Страница 12 из 15
– Ну, тогда пусть со мной кто-то другой в архив идет, – расстроился Стас. – Там и в шесть рук полгода возиться будешь, а мне вот просто повезло. Посмотри сам, Петр Николаевич. Человека не искали, потому что никаких отметок об этом нет. Заявление учтено, но делу не дали ход. Такое ощущение, словно его приняли от заявительницы лишь для того, чтобы она успокоилась, после чего искусственно создали «глухаря». Само по себе довольно подозрительно, не находишь?
Орлов внимательно посмотрел на Крячко.
– Согласен. Был бы жив Губойко, он бы, наверное, вспомнил эту историю. Самое смешное, что никого из тех, кто тогда работал в следственном отделе, теперь не найти. Кого-то уже нет, а кто-то вообще подался в коммерцию. Ну а те, кто остался, в своих делах закопались.
– На заявлении пометка: «В браке не состоит», – напомнил Гуров. – Не припомню, чтобы так писали на заявлениях. Кто не состоит в браке? Что это может значить?
– Выясним.
Орлов уронил ксерокопию на стол и с силой размял рукой шею.
– С жильцами дома не говорили?
– Побойся бога, Петр Николаевич. Когда? – усмехнулся Гуров. – Стас корячился в архиве, а я навестил Багова.
– И что Багов?
– Он купил квартиру в две тысячи седьмом у Трифонова, который проживал в доме с самого начала его эксплуатации. Предположительно неизвестный был убит и замурован в стене гораздо раньше, если судить по его одежде. Конечно, его мог грохнуть и Багов. Ну а что? Заставил переодеться в шмотки прошлого века, а потом пристукнул. Но это абсурд, сам понимаешь.
– А этот Трифонов сейчас где?
– Собирался после продажи квартиры Багову эмигрировать во Францию, где на тот момент уже проживала его дочь. Все контакты я у Багова взял. Вопрос теперь в том, чтобы эти контакты были рабочими. Все-таки сколько лет прошло…
– Четырнадцать, – быстро подсчитал Стас.
– Четырнадцать, – повторил Гуров.
– Немало, – согласился Орлов.
– Поэтому, Петр Николаевич, – Гуров поднялся со стула и демонстративно посмотрел на наручные часы, – предлагаю следующую схему: мы с Крячко попробуем найти заявительницу, позже я попробую связаться с дочерью Трифонова или с ним самим – это уже как повезет. А ты езжай-ка домой. Совет от души, Петр Николаич. Или прокуратура тебя приковала, чтобы ты сидел на Петровке и ждал у моря погоды?
Орлов открыл рот, чтобы словесно врезать наглецу, но вместо этого протянул ему ксерокопию заявления.
– Прокуратуре меня не добить, – бодрым тоном произнес он. – Работайте. Как только станет что-то известно, я сообщу. Экспертов попросил ускориться, без них нам никуда.
– Добро, – улыбнулся Крячко.
– Погнали. – Гуров указал кивком в сторону выхода.
Выйдя из кабинета, он прикрыл за собой дверь. И Стас, и Лев Иванович прекрасно знали, что Орлов не поедет домой. Ну, может, закроется на ключ и вздремнет на диване. Не в его стиле было отправлять своих на задание, а самому уходить в отпуск. Старой закалки мент. Таких больше не делают.