Страница 11 из 16
Стас почти догнал беглеца возле высокой ограды, но тот благодаря высокому росту уже перекидывал длинные ноги на другую сторону железной решетчатой стены. Сзади раздался крик:
– Стой! Буду стрелять!
Раздался предупредительный выстрел, и потом еще один, после которого длинное тело рабочего рухнуло с обратной стороны забора. Он вскочил и еще несколько метров попробовал пробежать на автомате, но правая нога уже не слушалась, а волочилась по земле, оставляя кровавый след.
Стас хмурился: не похвалит, ох не похвалит генерал за такое.
Через пару минут Сергей был в наручниках. Он стонал от боли и матерился, а Стас разорвал ему штанину на полоски и перетянул небольшую рану.
– Немного задело, царапина можно сказать, сейчас зашьют тебя врачи.
– Не надо. – Мужчина сплюнул на землю от досады. – Помогите дойти. Напишу чистосердечное и потом в больничку сдашь. Чего теперь вертеться как уж на сковородке, раз попался.
В кабинете директора женщины сметали осколки со стола и с подоконника, поэтому пришлось беседовать с беглецом в зале библиотеки за столом для читателей. Рабочий медленно стянул куртку и швырнул на стол перед Стасом. На плотной ткани изнутри был вручную нашит объемный потайной карман, в котором лежала небольшая икона.
С трудом он доковылял до стула, тяжело опустился на сиденье и кивнул:
– Не забудь записать, что явка с повинной.
– Сейчас просто поговорим, – объяснил Стас. – Сдавай добровольно похищенное, это тоже зачтется.
– Сдал ведь икону, – заерзал на стуле Сергей и поморщился от боли в ноге. – Чего еще надо?
– Монеты, – сухо пояснил оперативник. – Нужны монеты в кожаном альбоме, коллекция князя Разумовского.
– Не было никаких монет, – уверенно заявил рабочий. – Только икона эта, я ее давно в витрине приметил, пока ремонт делали. Когда эти музейщики свои экспонаты таскали туда-сюда, чтобы освободить помещение под ремонт, я ее и прихватил.
– А почему не сдал, ремонт уже заканчивается? – поинтересовался Стас.
– Ждал, вдруг хватятся, тогда бы обратно подкинул.
– Карман пришит – давно готовился, куртка не твоя, значит, на пару с Маратом работал. Для одной иконы слишком много подготовки, значит, крал и другие предметы. Так что смотри какой расклад, если ты дальше мне сказки будешь рассказывать. В музее и библиотеке проводят инвентаризацию и все недостающие экспонаты автоматически на тебя повесят, крал ты, так что пойдешь за организатора в групповом хищении в особо крупных размерах. Марат прицепом как соучастник пойдет, он все на тебя перекинет и сам по удо через пару лет выйдет, а вот ты минимум десятку отсидишь.
– П-п-полегче, я пуганый, – прервал рассуждения полицейского Сергей. – Это Толян нас подбил… Когда ремонт начали тут делать, все шутил, что здесь м-м-миллионы три дряхлых мыши охраняют. П-п-потом напрямую предложил, все, что сможем тихонько вынести, он через своих барыг сдаст. Ему десять процентов, все остальное – н-н-наше.
Сначала мы на книгах п-п-попробовали: Марат на шухере стоял, я книжку ныкнул подряхлее. На случай кипиша в кармане куртки схоронили, если бы бабки хай подняли, чтобы обратно подкинуть. Но все прошло без шума, нам Толян за эту книжонку пятьсот баксов выдал. Не знаю, за сколько он сдал, мне светить свое рыло у барыг не хотелось, да и не разбираюсь я в этом старье.
Потихоньку выносили раз в месяц книгу, икону, статуэтку, что в карман помещалось, Т-т-толяну отдавали, а он нам зелень в расчет.
– Монеты Толяну отдали?
– Д-д-да какие монеты ты тряс-с-сешь?! Не было монет!
– Альбом кожаный, размером как кирпич примерно. Внутри старинные монеты.
– Не брал такой, – покрутил головой воришка. – Тяжелый предмет, в карман не влезет. Да я и не видел даже этого альбома, мы брали то, что на виду. А в ячейки не залезть, там металл и замок сложный, за минуту не вскрыть, как шкаф или витрину.
Еще полчаса Крячко пытался расколоть вора, вынудить его признаться в краже монет. Но тот упорствовал, что брали они в основном книги или иконы, так как вынести такие предметы проще всего, а деньги за них скупщики старины платят хорошие.
Станислав созвонился с начальником, и по обоюдному согласию было решено, что надо везти всю троицу в отдел, а там уже допрашивать, пока не признаются, как похитили и куда дели коллекцию монет.
Бригада экспертов из мастерской теперь перешла в помещение, где шел ремонт. Изъяла вещи рабочих из музейного зала для проведения экспертиз; оперативники, которые поехали опрашивать скупщиков раритета и нумизматов, вдогонку получили фото рабочих и прораба для опознания; Крячко отправился с задержанными в отдел, чтобы получить от них признание; директор Костяков и его сотрудницы временно заделывали окно целлофаном, пока не подъедут мастера-стекольщики, ибо оставлять музей без стекол категорически нельзя – ценные экспонаты.