. Я не хотела врать, но уже не могла остановиться. Поэтому я сказала ему правду, когда поняла, что больше не могу притворяться.

Мама Вадика молчала.. В её взгляде не было враждебности, скорее любопытство. Такое как у нашего препода, когда он смотрел на сыплющегося студента: выплывет или нет?

— У вас непростая семья, как я понимаю, — сказала она. — Вадим говорил, что вы сами зарабатываете на учёбу.

— Да, — я кивнула. — Мои родители... у них есть проблемы. Я живу у тренера с восьмого класса. Поступила сама, работаю санитаркой, чтобы хватало на проезд и еду. Я не стыжусь этого. Я горжусь тем, что не сдалась.

Она внимательно посмотрела на меня, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.

— Вадим, — обратилась она к сыну, — выйди на минуту. Я хочу поговорить с Лилией наедине.

Вадик напрягся, но я мягко кивнула ему. Он нехотя поднялся и вышел из-за стола.

— Лилия, — мама Вадика наклонилась вперёд, — я хочу спросить вас честно. Что вы хотите от моего сына? Деньги? Статус? Безопасность?

Я покачала головой:

— Я хочу, чтобы он был счастлив. Я не знаю, смогу ли дать ему это. Если вы думаете, что я охочусь за деньгами, то вы ошибаетесь. Я могу уйти. Если он скажет, что не хочет быть со мной, я уйду без скандала.

Она смотрела на меня долго. Потом откинулась на спинку стула и вдруг улыбнулась тонко, почти незаметно.