Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 65 из 78

— Вряд ли, — без запинки ответил директор. — В личном деле адреса пишут от балды, простите. Прописки местной почти ни у кого нет. Кто студент. Кто приезжий. Я без претензий. Мне главное, чтобы работали хорошо. Знаете, как сейчас трудно подобрать сотрудников! Поэтому я весьма лоялен в этом вопросе. В том плане, что московской прописки не требую. Где Василий жил до увольнения, не знаю. Вам надо с кем-то из ребят моих поговорить. Помнится, он дружен был с тем самым официантом, который умер.

— С Усовым? — уточнил майор, настырно дергая верхний ящик стола за ручку.

— Да. Частенько ему халтурку подкидывал, если выездные мероприятия бывали. Еще трое ребят из официантов с ним общались. И кто-то из поваров. На моей памяти он с кем-то даже на охоту ездил или в баню ходил. Не могу сказать. Если хотите, я уточню.

— Хочу! Очень хочу! И если что-то выяснится, хочу, чтобы этот человек позвонил мне. А еще лучше подъехал в отдел. Чтобы нам не приезжать к вам снова и не срывать вам рабочий график.

— Да! Спасибо! Все сделаю! Спасибо, майор!

Директор ресторана так поспешил избавить себя от очередных проблем, связанных с визитом к ним полиции, что звонки Фокину начали поступать, не успел он выйти от Игоря Рыкова.

Двое из трех официантов, которые, по версии директора, были дружны с менеджером Труновым, почти ничего не знали о его личной жизни. В разговоре с Фокиным отделались коротким «не могу помочь, по работе общались, после нет». Третий официант, проработавший чуть дольше остальных, рассказал, что Васька москвич, в разводе, детей вроде нет. Во всяком случае, он о них никогда не упоминал. И фотографии их на его столе замечено не было. Человеком он его назвал замкнутым, трусоватым. Такой: себе на уме.

— Как это? — уточнил Фокин

Он уже вернулся к себе и сидел теперь на своем рабочем месте в кабинете, в упор рассматривая Леонову.

Она второй день безрезультатно таращилась в монитор в надежде получить информацию, которая их всех интересовала. Но что-то случилось у них с сетью. Системный администратор только руками разводил и просил потерпеть. Интернет работал, а доступа к нужным файлам не было.

И что-то Леонова сейчас в интернете искала. Фокин мог поклясться, что, прежде чем Леонова свернула «окно», успел заметить какие-то нарядные платья. К празднику, не иначе, готовилась. Главное, ничего не сказав, не спросив, к примеру, а где он собирается отмечать. Не то чтобы его очень встревожил поиск Леоновой нарядного платья, но…

Но беспокойство он ощутил. Странное такое, необъяснимое. Как-то не по-братски, что ли, она поступает?..

— Васька всего боялся, — сплетничал между тем самый старший из официантов. — Всяких проверок, инспекций. Потел и бледнел, как санэпидстанция приезжала. Будто это его ресторан. Тарелка разобьется, вздрагивает. Тут же убытки подсчитывает. Говорю, не парься. Такие тарелки по сто рублей пара продаются в супермаркете за углом. Нет! Что вы! Он вынужден доложить об ущербе директору и взыскать всю сумму за весь комплект с виновника. А это уже другие деньги! Все знали, конечно, что он лукавил. Кто не знал, тот догадывался.

— О чем?

— О том, что Васька директору ничего не докладывал, а в шкафу в своем кабинете держал горы этой самой посуды по сто рублей за пару. И блюдца, и салатники, и фужеры с чашками. Деньги наличкой возьмет с виноватого. А посуду на кухню потом поставлял, будто из дорогого магазина. Наживался каждый месяц неплохо.

— А ножи?

— Что ножи? — не понял разговорчивый официант.

— Комплекты запасных ножей для кухни у него тоже имелись?

— Про ножи — это к поварам. Тут я не в теме. Мы посуду колотим. Ножей не касаемся…

Пообещав завтра с утра подъехать подписать показания, официант вежливо простился.

— Что с сетью? — глянул Фокин в сотый раз на Леонову.

— Все то же, — подергала она плечами.

— А чего ты тогда там высматриваешь? — Он подозрительно прищурился в ее сторону.

— Интересуюсь историей питейного заведения, где проводился памятный банкет и был убит Ивушкин. Тут целая летопись: когда открылся, как развивался, фото сотрудников.

— Что-то интересное имеется?

— Кое-что есть, но… — Леонова сердито глянула в его сторону. — Но уже боюсь озвучивать. Снова сочтете выдумщицей.

— Ты докладывай, старший лейтенант, — рассердился Фокин. — А что я сочту, дело мое.

— Так точно, товарищ майор, — кисло отреагировала она. — Сейчас пришлю вам на почту несколько фото. А вы уже решите: важно это для дела или нет.

Фотографий было четыре.

Разное время года. Разные люди. Разные мероприятия.

На первом летнем фото группа красиво одетых молодых людей — три девушки и три парня — позировала на камеру.

— И кто тут тебя заинтересовал? По-моему, никого из фигурантов.

— На заднем плане, майор. Не видите?

Он увеличил фото, насколько это было возможно, всмотрелся. Точно! Трунов разговаривает с какой-то девушкой. Стоит в фойе, у самого выхода, но через широко распахнутые двери банкетного зала камера эту парочку засняла.

— И что? Трунов. Видно, что он при исполнении. Кого-то не пускает в ресторан, держит за локоть какую-то девушку в джинсах, видимо, пытается выставить, потому что ресторан на спецобслуживании.

— Девушка в джинсах никого не напоминает? — с укоризной глянула Леонова.

— Она спиной стоит к камере, — огрызнулся Фокин и, насколько было возможно, еще увеличил фото. — Хочешь сказать, это…

— Это Стрельцова, товарищ майор! Не узнали по кудряшкам?

— Какие кудряшки, если она с пучком, — попытался он оправдаться, но уже понял, что она права. — Точно… Вроде она…

— Не вроде, а она. И он ее не выгоняет. Он с ней очень тепло общается. Посмотрите на его лицо внимательнее. Он улыбается.

— Он вполне мог улыбаться, выгоняя ее, — решил тот повредничать. — Из вежливости к симпатичной девушке.

— Смотрим второе фото, товарищ майор, — не стала спорить Алена.

На втором фото история почти повторялась. Снова группа молодых людей — беззаботных, веселых, красивых. Они улыбались фотографу и размахивали руками. И снова стояли спиной к дверям в банкетный зал. А те опять были широко распахнуты. И в фойе знакомая парочка вела беседу. Только теперь Стрельцова стояла лицом к камере, а Трунов боком. Он не держал ее за руки. Его ладони были в карманах брюк. Ее руки держались за сумочку. И на фото была осень.