Вилла смерти

Глава 6

Сыщик вышел в холл, постоял с минуту, обдумывая последовательность своих действий, потом достал телефон и попытался еще раз дозвониться до отделения полиции в Туапсе. Результат был все тот же – нулевой.

Тогда он набрал СМС-сообщение:

«Убит хозяин виллы „Сатурн“ Олег Викторович Погибелов. Срочно требуется помощь в расследовании. Гуров».

Этот текст сыщик отправил туда же, в Туапсе. Он понимал, что в данную минуту его информация не дойдет до коллег. Но как только связь наладится, она появится на телефоне дежурного. А уж как там к ней отнесутся, от них зависит.

Лев Иванович спрятал телефон в карман, глубоко вздохнул, прямо как перед прыжком в воду, затем поднялся на второй этаж, нашел нужную дверь и постучал.

Он думал, что ему придется долго ждать, пока женщина проснется и встанет, но ошибся. Дверь открылась почти сразу. Лариса Погибелова стояла перед сыщиком полностью одетая. Кажется, она даже успела причесаться и совсем не выглядела удивленной.

– А я как раз собиралась выйти, поискать мужа, – сказала Лариса. – Он как ушел после ужина к себе в кабинет вместе с вами, так и не возвращался. Конечно, вы для него очень дорогой гость, Лев Иванович. Он все там же, в кабинете?

– Нет, Олег не в кабинете, – ответил Гуров. – Должен сообщить вам печальную весть, Лариса Федоровна. Вашего мужа убили.

По лицу женщины, стоявшей перед сыщиком, словно волна прошла. Она стерла с него дежурную полуулыбку и сонное выражение, приличное человеку, которого разбудили в три часа ночи. Но выражение ужаса, скорби, муки на нем не появилось. Оно стало жестким, каким-то деловитым.

– Где? – коротко спросила она. – Когда?

– Я нашел его тело во дворе, перед домом, – ответил Гуров. – Я надеюсь, вы мне поможете ответить на вопрос о времени гибели вашего супруга. Мне сказали, что вы разбираетесь в медицине. Может быть, вы врач?

– Не знаю, кто вам это сказал, но он ошибся, – сказала Погибелова. – У меня есть навыки медсестры, и все. Но здесь, на вилле, есть врач по образованию.

– Вот как? – удивился Гуров. – Кто же?

– Это Таня Ощепкова, – проговорила женщина. – Она закончила мединститут и даже какое-то время работала по специальности.

– Это хорошо, – медленно произнес Гуров. – Я хочу сказать, что в сложившихся обстоятельствах наличие на вилле врача – очень полезная вещь. Вы ведь знаете, что мы отрезаны от внешнего мира?

Вот теперь Лариса Федоровна по-настоящему удивилась.

– Отрезаны? – спросила она. – В каком смысле?

– Я еще не знаю в точности, что именно случилось, – произнес Лев Иванович. – Но отключена вся связь, никуда нельзя позвонить. Возможно также, что разрушена и дорога. Когда рассветет, я схожу на разведку и все узнаю.

– Мы отрезаны от мира, и Олег убит, – сказала Лариса, словно подводя итог всему тому, что сейчас услышала, затем встряхнулась, твердо посмотрела в глаза сыщика и заявила: – Я хочу увидеть мужа.

– Да, конечно. Идемте. Это в кладовой, на леднике.

Они спустились по лестнице, миновали коридор и вошли в кладовую. Они вошли. Сыщик включил свет и откинул покрывало, которое не так давно набросил на тело. Жена – хотя теперь ее следовало называть вдовой – подошла к покойному мужу, лежавшему на льду, провела рукой по его лицу, пригладила волосы. Потом ее взгляд скользнул ниже и остановился на пулевом отверстии напротив сердца.

– Значит, сюда, – тихо произнесла она. – Он выстрелил ему прямо в сердце.

– Кто именно это сделал? – спросил Гуров. – Вам известно, кто убил вашего мужа?

Женщина подняла глаза, бросила на сыщика короткий взгляд. Гурову даже показалось, что она усмехнулась.

– Откуда же я знаю, кто стрелял в мужа? – сказала вдова. – Этого никому не известно.

– Вы знали, что у мужа хранится оружие?

– Конечно, знала. Ведь он довольно часто упражнялся в стрельбе.

– Скажите, что вы делали после ужина?

– После ужина? – Лариса Федоровна пожала плечами. – Ах да, вспоминаю. Мы с Татьяной и Катей Бескровной вышли погулять. Уже надвигался ураган, по небу мчались тучи, но дождя еще не было. Мы гуляли по парку, рассказывали друг другу разные страшилки про природные катаклизмы.

– А потом?

– Потом мы все вернулись в дом. Татьяна присоединилась к мужу. Он сидел с остальными мужчинами в гостиной. А я и Катя поднялись к себе. Я сразу легла.

– Значит, когда вы вернулись, четверо гостей еще сидели в гостиной за картами?

– Да, у них, кажется, игра была в самом разгаре.

– Вы не знаете, когда они легли?

– Понятия не имею.

– Значит, вы уверены, что за картами сидели четверо?

– Да, я же сказала.

– В таком случае вы плохо видели их или же меня обманываете, – заявил Гуров. – Потому что я своими глазами видел Руслана Соболева, который в самый разгар ливня спускался к причалу, даже говорил с ним. Что вы на это скажете?

Женщина развела руками.

– Руслан выходил наружу? Но зачем? Нет, я не знала об этом. Когда мы вернулись в дом, они все сидели за столом в гостиной.

– Вы слышали, как упал дуб перед домом?

– Дуб упал? – удивилась женщина. – Нет, я не… Хотя погодите. Да, я слышала какой-то сильный шум, но вставать не стала.

– Больше вы наружу не выходили?

– Да, больше я не выходила.

– У вашего мужа были враги среди людей, живущих в доме?

Этот вопрос заставил вдову задуматься.

– Враги? – задумчиво произнесла она. – Не знаю. Его никто особенно не любил, но чтобы желать смерти, это вряд ли. У Дениса с Олегом были какие-то споры по ведению бизнеса, но такие разногласия имеются практически у всех.

– А слуги? Или другие гости – Заседателев, Кожинов, Катя Бескровная?

Погибелова отрицательно покачала головой.

– У слуг своя жизнь. К нам они не имеют никакого отношения, – заявила она. – Точно так же, как и те люди, которых вы перечислили. Смешно полагать, что Заседателев или Катя могли задумать убийство Олега.

– Но он мне говорил сегодня вечером, что Кожинов за вами ухаживал.

– Ах, это. – На сей раз Лариса открыто усмехнулась. – Да, Олег вбил себе в голову, что Сема за мной, как он выражался, приударяет. На самом деле ничего такого не было. Это все фобии моего мужа. Ему вечно казалось, что у меня с кем-то интрижка.

– Где ваш муж хранил свой пистолет?

– Кажется, в кабинете. Да, перед тем как заняться стрельбой, он всегда поднимался туда.

– А в спальне, в прикроватной тумбочке он не мог его держать?

– В спальне? Никогда не видела.