Страница 5 из 63
Глава 4
Сознание вернулось резко, будто меня вытолкнули из глубины тёмного водоёма. Я шумно вздохнула, чувствуя, как воздух царапает пересохшее горло.
Голова гудела, тело ломило, но больше всего давил страх — необъяснимый, сковывающий.
Где я?
Я моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд. Надо мной нависал полог кровати, тяжёлый, тёмный, расшитый серебряными нитями. В комнате было тихо, слышалось лишь потрескивание свечи и лёгкое дыхание рядом.
Я повернула голову.
На стуле у кровати сидела девушка. Молодая, с простым, но чистым лицом, в скромном платье. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами — тревожно, словно не знала, чего ждать.
Я открыла рот, но вместо слов вырвался слабый хрип.
— Леди Мор’Эйн? — её голос был тихим, осторожным. — Вы… пришли в себя?
Леди кто?
Я снова моргнула, пытаясь понять, что происходит. Голова кружилась, мысли были спутанными. Но одно казалось очевидным: это не моя комната.
Я же…
И тут я вспомнила…
Набережная. Парень на самокате. Удар. Боль. Темнота.
Меня сбил самокатчик, и теперь я наверняка в коме. Это просто сон.
Странный, пугающе реалистичный, но сон. Так ведь?
— Я… — голос оказался хриплым, слабым. — Где…
Девушка вскочила.
— Я позову лорда Фальмонта! — сказала она быстро и почти выбежала из комнаты.
Лорд Фаль… Фальмонт?..
Я сжала пальцами простыни, пытаясь собрать мысли.
Как только дверь за служанкой закрылась, комната погрузилась в тишину.
Я тяжело сглотнула, пытаясь справиться с ноющей болью в груди. Должно быть, лекарь хорошо постарался, но слабость всё ещё сковывала тело, будто я пробежала марафон… или умерла и воскресла.
Автоматически моя рука потянулась к прикроватной тумбочке за очками. Пальцы нащупали гладкую поверхность, затем наткнулись на какие-то флаконы, тканевую салфетку… очков не было. Я нахмурилась. Наверное, слетели во время аварии.
Снова покрутив головой, я огляделась и с опозданием сообразила, что… вижу.
Без привычного тумана, без размытого мира, который обычно встречал меня по утрам. Всё было чётким до мельчайших деталей — даже узор вышивки на подушках и едва заметная трещинка на резной спинке кровати.
Я зажмурилась.
Опять открыла глаза.
Повторила ритуал ещё раз.
Руки дрожали, когда я медленно развернулась и поставила босые ноги на холодный каменный пол. Ткань ночной рубашки зацепилась за рану, напомнив о себе короткой вспышкой боли, но я заставила себя подняться. Стылый пол казался ледяным, словно сама смерть гладила ступни. Свет от свечей ползал по стенам и отбрасывал тени. Я поёжилась и двинулась к зеркалу.
Оно стояло в дальнем углу, высокое, в позолоченной раме. Изогнутые завитки казались лапами чудовища, охраняющего от чужих взглядов.
Я подошла ближе и замерла. Из отражения на меня смотрела девушка.
Длинные, чуть растрёпанные светлые волосы каскадом спадали на плечи, будто солнечные нити. Кожа — бледная, без единого пятнышка, без привычного покраснения на щеках, которое у меня бывало после сна.
И глаза незнакомки.
Я ожидала увидеть свои — серые, невыразительные, обычно спрятанные за стёклами выпуклых очков. Но глаза, что смотрели на меня из зеркала, были изумрудными, почти прозрачными, без намёка на прежнюю меня.
Словно со стороны я наблюдала, как мои пальцы потянулись к лицу, и коснулись нежной щеки.
Ангельское лицо.
Чужое.
Не моё.
Голова пошла кругом. Меня затошнило, ноги подкосились, и я едва удержалась на ногах. В этот самый момент в комнату вихрем ворвался мужчина и бросился ко мне.
— Леди Алфея, что вы такое удумали?.. — в его голосе слышалось раздражение. — Вам что, жить надоело?
Он в одно мгновенье поднял меня на руки и понёс к кровати. Уложил в постель, а сам уселся на краешек кровати. Невозмутимо строгий и хмурый. В полумраке его лицо казалось высеченным из мрамора — бледное, резкое, почти безжизненное, если бы не глаза. Эти глаза — ледяные, пронзительно-синие, смотрели на меня так, будто уже вынесли приговор.
Моё сердце сжалось. Нет, я не разглядела ярости или угрозы, но что-то в его взгляде заставило мой желудок сжаться. Этот человек был опасен. Холодная, безупречная красота, не отягощённая теплом.
Он чуть склонил голову, и тонкие губы скривились.
— Леди Алфея, — протянул он с едва заметной насмешкой. — И куда это вы собрались?..
— Я…
Внезапно воздух в лёгких закончился, на меня навалилась паника и схватила за горло. Грудь сдавило, мир качнулся, а перед глазами вспыхнули серые пятна.
Чужие пальцы сомкнулись на моём запястье — не крепко, но достаточно, чтобы я почувствовала холодное прикосновение.
— Дышите, леди Алфея, — спокойно произнёс мужчина. В его словах не было ни капли волнения, ни толики сочувствия — только бесстрастное наблюдение за тем, как я судорожно глотаю воздух.
Я хотела отдёрнуть руку, но сил не хватило. Его пальцы чуть сжались, и странное ощущение пронзило меня — будто я не падала в бездну, а зависла над ней, удерживаемая лишь этой ледяной хваткой. Но зато спасительный кислород, наконец, ворвался в лёгкие.
— Не думал, что вы настолько хрупкое создание… — с удивлением отметил он.
— Кто… вы?..
— Вы что же, совсем не помните меня, леди Алфея? Это даже несколько обидно.
Перед глазами снова возникла та безобразная сцена. Он склонился надо мной — в свете факелов его лицо выглядело сурово. А затем он схватился за рукоять кинжала. Мне даже почудился отголосок той самой боли.
— Вы спасли мне жизнь…
— Полноте. Любой бы сделал то же самое…
Он лукавил. Я поняла это по его глазам. Если бы он не действовал так решительно, я была бы мертва.
— Так вы не помните, кто я? — теперь на его губах расцвела усмешка.
Я покачала головой. В конце концов, кем бы ни была эта Алфея, она вполне имеет право на проблемы с памятью, так ведь? Пожалуй, этим стоило воспользоваться, пока я не вернусь домой. Я с тоской подумала о своей квартире, где всегда чувствовала себя в безопасности. Вот бы налить себе чаю, укутаться в плед и включить по телику комедию.
— Ничего, леди Алфея, это временно. После такого-то потрясения и неудивительно. Постепенно память вернётся.
Он вдруг подцепил пальцем край ночной сорочки и потянул с плеча, открывая рану.
— Что в-вы себе позволяете?..
— Ничего из того, что вы не позволяли мне прежде, леди Алфея!
— Вы с ума сошли!
— А вы не очень-то любезны со своим женихом…